меню.
– Что думаешь? – спросила я, стараясь вести себя естественно, будто мы не вышли только что из полицейского участка, где ее допрашивали по делу об убийстве. – Лорали говорила, что куриный салат здесь неплохой.
Клем тяжело вздохнула.
– Пожалуй, возьму тост с авокадо. А то в тюрьме свежих овощей долго не увижу. – Она понизила голос, и ее нижняя губа задрожала. – Я не могу сесть, Сэди. Я слишком стара, чтобы быть тюремной женой.
– Не станешь ты ничьей тюремной женой, – Я не знала, смеяться или плакать. Я подалась вперед и сжала ее руку. – Мы обе знаем, что ты этого не делала. Никто не повесит это чудовищное преступление на мою вторую бабушку. Я этого не допущу. Никогда. Поняла?
Клем неуверенно улыбнулась.
– И что ты сделаешь, если они решат, что собрали достаточно улик против меня? Спрячешь в багажнике и поселишь в лесу, снабдив спицами и крючком?
– Возможно, – я фыркнула, затем, смягчившись, посмотрела ей прямо в глаза. – Просто знай: я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось. Не в мою смену. Я сделаю все, чтобы докопаться до правды. Поняла?
Она медленно кивнула, и по ее щеке скатилась слеза. Она смахнула ее и усмехнулась.
– Спасибо. Я уже начала паниковать, да?
– Немного, – подмигнула я. – Но тебя можно понять.
– Ладно, хватит. Хватит жалеть себя, – Клем выпрямилась. – Ты права. Мы, гордые жительницы Хмельвилля, сами разбираемся со своим дер… Со своими делами. Мы справимся. Так или иначе.
– Именно, – я подняла руку, и мы по-дурацки стукнулись кулачками в знак солидарности.
– После обеда вернемся к работе, – сказала Клем. – Ты можешь снять видео, а я займусь пледом для ярмарки изделий, вязанных крючком.
– Договорились, – кивнула я, понимая, что Клем нужно поддерживать нормальную жизнь, пока ситуация не прояснится.
– Дамы! – Появилась владелица кафе. На бейджике у нее большими буквами было выведено: «Шафран».
– Добро пожаловать! Что вам принести?
– Тост с авокадо и большой сладкий чай, – сказала Клем.
Я для удобства заказала то же самое.
– А, тоже решила податься в хиппи? – В глазах Клем блеснуло озорство. – Если кто увидит, подумает, что ты размякла и больше не чета жителям Хмельвилля.
– Ха! Нет, мои корни не выкорчевать. Если я полюбила авокадо, это еще не значит, что я откажусь от южной жареной курочки.
– Придется сходить в кафе с едой из сбитой дичи, чтобы вернуть репутацию, – подколола Клем.
Мое напряжение начало спадать. Приятно было видеть, что Клем шутит, а не представляет себя в тюремной робе. Переживать об этом было еще слишком рано.
Ее телефон заиграл песню AC/DC Back in Black, и я усмехнулась. Она всегда была крутой бабулей.
– Привет, Дот, – Клем взяла трубку. – Что случилось?
– Что случилось?! – Дот орала так громко, что я прекрасно ее слышала. – Тебя арестовали, и ты мне не сказала?!
Я оглянулась, благодаря Небеса за то, что кафе почти пустое. Естественно, слухи уже множились, как грибы после дождя, но еще больше внимания Клем сейчас было ни к чему.
– Я собиралась позвонить, – Клем говорила негромко и спокойно. – Мы с Сэди просто зашли перекусить. Не волнуйся, все в порядке. Честно. Шериф просто хотел задать пару вопросов, вот и все.
Последовала пауза. На этот раз я не услышала, что сказала Дот.
Клем покачала головой:
– Нет, меня не арестовывали. И нет, меня не вытаскивали в наручниках из дома. Боже, соседи явно изголодались по сплетням, раз такое придумывают.
Она закатила глаза и продолжала успокаивать подругу:
– Волноваться правда не стоит. Обещаю, больше ничего не случится.
Закончив разговор, Клем в отчаянии посмотрела на меня.
– Ты не поверишь, какие уже ходят слухи.
– Поверю. – Я горько усмехнулась. – Это же Хмельвилль. Чего еще ты ожидала?
Она кивнула.
– Да. Просто обидно, что болтают обо мне, а не я болтаю о других. В любом случае, Дот слишком разнервничалась, а с ее слабым сердцем лучше не волноваться.
То, что Клем – главная подозреваемая по делу убийства и ей нужен адвокат, скрыть от Дот было невозможно. Но я понимала, почему Клем пытается защитить подругу. Я тоже не хотела, чтобы она волновалась.
Снова появилась Шафран – с водой и чаем.
– Дамы, ваш обед будет готов через несколько минут.
– Спасибо, – сказала я, делая глоток самого вкусного чая в моей жизни. – Что вы туда добавили, всамделишную магию? Просто великолепно.
Шафран ослепительно улыбнулась.
– Спасибо.
Тут она нахмурилась и посмотрела в пространство между нами.
– Что-то не так? – спросила я, отпивая еще чая.
– Да, с вашей ци, – сказала она. – У вас обеих. Что-то случилось?
– В смысле? – спросила Клем, скептически прищурившись. Очевидно, она подозревала, что до Шафран уже дошли слухи о визите Клем в полицейский участок.
– Я просто чувствую нехорошую энергию. И могу помочь, если вам интересно. – Она махнула на полку за кассой. – Мы предлагаем эфирные масла для очистки загрязненной энергии. Или я могу дать вам очищающие кристаллы, если предпочитаете их.
– Э-э… Спасибо, но… – Я посмотрела на Клем. Конечно, у нее были свои суеверия, но новомодное колдунство она не жаловала.
– От масел у меня болит голова, – сказала Клем с притворной улыбкой. – Вы знаете, как это бывает. Благовония не всем подходят.
– Но наши полностью натуральные. Не то что в магазинах.
– Пожалуй, обойдемся без масел, – сказала я.
– Не забывайте о кристаллах. Защита лишней не будет, правда? – Она смахнула с глаз растрепанную челку и продолжила: – Всего с месяц назад ко мне приходила бедняжка Руби, и я помогла ей пробудить внутреннюю богиню. Какое горе-то с ней случилось! Но хоть насладилась последними деньками, – она многозначительно подмигнула. – Если вы понимаете, о чем я.
Я несколько раз моргнула в замешательстве.
– Простите, нет, не понимаю. В смысле, вы помогли Руби пробудить внутреннюю богиню?
– Ой, – Шафран хихикнула. – Я подобрала кристалл, который поддал жару в ее спальне. Иногда браку нужна всего лишь искорка, чтобы вернуть все на круги своя. Она сказала, что сработало на ура. Честно говоря, в нашу последнюю встречу она просто сияла. Удивительно, всего капелька близости – и человек просто преображается. – Она еще раз деланно подмигнула. – Если нужна помощь по этой части, только скажите.
– У меня все в порядке. Спасибо, – выдавила я, гадая, как мы дошли до обсуждения интимной жизни Руби. Меня слегка тряхнуло, и я пожалела, что не существует специального ластика для мыслей.
Клем фыркнула.
– Забавно, но когда я в последний раз видела Рэндольфа, он был зажат, как обычно. Видимо, у него огонь потух лет десять назад.
– Ну, это всего лишь домыслы, –
