Антонио Ларрета - Кто убил герцогиню Альба или Волаверунт

122

24 Это письмо принца будущей свекрови сохранилось в архиве королевы Неаполитанской. По низости содержания оно сопоставимо только с печально знаменитым письмом того же автора, отправленным в октябре 1807 года императору Франции.

25 Годой в коротком абзаце касается стольких аспектов международной политики, что прокомментировать их в одном примечании не представляется возможным, настолько сложной и запутанной была испанская дипломатическая стратегия в эпоху Карла IV. Поэтому ограничимся здесь замечанием, что письмо Фернандо действительно было предательством по отношению к родителям и тем самым по отношению к правительству его страны.

26 У принца были и гувернеры, и учителя, но проходил год за годом, а он, к отчаянию родителей, ничему не мог научиться. Говорят, что он всю жизнь оставался невежей. Однако его высказывания, которые цитирует Годой в "Мемуарах" и "Кратком мемуаре", свидетельствуют о незаурядной хитрости принца.

27 Воспоминания Годоя — единственный документ, сообщающий, что принц был подвержен припадкам; возможно, это был истероидный синдром, провоцируемый фрустрацией ц злобностью, однако еще не превратившийся в эпилепсию, о которой пишет Годой.

28 Но разве не то же самое произошло пятью годами раньше?

29 Такое поведение герцогини де Чинчон вызвало впоследствии озабоченность королевы. В нескольких письмах, адресованных Годою, она тревожится по поводу холодного молчания, в которое замкнулась герцогиня. Так, 3 января 1806 года Мария-Луиза пишет: "Я хотела бы, чтобы твоя жена поговорила с тобой, а не уходила в полное молчание…" И 10 января 1807 года: "Мне очень жаль, что с твоей женой не все в порядке и что она такая молчаливая, ведь это вредит ее здоровью; да поможет ей Бог, пусть облегчит ее душу, сделает ее более открытой и спокойной…"

30 Эпитет "бессильный" употреблен здесь явно не случайно: Фернандо действительно страдал импотенцией, от которой, правда,

со временем ему удалось вылечиться. Известно, что он почти целый год не мог завершить плотским союзом свой брак с

Марией-Ан- тонией Неаполитанской, и это явилось причиной озабоченности его родителей и отчаяния самой принцессы.

31 Ходили также слухи — Годой не упоминает о них, — что королева использовала яд кураре, с которым оба они в какой-то степени были знакомы. Действительно, Мария-Луиза и ее брат Фердинанд, герцог Пармский, были в детстве учениками Кондильяка (что отчасти опровергает расхожее представление о ее интеллектуальной ограниченности), а Кондильяк был хорошо знаком с южноамериканской практикой использования кураре и с посвященными этому яду исследованиями Ла Кондамина, опубликовавшего в 1751 году (то есть в год рождения Марии-Луизы) брошюру о своем путешествии и открытиях; что касается Годоя, то он в 1799 году беседовал с Гумбольдтом (Гумбольдт встречался в Мадриде с тогдашним государственным секретарем Испании Уркихо, но виделся также с королями и с Годоем), а энциклопедические познания этого выдающегося натуралиста об американской флоре не могли не включать сведений о кураре. Все это позволяет заключить, ^то Мария-Луиза и Годой имели возможность обладать обширной информацией об этом яде и для них не составляло труда приобрести его в Америке. Однако подобные подозрения по понятным причинам могли появиться не у простого народа, а лишь у образованных людей.

Байонна — город на юго-западе Франции, недалеко от Бискайского залива, где после мадридского восстания 5 мая, направленного против французских войск, встретились Наполеон, Карл IV, королева и Годой, а также Фердинанд. Вскоре после этой встречи Наполеон издал декрет о возведении на испанский престол Жозефа Бонапарта.

Марселино Менепдес-и-Пелайо (1856–1912) — выдающийся испанский историк, библиограф и литератор. Труды Менен- деса-и-Пелайо считаются образцовыми с точки зрения языка и стиля.

Это единственное место, где маркиз де Пеньядолида посвящает нас в свои намерения: отложить публикацию "Краткого Мемуара" с 1936 года, которым датируется его "Предуведомление", до 1951 года, когда он был уже не в состоянии опубликовать что-нибудь, так как был погребен на Пер-Лашез, где пребывает и сейчас; и также погребенным останется и "интересный документ", и его собственный пролог, пока я не найду их после очередного проявления воли рока (прим. автора).

Благие пожелания, принятие желаемого за действительное (англ.).