ко мне. Лукас это заметит. Не знаю, на что он способен за пределами дома. Может, я накручиваю себя. Но у него хорошие связи, и он всегда повторял, что может убить человека и сделать так, чтобы это выглядело как несчастный случай.
Я боюсь, что Кора передумает, но обязана все ей рассказать.
– Ну, если он сюда явится, я просто прострелю ему голову, – будничным тоном заявляет она, и я не могу сдержать смешок. – Как и ты, – добавляет она, отпирая небольшой шкафчик, и указывает на пистолет. Кора вручает мне ключ. – Еще в гостевом домике есть сигнализация. Свекровь настояла на ней, когда приезжала в гости. Она и тени своей боится. Не открывай жалюзи. С тобой все будет хорошо, а я точно справлюсь.
– Не сомневаюсь, – улыбаюсь я.
– Ты больше не одна. Я привезу тебе все необходимое, а потом мы сядем и составим план. Надо сегодня же купить тебе телефон, чтобы ты могла мне позвонить, когда понадобится. Прямо сейчас этим и займусь.
Она встает и идет к двери. Потом поворачивается и указывает на шкафчики.
– И кстати, Джорджия…
Я перевожу взгляд с Эйвери на нее.
– Там есть дополнительные одеяла. Здесь есть кабельное телевидение, пульт вон там, и, что самое важное, в мини-холодильнике стоит вино.
Я встаю и подхожу к ней.
– Спасибо. На самом деле меня зовут Никола. Никола Доусон, – говорю я и протягиваю руку, чтобы официально познакомиться.
– Что-что? – Кора смущенно наклоняет голову. – Что… Я не…
– Я не Джорджия. Лукас хотел, чтобы никто из моих родных и близких меня не нашел, поэтому…
Кора закрывает глаза и сочувственно качает головой, а потом крепко обнимает.
– Ох, бедняжка. Мне так жаль. – Она долго держит меня так, а потом заверяет: – Я скоро вернусь, Никола.
22
Пейдж
Пейдж больше часа ждет, пока Кора вернется домой. Время от времени она выглядывает в окно – не появилась ли машина Коры, и гадает, куда та подевалась. Когда Пейдж наконец видит, как Кора паркуется с задней стороны дома, это кажется странным. Пейдж натягивает пальто, берет коробку с надписью «Финн», где хранится все, что она о нем собрала, и идет к Коре. В доме темно, и Пейдж обходит его сзади.
Кора стоит у открытого багажника и вытаскивает сумки.
– Ты купила подгузники? – удивляется Пейдж, а Кора с криком роняет сумку, в ужасе оборачиваясь.
– Господи! – Коре приходится опереться ладонями о колени, чтобы успокоиться. – Какого хрена? У меня чуть инфаркт не случился, – ругается она, пытаясь отдышаться.
– Прости. Я увидела, как ты подъехала. Ты говорила, что Финн в городе и вечером мы с тобой выпьем вина. Я собиралась прийти уже где-то час назад.
– Ой, извини. Его поездку отменили, а потом я просто забыла.
– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – спрашивает Пейдж, рассматривая упаковку подгузников.
– Ха! Нет, просто купила кое-что для благотворительного фонда. Заходи. С этим я позже разберусь. – Кора быстро закрывает багажник и ведет Пейдж в дом.
– Погоди, если Финн дома, лучше все перенести.
– Нет, он ушел, – отвечает Кора, и они входят в дом.
Кора вытаскивает из холодильника бутылку вина и достает два бокала. Она выглядит нервной, как будто изо всех сил старается вести себя как обычно. Но Пейдж все равно решает сделать то, ради чего пришла. Она наблюдает, как Кора мечется по кухне, ставит заряжаться телефон, ищет что-то в шкафчике и наконец замечает коробку, которую принесла Пейдж.
– Что это? – интересуется она.
– Мия дома? – уточняет Пейдж, и Кора слегка смущается.
– Нет, пошла к подруге. В чем дело?
– Я должна поговорить с тобой кое о чем и… Даже не знаю, с чего начать, но ты должна знать, что…
– Что? – прерывает ее Кора. – Ты что-то обнаружила. Насчет Финна. В конце концов ты что-то нашла, – произносит она, бледнея.
Пейдж не знает, стоило ли начинать с этого, но все равно отвечает:
– Нашла. Сожалею.
Кора встает, наливает бокал вина и садится на диван. Ее лицо ничего не выражает. Через минуту Пейдж следует за ней.
– Это еще не все, и ты должна меня выслушать.
Пейдж ставит коробку на кофейный столик и вытаскивает фотографии. Сначала с проституткой, потом ту, где Финн с Карлоттой на приеме, достаточно близко, но не слишком, а затем вынимает распечатки их переписки, которые закрывают любые вопросы, оставшиеся после фотографий. Кора рассматривает их. Берет пачку писем и с оцепенением смотрит на них. Она не плачет. Просто откладывает листы.
– Наверное, я уже давно это знала. Конечно, он мне изменяет.
– Мне очень жаль, Кора.
– Не жалей меня. Ты сохранила мне дом и кучу денег. Теперь мне плевать на Финна. У меня не осталось для него слез. Не знаю, что сейчас чувствую, – произносит Кора, но Пейдж прекрасно понимает, что она в шоке. Еще полностью не осознала все факты. На самом деле Коре не плевать.
– Я даже приглашала Карлотту на кофе. Считала ее подругой, – ровным тоном сообщает Кора.
А потом горько усмехается, делает глоток вина, идет обратно к столешнице и приносит бутылку. Она смотрит в темноту за окном и молчит. Пейдж приходится идти напролом.
– Дело в том, что чем дольше я следила за ним и копалась в его жизни, тем больше узнавала… И не только про это.
Кора поворачивается к Пейдж, сидящей в кресле напротив.
– Что?! Что еще ты могла обнаружить?
– Мне жаль. В общем, я просто… не рассказывала тебе о том, чем занимаюсь, потому что хотела убедиться наверняка. Я должна, ради Калеба…
– О господи. Пейдж. Нет. Не надо. Я сейчас не в состоянии это слушать. Прости. Я не… Мне не все равно, но мы перебрали уже всех в округе, и если ты хочешь сказать, что опять подозреваешь Финна, теперь не лучшее время. Пожалуйста. Сегодня я не в состоянии.
– Я понимаю, но ты имеешь право знать, кто твой муж на самом деле, и у меня есть доказательства. И я решила, прежде чем пойти с этим в полицию, было бы честнее рассказать тебе, – говорит Пейдж.
Кора вздыхает и с бокалом в руках откидывается на спинку кресла.
– Он сказал полиции, что только здоровался с Калебом, когда вы приходили к нам на ужин. Сказал, что у него не было причин разговаривать с Калебом и не было его телефона. Но в его истории звонков есть номер Калеба.
– Откуда ты вообще взяла историю его звонков?
– Украла его ноутбук и получила все пароли, – объясняет Пейдж, а Кора распахивает глаза и
