в нос.
С Кларой было по-другому.
Их отношения завязались легко и естественно: болтали ни о чем, пока ожидали автобус в Глендалох, потом она предложила сесть рядом.
Ему все в ней нравилось: прическа, цвет волос, эта неотразимая юбка и то, как пахла ее кожа – смесь едва уловимого запаха пота с приятной ноткой духов, нанесенных на шею и плечи.
У нее была открытая улыбка и сияющий почти детской радостью взгляд. Казалось, она не знала ни бед, ни забот, но это было не так. Ее отец, профессор в Бухарестском университете, бежал с семьей от режима Чаушеску в Канаду. В иммиграции ее мать работала прислугой, а отец перебивался случайными заработками.
Когда автобус прибыл в пункт назначения, дождь прекратился, и воздух наполнился ароматом хвои. Легкий ветер дул с вершин гор, склоны которых поросли соснами, а долина была словно отрезана от мира. Они поднялись на сторожевую башню – убежище для монахов во времена вторжений викингов, – с которой открывался прекрасный вид на окрестности. Кругом были зеленые, коричневые и оранжевые тени. Несколько тропинок змеилось внизу, и каждая обещала открытие.
Волосы Клары развевались на ветру. Осматриваясь, она рассказывала ему о деревне около украинской границы, в которой жила ее бабушка. Говорила, что там находится «веселое кладбище», полное разноцветных деревянных крестов. Алексис смотрел на ее освещенное солнцем лицо и уже не так смело – на обтянутую белым кружевным топом грудь и слегка округлые бедра. Ему хотелось немедленно поцеловать ее, но время еще не пришло.
Когда стемнело, они решили переночевать в дублинском хостеле, устроенном в бывшем монастыре. Утром постояльцы сами готовили себе завтрак: поджаривали ломтики белого хлеба, делали яичницу на беконе, – и из столовой распространялись умопомрачительные запахи. В хостеле жили туристы и несколько студентов, занимавшихся какими-то подработками перед отъездом в другое место. Вечером все пили пиво, сидя в продавленных креслах перед телевизором; никаких новостей – на экране бесконечной чередой мелькали клипы с приглушенным звуком.
Они с Кларой прогуливались по центру Дублина, от Темпл-Бара до Сант-Стивенс-Грина. И безостановочно говорили. Проголодавшись, перекусывали где-нибудь сэндвичами, а затем продолжали бесцельно бродить по городу. У них было всего лишь два дня, потом каждый улетит в свою страну. Она – в Канаду, он – во Францию. Они наивно верили, что смогут за несколько часов поведать друг другу о главных событиях своей юной жизни. Свой собственный рассказ Алексис счел неинтересным и безрадостным, зато повествование Клары – невероятно захватывающим: повседневная жизнь в Монреале, учеба на программиста и друзья по всему миру. Ему хотелось никогда с ней не расставаться, слушать ее снова и снова, растянуть часы, которые они проводили вместе.
Жарким вечером они оказались в центре парка, где не было никого, кроме птиц и белки, которая подглядывала за ними со своей ветки. Воспользовавшись случаем, Алексис приблизился к Кларе, нежно погладил ее по волосам и поцеловал.
В то мгновение он был уверен, что это лучший день в его жизни.
Вернувшись к реальности, он прочитал ответ Клары:
Саша не отец Оливии, это невозможно с биологической точки зрения.
Она снова повторяется. Вероятно, чтобы сэкономить силы просто копирует и вставляет текст.
А может… Кое-что другое беспокоило Алексиса. Не пытается ли она выставить себя в лучшем свете, переписывая историю их любви, чтобы оставить финал открытым?
Он почувствовал одновременно сострадание и горечь. Почему он тогда не бросил все, чтобы остаться с ней?
«Как в кино, – усмехнулся он над собой. – Ты мог бы бороться, вместо того чтобы ныть все эти годы, пережевывая иллюзии».
Он совершил ошибку и слишком поздно это понял. Ну что ж, теперь бесполезно себя бичевать.
Клара никогда бы не уехала из Канады, она сама толком не верила в успех собеседования в Дублине. К тому же она чересчур дорожила родителями, своим укладом жизни, друзьями, делавшими ее счастливой. И у нее был Николай. «Клара, правда, которую ты не написала в этом проклятом письме, заключалась в следующем: ты не могла все оставить ради меня. Мне же пришлось смириться с очевидностью – я любил тебя сильнее, чем ты меня», – мысленно обратился он к ней.
Алексис с горечью вздохнул. Он слишком много сил вкладывал в отношения на расстоянии. И чтобы подсластить пилюлю, все это время пытался себя урезонивать: «Не стоит сожалеть: у скольких людей в жизни случалась любовь с первого взгляда?»
Внезапно раздался стук в дверь. В кабинет вошел радостный Дюлак и положил на стол бумажку с именем и номером мобильного телефона.
– Это врач из университетского больничного центра, о котором я тебе говорил, – сказал он заговорщицки.
Алексис взял бумажку и поблагодарил потенциального тестя.
– Буду держать за вас кулаки, я уверен, что все получится. Хорошего вам отдыха в Виши, влюбленные! – подытожил Дюлак и вышел из кабинета так же быстро, как вошел.
Алексис в бешенстве вскочил из кресла, ему не хватало воздуха. Он схватил пальто и покинул офис на улице Кергевана.
Идя по мощеной улице, он ощутил, что Клара и семья Клеманс зажали его в тиски.
Глава четырнадцатая
В субботу утром, как и перед каждой поездкой, Клеманс тщательно прибиралась в доме – зачастую она занималась этим вплоть до самого отъезда. Пока она пылесосила гостиную, Алексис взял собранные сумки, вышел на улицу и положил их в багажник машины. Небо было ярко-синим, погода ожидалась хорошая, хотя и прохладная. Он сел на водительское место, захлопнул дверь и включил радио. Раздались звуки фортепиано – мелодия показалась ему знакомой. Кажется, он слушал ее в одиночестве на берегу Атлантического океана. Улица была пустынной. Накануне он прочитал газетную статью, которая его взволновала. Эксперт утверждал, что после 2014 года роботы создали пятьдесят процентов трафика в интернете. Это означает, что в среднем из десяти посетителей какого-нибудь сайта пять были машинами. Согласно другому исследованию, максимум через пару лет число профилей умерших пользователей Фейсбука превысит число профилей живых.
Алексис пролистал в телефоне переписку с Кларой. Временами он хмурился, неприятное впечатление усиливалось. Что-то здесь было не так.
Он решил набрать номер «Анаэль Текнолоджис», который накануне внес в список своих контактов.
После двух гудков ответил женский голос:
– Вас приветствует «Анаэль Текнолоджис»!
– Я звоню по поводу… сообщения, которое получил от вашей компании два дня назад.
– Назовите ваше имя, пожалуйста.
– Алексис Лепаж.
Он услышал, как его собеседница стучит по клавиатуре.
– Добрый вечер, мсье Лепаж, точнее, добрый день.
– Это вы организовали общение с Кларой Василеску?
– Да, совершенно верно.
– Как вы
