Ознакомительная версия. Доступно 33 страниц из 215
— Каков ваш прогноз, мистер Аллен? Обнаружат в лекарстве мышьяк или нет?
— Скорее всего, нет.
— Значит, экспертиза только для проформы. И все же будет обидно, если ничего не найдут. Что до термоса, то заранее ясно: результатов не будет.
— Да, черт побери, тут никаких надежд.
Надвигались сумерки, морозец пощипывал кожу, земля под ногами твердела. Воздух был пропитан приятным запахом горящих дров, из Анкретонского леса доносилось хлопанье крыльев.
— Ну и работа! — неожиданно сказал Родерик.
— Вы про нашу работу, сэр?
— Да. Не очень-то веселое времяпрепровождение — шагать по проселку с дохлым котом в обувной коробке и попутно обдумывать, как извлечь из могилы мертвого старика.
— Кто-то должен этим заниматься.
— Конечно. Но процедура не из приятных.
— Значит, вы уже не сомневаетесь, сэр? Убийство?
— Да, дружище, почти не сомневаюсь.
— Что ж, — помолчав, сказал Фокс, — по крайней мере все показания сходятся и личность преступника не представляет для нас загадки. Это не из тех запутанных дел, когда подозреваешь сразу десять человек.
— Да, но зачем ей было его убивать? Она же знала, что завещание составлено в ее пользу. Ей хотелось стать леди Анкред. Она понимала, что он долго не протянет. Зачем ей было так страшно рисковать, когда она могла просто выйти за него замуж и немного подождать?
— Он постоянно менял завещание. Возможно, она боялась, что он снова его изменит.
— По-моему, она вертела им, как хотела.
— А она не могла по-настоящему влюбиться в нынешнего баронета?
— Она?! Нет, только не она!
— Да, трудно себе представить. Ну а если допустить, что мисс О. невиновна, но старый баронет действительно был убит? Кого тогда мы можем подозревать? Сэр Седрик отпадает, потому что он знал о втором завещании.
— А если он сделал ставку на брак с будущей наследницей?
— Черт возьми, в этом есть логика! Но тогда он шел на очень большой риск. С такими деньгами мисс О. могла бы найти жениха и получше.
— Да, уверен, что найти кого-то хуже, чем Седрик, ей было бы нелегко.
— В таком случае давайте временно отбросим их обоих, — рассудил Фокс. — Посмотрим, кто же остается.
— Честно говоря, расклад малоперспективный. Они все полагали, что завещание, оглашенное на юбилейном ужине, имеет законную силу. Дездемона, Миллеман, доктор Уитерс и слуги рассчитывали получить приличные суммы; Томасу перепадал очень солидный кусок. Кентиши и семья Клода Анкреда остались на бобах. У «получивших» единственным мотивом для убийства могла быть алчность, у «не получивших» — месть.
— А кто имел реальную возможность совершить убийство? — продолжал размышлять вслух Фокс.
— Если анализ пузырька даст отрицательный результат, останется только термос, и тем самым все сходится на мисс О. Если, конечно, вы не предполагаете, что в целях медленного отравления Баркер подмешал мышьяк в суфле из раков.
— Вы, мистер Аллен, без шуток не можете!
— Видели бы вы, как я шутил и кокетничал с мисс Эйбл! — Родерик хмыкнул. — Удручающая картинка, поверьте.
— А теперь еще предстоит эксгумация, — после долгого молчания сказал Фокс. — Когда?
— Как только получим ордер и договоримся с доктором Кертисом. Между прочим, Анкретонская церковь тут недалеко, на холме сразу за деревней. Давайте, пока не совсем стемнело, заглянем на кладбище.
Они поднялись по окутанной сумерками дорожке и, толкнув калитку, прошли во двор церкви Святого Стефана.
После нескольких часов, проведенных в аляповато-роскошном замке, было приятно побродить вокруг церкви, простого, добротного строения, дышавшего стариной и покоем. Гравий на дорожке гулко хрустел у них под ногами, в кустах сонно шебуршились птицы. Трава на газонах была аккуратно подстрижена. Холмики и проходы между молчаливо застывшими крестами и надгробиями тоже были заботливо ухожены. Хотя почти стемнело, но еще можно было прочитать надписи. «Сюзанна Гасконь. Здесь покоится та, что при жизни творила добро, не зная покоя». «Светлая память тебе, Майлз Читти Брим. Пятьдесят лет ты убирал это кладбище, а теперь спишь среди тех, кому служил верой-правдой». Вскоре они подошли к могилам Анкредов: «Генри Гейсбрук Анкред, четвертый баронет Анкретонский, и жена его Мирабель», «Персиваль Гейсбрук Анкред» и еще много других Анкредов, похороненных скромно и достойно. Но такая простота последнего пристанища не удовлетворяла более поздние поколения, и над прямоугольниками обычных каменных плит возвышалась мраморная гробница, увенчанная тремя ангелами. Здесь, увековеченные в золотых надписях, покоились предыдущий баронет, жена сэра Генри, его сын Генри Ирвинг Анкред и сам сэр Генри. Усыпальница, как явствовало из отдельной надписи, была воздвигнута сэром Генри. Массивная дверь из тикового дерева и железа была украшена гербом Анкредов, под которым зияла большая замочная скважина.
— Склеп того типа, где гробы стоят на полках, — задумчиво сказал Фокс. — Доктору негде будет развернуться, да и света там, конечно, нет. Наверно, придется выносить тело наружу и огораживать брезентом. Как вы считаете?
— Да, пожалуй.
Фокс открыл и снова защелкнул крышку своих больших серебряных часов.
— Уже пять, сэр. Если хотите выпить чаю и успеть на поезд, нам пора двигаться.
— Тогда пошли, — тихо отозвался Родерик, и они повернули назад, к деревне.
Глава пятнадцатая
НОВАЯ СИСТЕМА
1
Дожидаясь Родерика, Агата мысленно раскладывала по полочкам все то, чем была наполнена их жизнь за короткий период со дня его возвращения. Отдельные события, фразы, жесты, ощущения — она перебирала их в уме, придирчиво вглядываясь в мельчайшие детали. Как немного, оказывается, ей нужно для счастья! Было слегка забавно сознавать, что она живет в постоянном предвкушении радости и даже испытывает некое умиротворенное самодовольство. Она была желанна, она была любима, и сама тоже любила вновь. Будут и беды, и неприятности, в этом она не сомневалась, но пока все шло чудесно, она могла расслабиться и чувствовать себя уверенно.
И все же ее счастье не было идеальным, его нарушало упорство Родерика, не желавшего, чтобы его работа занимала хоть какое-то место в их личной жизни — так суровая нитка, примешиваясь к узору из шелка, нарушает гармонию. И мысли Агаты, словно пальцы вышивальщицы, то и дело с раздражением натыкались на эту нитку и пытались ее выдернуть. Она знала, что сопротивление Родерика рождено ее собственным отношением к его работе, проявившимся несколько лет назад при очень тяжелых и страшных обстоятельствах; роль, которую ему пришлось тогда сыграть в расследовании нескольких убийств, привела ее в трепет; к тому же она никогда не скрывала, что смертная казнь как мера наказания вызывает у нее ужас.
Ознакомительная версия. Доступно 33 страниц из 215
