– Да у меня такого и в мыслях не было! Договорились – значит, договорились! – и Леня протянул купюру.
– То-то! – мальчишка молниеносно спрятал деньги и тут же исчез, как будто его и не бывало.
Леня опустил окно и снова включил свою магнитолу.
Пока из нее не доносилось никаких звуков, кроме негромкого ровного ворчания автомобильного мотора. Прошло еще несколько минут, и машины начали понемногу двигаться. Вскоре пробка рассосалась, серебристый «пежо» проехал Дворцовую площадь и выехал на мост. Леня следовал за ним, соблюдая необходимую дистанцию. За мостом «пежо» свернул направо, в сторону Пушкинского дома. Здесь движение снова немного притормозилось, и тут Леня заметил, как из толпы на троллейбусной остановке выскользнул худощавый мужчина и подбежал к «пежо». Дверца распахнулась, и мужчина плюхнулся на переднее сиденье.
Магнитола с секретом ожила.
– Ну, что за паника, – раздался из динамика недовольный голос. Слышимость была хорошая, Леня с благодарностью подумал, что шустрый мальчишка закрепил «жучок» удачно.
Я же сказала – он жив! – отозвалась женщина. – Ты не сделал то, о чем мы договаривались! Он жив, жив, и прекрасно себя чувствует! Вы с ним сговорились и решили кинуть меня? Думаешь, я такая доверчивая дура?
– С чего это пришло тебе в голову? Что за ерунда! Почему ты вообразила, что он жив? Прекрати истерику и говори толком! И вообще, сверни вон туда в переулок, а то в аварию попадем!
Леня заметил, что серебристый автомобиль послушно выполнил маневр.
– Я же говорю – мне сегодня позвонили и сказали, что он хочет со мной встретиться! Так и сказали – Евгений Иванович хочет с вами встретиться… и еще – что все остается в силе…
– Я же сказал тебе – ни в коем случае не подходи к телефону! – зло проговорил мужчина.
– Я и не подходила… он все это наговорил на автоответчик… и еще – он назвал меня по имени. Только вы с ним знали, что я скрываюсь в этой квартире! Он и ты! И вот теперь он звонит мне, стало быть, он жив! Ты сговорился с ним за моей спиной! Ты предал меня, предал!
– Дура! – воскликнул мужчина. – Ты действительно круглая дура! Ты попалась в примитивную ловушку!
Он ненадолго замолчал, и Леня увидел, что серебристая машина вывернула из транспортного потока и остановилась возле тротуара. Видимо, партнеры решили поговорить без помех.
– Я тебе не верю! – заговорила женщина, повысив голос. – Я думаю, ты сговорился с ним!
Но не воображай, что вам это сойдет с рук… Я знаю, что нужно делать! Знаю, с кем связаться…
– Ты сошла с ума! – выкрикнул мужчина, потом он попытался взять себя в руки и проговорил совсем другим тоном: – Ну сама подумай, ты что – узнала его голос?
– Нет, конечно… он же не сам звонил, он не так глуп, звонил кто-то из его шестерок…
– Ну, вот видишь… тебе позвонил неизвестно кто, и ты сразу запаниковала. А самое главное – ты перестала верить мне… Пойми, именно этого они и хотели – чтобы ты испугалась, запаниковала и наделала глупостей! Одну глупость ты уже сделала, связалась со мной из той квартиры… Умоляю, не сделай еще чего-нибудь, о чем придется потом пожалеть. Если ты свяжешься… с другими людьми, на всем придется поставить крест! Ты это понимаешь? Ведь мы с тобой партнеры, мы должны доверять друг другу, иначе из наших планов ничего не получится… Подожди, нам осталось совсем немного, скоро мы получим деньги, и все будет очень хорошо. Мы уедем с тобой к теплому морю и забудем все эти неприятности…
На какое-то время стало тихо – вероятно, мужчина пытался успокоить свою партнершу всеми доступными ему способами. Женщина негромко всхлипнула и снова заговорила, но уже без прежнего ожесточения:
– Я сижу там, как в гробу! Ты не представляешь, какие мысли приходят в голову… и вдруг этот звонок… я испугалась, я поверила, что Евгений жив… подумала, что ты мог предать меня…
– Ну, теперь ты успокоилась? Больше не думаешь так обо мне? Ты ведь знаешь, что очень нужна мне!
«Хорошо как говорит, – одобрил Леня, – с душой, с чувством! Это на женщин очень действует. Нужно взять на вооружение эту прочувствованную интонацию…»
Леня Маркиз был о себе как о специалисте очень высокого мнения, однако всегда старался неуклонно повышать свое мастерство.
– Потерпи еще немного, совсем немного! – говорил Иринин собеседник. – Скоро деньги будут у нас. Может быть, один-два дня… самое большее – три…
Услышав про деньги, Леня нахмурился и навострил уши.
– Я просто не знаю, что думать, – женщина говорила теперь едва слышно, – не знаю, кому верить, и самое главное – не знаю, что теперь делать… Если ты говоришь, что это не Евгений, то откуда они узнали этот телефон?
– А ты сама была достаточно осторожна? Ты не могла где-то проговориться или привести за собой слежку?
– Нет! Я была предельно осторожна! Я постоянно проверялась, буквально на каждом шагу…
Допустим, – мужчина снова замолчал, видимо, раздумывая. Наконец он решительно проговорил: – Во всяком случае, возвращаться в ту квартиру ни в коем случае нельзя. Она засвечена. Сейчас я отвезу тебя в другое место, очень надежное, там ты будешь в безопасности…
– Но мне нужно забрать в той квартире свои вещи… У меня ничего нет, кроме того, что на мне.
– Об этом не может быть и речи. Возвращаться туда после того, что произошло, ни в коем случае нельзя, это слишком опасно. Ты купишь себе все, что понадобится. Кроме того, тебе придется переждать там совсем недолго – всего два-три дня, пока мы не получим деньги.
Он еще немного помолчал и проговорил, понизив голос:
– Остается последнее: тебя вычислили. Понимаешь, я-то знаю, что ничего против тебя не предпринимал, я знаю, что Лисичкин умер, поэтому объяснение этому странному звонку может быть, на мой взгляд, только одно: до той квартиры, где ты прячешься, притворяясь, что работаешь экономкой, добралась твоя бывшая подружка. Та, которую ты так жаждала подставить!
«Вот и к делу подошли», – оживился про себя Маркиз и устроился поудобнее, прислушиваясь к разговору.
– Не может быть! – Ирина повысила голос. – Этого просто не может быть! Она не могла, она – полная дура! Я так хорошо сумела ее убедить…
– Однако, хоть ты и утверждаешь, что она полная дура, все же ей удалось выбраться из той квартиры незамеченной, – ехидно напомнил мужчина. – Мы до сих пор не знаем, что там случилось. Ясно только, что милиция не прихватила ее с поличным и не обвинила в убийстве по горячим следам. И ты вместо того, чтобы разведать, что произошло, сразу же смылась на машине!
– Там все время вертелись какие-то подозрительные личности, – призналась Ирина, – я просто испугалась, что они возьмут меня на заметку… Но то, что ты говоришь… как она могла меня вычислить? Она же ничего про меня не знает! Мы с ней не виделись больше двух лет! И не перезванивались даже!
– Все-таки подумай хорошенько, не могла ли ты кому-то проговориться… Ты никого из своих знакомых не встречала в последнее время?
Женщина замолчала, и, судя по всему, ее собеседник почувствовал по ее молчанию, что она что-то вспомнила.
– Может быть… – проговорила она наконец, – но это совершенно невозможно… Я не давала ей этот адрес, я не такая дура, я дала ей только телефон ветеринарной клиники… той, куда носила эту кошку… Боже, если бы ты знал, как она мне надоела!
– Не об этом ты сейчас говоришь! – крикнул мужчина. – Быстро выкладывай, кто мог знать хоть какие-то твои координаты!
Это Надька Ратникова, – еле слышно ответила Ирина, – от нее я узнала телефон Ольги, она же вцепилась в меня как клещ и потребовала мой. Есть, знаешь, такие люди, хотят все всегда про всех знать, всегда быть в курсе…
– Понятно, стало быть, она стремится много знать, – зловеще протянул мужчина, – мне очень не нравится в людях это качество.
У Маркиза от таких слов стало на душе нехорошо. Он понял, что Иринин собеседник тот человек, у которого слова никогда не расходятся с делом. И хотя он знал о Наде Ратниковой только по Лолиным рассказам, все равно забеспокоился. Леня Маркиз очень не любил насилия. Несправедливости он тоже не любил.
Как видно, Ирина тоже почувствовала в словах своего собеседника угрозу.
– Что ты хочешь делать, Михаил? – встревоженно спросила она. – Оставь Надежду в покое! Она несчастная нищая неудачница, абсолютно безобидна, от нее никому не будет вреда!
– В этом деле решать буду я! – жестко отрубил мужчина, которого назвали Михаилом. – Что-то ты стала слишком сентиментальна. Ведь согласилась же ты со мной, что Лисичкина нужно устранить! Ведь он камнем висел у нас на шее, да еще требовал шестьдесят процентов от всей суммы за простую услугу! Дорогая моя, в таких делах нельзя остаться чистенькой!
– Лисичкин – порядочный мерзавец, – согласилась Ирина, – но Надька…
– Разговор окончен! – отрубил мужчина. – И не называй меня больше Михаилом!
