Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 134
Письмо было подлинное, тут нет сомнений, но шеф запаниковал. Его смущала эта Митци Бергман. Она наверняка рылась в его бумагах, хотя прямых доказательств нет. А потом вообще сбежала.
Алеку было поручено убедиться, чтобы нигде не возникло ни единого намека на связь Уотерхауса с разведкой.
– Я вчера в Торминстере виделся с ребятами из Скотленд-Ярда, – заключил Алек. – С ними нет проблем. Рассказал им, что Уотерхаус написал коронеру, кое-что объяснил. Все было специально подстроено, чтобы письмо прибыло в конце, когда коронер и присяжные выслушали всех свидетелей. А теперь осталось убедиться, что в том флакончике действительно был мышьяк, которым он отравился. Так что компания в доме уже собралась.
Нас встретили двое знакомых мне полицейских из Торминстера и два давешних сотрудника Скотленд-Ярда, такие же мягкие и добродушные. И архитектор.
Впрочем, чтобы найти потайной шкаф, его помощь не понадобилась. Поскольку Джон в письме дал четкие указания.
В шкафу находилось множество разноцветных флакончиков, маленьких и побольше. Но как найти нужный? При виде этого изобилия старший детектив-инспектор присвистнул. Похоже, этот джентльмен собрал достаточно ядов, чтобы отравить половину графства. Затем при внимательном изучении оказалось, что большинство сосудов содержали совершенно безвредные вещества.
И тут я догадался.
– Ты знаешь, – сказал я Алеку, – это все лекарства Анджелы. Думаю, Джон тайком забирал их и ставил сюда, чтобы жена зря себя не травила. Она страдала жестокой ипохондрией и была готова принимать любые лекарства, не важно, нужны они были ей или нет.
– Да, да, – согласился Алек. – Думаешь, он для этого построил этот потайной шкаф?
(Могу добавить, что потом я получил у Анджелы подтверждение. Она сказала, что часто теряла флакончики с лекарствами и не могла представить, куда они подевались.)
Мы бы, наверное, провозились с ними еще долго, но появился сэр Френсис Харботтл, и дело пошло быстрее.
Всего пять минут ему понадобилось, чтобы, принюхиваясь, отобрать нужный сосуд.
– Мышьяк был вот здесь, – объявил он. – Тут еще осталось немного на дне. И осадок весьма характерный. Я, конечно, сделаю анализ, но уже сейчас могу сказать вам, джентльмены, с полной уверенностью, что в этом сосуде находился крепкий раствор мышьяка. – Он поднес флакончик к свету и внимательно всмотрелся. – Да, совершенно определенно – мышьяк.
Мы переглянулись.
– Ну что ж, – произнес суперинтендант Тиммс, – тогда нам, наверное, здесь больше нечего делать.
Ему никто не возразил.
И тут архитектор, который все это время внимательно исследовал стены, позвал нас из другого конца комнаты.
– Кажется, я нашел еще один потайной шкаф.
Мы поспешили к нему.
Он стоял у выступающей части камина, которая как бы создавала по обе стороны неглубокий альков. Он постучал примерно в футе над каминной полкой.
– Здесь проходит дымоход. А вот тут пустота. – Архитектор похимичил с орнаментом, окаймляющим панели, и неожиданно одна развернулась, открыв шкаф примерно девять дюймов в глубину, а вверх до потолка. На полках лежали пачки, аккуратно перевязанные белыми ленточками.
– Письма, – с удовлетворением отметил суперинтендант и взял одну.
Алек моментально у него ее выхватил.
– С вашего позволения, джентльмены, этими бумагами займусь я. Это в моей компетенции. Обещаю, что все, представляющее для вас интерес, будет незамедлительно передано.
Суперинтендант нахмурился, но возражать не стал. Сотрудники Скотленд-Ярда серьезно закивали.
Алек небрежно уронил пачку с письмами себе в карман и закрыл дверь шкафа.
– Я его сейчас опечатаю. И эта комната должна быть заперта. Полагаю также, что весь дом должен быть тщательно осмотрен.
Затем Алек кивнул мне.
Мы распрощались и вышли.
– Ты ожидал, что будет еще шкаф, – сказал я, как только мы отошли чуть подальше, – и потому пригласил архитектора?
– Что-то вроде этого, – согласился он.
– А разве эти письма интересны твоему отделу? Они же от женщин.
Он глянул на меня.
– Надо же, какой ты глазастый, Дуглас.
– Но это видно невооруженным глазом. Никогда бы не подумал, что Джон… Ты знал, что он такой?
– Мы знаем о своих сотрудниках все, – ответил Алек. – Но что касается работы, тут он был на высоте. А это главное.
– И как ты собираешься поступить с этими письмами?
– Лучше всего их сжечь. Зачем ненужные скандалы?
– Ты прав, Алек, и я тебе благодарен.
– За что?
– За то, что ты отдашь мне эту пачку, что у тебя кармане.
– Почему?
– Потому что я узнал почерк. Забавно, что суперинтендант случайно выбрал именно эту.
– Я не понял, – проговорил Алек.
– Нет, ты понял, – возразил я. – Думаю, их надо отдать обратно Френсис. Она обрадуется.
Алек молча протянул мне письма.
Он вдруг заторопился и вскоре уехал. Скорее всего ему не хотелось становиться свидетелем семейного скандала, хотя между мной и Френсис этого быть просто не могло. В общем, мы пообедали, и я отдал ей письма.
– Их нашли вместе с другими в потайном шкафу в библиотеке Джона. Письма никто не смотрел, и я тоже.
Она развязала ленточку. Затем улыбнулась:
– Забавно, что он их хранил. Зачем?
– Письма всегда хранят как память, – сказал я.
Она быстро подняла глаза.
– Дуглас… ты же не думаешь, что с этим связано что-то плохое?
– Нет.
– Это всего лишь дружеская переписка. – Она начала перебирать письма. – Вот то, что я ему послала из Кирби-Мурсайд. А это из Венеции. Вот еще одно. Помню, как я писала его в кафе в Швейцарии. И наш милый старый идиот их все сохранил. Ты знаешь, мне всегда его было жалко.
– Жалко?
– Конечно. С такой женой как не пожалеть. Но я знала, что у Джона есть другие женщины.
– Ты знала?
– Да. Он мне рассказывал, даже советовался. Спрашивал, не поступает ли он скверно по отношению к Анджеле. Я отвечала, что нет. Если она не может и не хочет быть ему нормальной женой, то это ее вина. Бедный Джон! Он переживал, понимаешь? Я его утешала. Так что, мой дорогой, – добавила жена, протягивая мне письма, – можешь их прочитать.
– Не буду, – ответил я. – Я тебе полностью доверяю.
Больше мы к этому вопросу не возвращались.
В самом деле, что мы знаем о наших друзьях? Думаем, что много, почти все, а на самом деле ничего. Не во всех случаях, конечно, но часто. Как, например, с Джоном Уотерхаусом.
После его смерти я узнал о нем такое, чего никак не мог догадаться при жизни. Как можно было вообразить, что этот грубовато-добродушный, милый человек – сотрудник военной разведки, бабник, который имел в Торминстере содержанку? А если бы представилась возможность покопаться в его прошлом, то какие потрясающие эпизоды мне бы открылись?
Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 134
