Супруга его, Анастасия Николаевна Глызина, проявила по отношению к мужу редкостное внимание: пригласила лучших московских врачей и наняла опытную сиделку. Однако, лелея в душе надежду, что дни Василия Ивановича сочтены, не забывала посещать время от времени Бахметьевский переулок.
Илья Иванович Глызин по-прежнему каждодневно посещал контору в Спасоналивковском переулке, наслаждаясь избавлением от диктата старшего брата. Как ни странно, но история с «бриллиантом маркизы Помпадур» принесла семейству Глызиных определённую популярность, и теперь торговые дела шли как никогда успешно.
А в один из апрельских дней, когда солнышко стало приятно пригревать, а природа начала просыпаться, на Пречистенку пришло письмо на имя Василия Глызина. Наличие нескольких штемпелей на конверте свидетельствовало, что послание отправлено издалека.
Горничная Прасковья, желая несколько взбодрить барина и доставить болезному хоть какое-то удовольствие, тотчас принесла письмо ему в спальню.
Глызин покрутил конверт.
– Кажись, из-за границы… Вон штемпелей-то сколько… – отреагировал он слабым голосом. – Вскрой, Прасковьюшка, будь добра… Да и ступай себе…
Горничная аккуратно вскрыла конверт, угодливо протянула барину и, поманив сиделку, неслышно вместе с той удалилась.
Василий Иванович дрожащими руками развернул добротный лист бумаги и… уловил лёгкий аромат духов.
– Мать честная… Никак, от женщины… – оживился он и залюбовался на миг изумительным каллиграфическим почерком.
Затем прочёл:
«Приступая к сему посланию, я долго думала, как обратиться к Вам: «сударь», «милостивый государь» или «господин Глызин»? Словом, пребывая в полном замешательстве, я так и не решила, как мне назвать вас… Вас – убийцу моей матери!!!
Вероятно, вы забыли уже тот день… Это произошло почти пятнадцать лет назад, во Франции. Я и моя матушка покинули тогда родовой замок, полагая, что вторжение на нашу землю русских казаков повлечёт за собой весьма прискорбные для нас последствия: до нас дошли уже слухи о бесчинствах и мародёрстве русских варваров в предместьях Вермандуа.
Моя мама спешно упаковала в саквояж все фамильные драгоценности, в том числе и шкатулку из саксонского фарфора… Да, да, именно ту, которая много лет потом стояла на туалетном столике вашей супруги! В силу Вашего невежества Вы, наверное, даже и представить себе не могли, что сию шкатулку держали когда-то в руках министр финансов Франции Николя Фуке и сам Людовик XIV! Именно в ней, в тайнике, хранилась «Роза Версаля» – бриллиант, подаренный королём герцогине Луизе де Лавальер, моей прабабушке!
Я до сих пор отчётливо помню тот злополучный день, когда Ваши алчность и жестокость лишили меня одновременно и матери, и средств к существованию!
С тех пор прошло много лет… Мне пришлось исколесить всю Европу. Я старалась выжить, как могла… Не скрою, направляясь несколько лет назад в Россию, я тщилась надеждой, что однажды встречу Вас и непременно поквитаюсь за смерть матери! По счастью, «господин случай» предоставил мне такую возможность…
Сначала я не узнала вас: пятнадцать лет назад я ведь была совсем ребёнком. И лишь после прочтения в газете той нелепой истории о «бриллианте маркизы Помпадур» у меня возникли смутные подозрения, что именно Вы и владеете той самой «Розой Версаля», которая принадлежала когда-то нашему семейству. И именно Вы – тот самый убийца!
Я испытала к Вам неистовое отвращение и ненависть, однако вынуждена была тщательно скрывать свои чувства. Господи, до этого я и представить не могла, с кем приходилось мне делить своё ложе!
В тот день, когда я заметила у Вас на шее новый медальон, меня словно что-то подстегнуло: время мести настало! Тщательно всё обдумав, я составила план необходимых действий.
План мой начал осуществляться ещё до того момента, как Вы покинули «мою» усадьбу: Ваш кучер заранее был связан и укрыт в сарае моим истинным возлюбленным, о коем Вы не догадывались, но с коим я никогда не разлучалась. В экипаже Вас поджидал мой человек!
Когда Вас избивали, выпытывая банковский шифр, я, представьте, находилась рядом!!! Да, да! В той самой грязной лесной избушке. Укрывшись за занавеской в углу, я наслаждалась Вашими страданиями!!!
Именно мне, кстати, принадлежала идея заклеймить Вас! Как быка, как последнюю скотину! Дабы Вы носили сие клеймо на лбу и всегда помнили обо мне – о Мадлен де Лабом-Леблан де Лавальер, жизнь которой Вы разрушили! Это Вы сделали из меня авантюристку и мошенницу!
Я счастлива, что справедливость восторжествовала. Вернувшись во Францию, я выкупила фамильный замок Вермандуа. Тот самый, который Людовик XIV подарил когда-то своей фаворитке и незабвенной моей прабабушке Луизе де Лавальер. Теперь Вермандуа принадлежит только мне! И я непременно верну ему былое величие – денег для того доверчивая Россия дала мне более чем достаточно! А «Розу Версаля» я, дабы Вы знали, ношу теперь в виде кулона. И буду носить всегда – в память о незаурядных женщинах нашего рода!»
