– Миссис Брил, я собираюсь быть с вами честным и скажу правду, даже если она покажется вам жестокой. Поверьте, я стараюсь ради вашего же блага. Когда прошлой ночью вас сбил автомобиль, в вашей сумочке лежал револьвер 38-го калибра. Полиция провела баллистическую экспертизу. Эксперты сделали микрофотографии пули, выстреленной из этого револьвера. Потом исследовали пулю, извлеченную из тела Остина Куленса. Ее тоже сфотографировали. Обе пули сравнили под мощным микроскопом, и выяснилось, что это не просто идентичные пули – они были выстрелены из одного и того же оружия. Другими словами, миссис Брил, Остин Куленс был убит из того револьвера, который прошлой ночью нашли в вашей сумочке.
– Молодой человек, – заговорила миссис Брил, сурово взглянув на Сэмпсона. – Вы уверены, что пистолет нашли именно в моей сумочке?
– Абсолютно уверен, – заявил тот. – Сумочка лежала рядом с вами на дороге, когда…
– Но это еще не значит, что сумочка принадлежала именно мне, – заметила миссис Брил. – В то время я была без сознания. Вы же не хотите сказать, что я виновата в том, что эту сумочку нашли рядом со мной. Я не знаю, кто ее туда положил.
Мейсон усмехнулся и подмигнул доктору Гиффорду.
– И после этого вы все еще думаете, будто эта женщина не в себе и не может отвечать на вопросы? – злобно пробурчал сержант Голкомб, обращаясь к доктору.
Ларри Сэмпсон немного помедлил, затем направился в угол палаты и взял со стула кожаную сумочку с ручками в виде двух металлических колец.
– Миссис Брил, я собираюсь показать вам одну сумочку. И я собираюсь спросить, ваша ли это сумочка. – Он с решительным видом вытянул вперед руку с сумочкой.
Миссис Брил равнодушно ее осмотрела.
– Кажется, у меня когда-то была похожая сумочка. Но я не уверена. В любом случае, молодой человек, я не могу точно сказать, моя ли она… Понимаете, такая сумочка была у меня уже довольно давно.
Сэмпсон ненадолго задумался, затем раскрыл сумочку и вытащил оттуда шарф.
– Попробуйте сказать, что это не ваше. Это ведь принадлежит вам, не так ли?
– Разве? – спокойно ответила миссис Брил, едва взглянув на шарф.
– Вы ведь знаете, что это так.
– Нет, не знаю, – ответила она, покачав головой.
– Послушайте-ка, миссис Брил! – взорвался Сэмпсон. – Это не игра. Все более чем серьезно. Вы обвиняетесь в убийстве первой степени, а это самое тяжкое преступление, согласно нашему законодательству. Мои вопросы и ваши ответы заносятся в протокол, и все это может быть использовано против вас в любое время. Миссис Брил, я не собираюсь пользоваться своим преимуществом. Я прямо говорю вам в присутствии вашего адвоката, что собранные доказательства представляют картину в черном цвете, хотя я не отрицаю, что доказательства в основном случайные и что некоторые из них вы, возможно, сможете как-то объяснить. Если вы будете с нами сотрудничать, всеми силами стараться помочь нам установить истину, тем самым сделаете шаг к установлению своей невиновности. Если же вы солжете и мы сможем вас уличить, то это лишь усугубит ваше положение. Мистер Перри Мейсон, ваш адвокат, может подтвердить, что я говорю правду. А теперь, если вы все еще отрицаете, что это ваша сумочка, и если мы докажем, что она действительно принадлежит вам, последствия будут для вас очень и очень печальными. Итак, миссис Брил, я еще раз вас спрошу… Это ваша сумочка?
– Я не знаю, – спокойно ответила женщина.
– Возьмите сумочку в руки, – не сдавался Сэмпсон, – внимательно осмотрите ее, загляните внутрь и потом скажите нам, ваша ли она.
– Да говорю же, я не знаю.
– Вы хотите сказать, что не знаете, ваша она или нет?
– Именно.
– Прошлой ночью у вас была с собой сумочка, не так ли?
– Я не знаю.
– Вы хотите сказать, что не знаете, была ли у вас в руках сумочка, когда вы отправились к мистеру Остину Куленсу? – спросил Сэмпсон.
– Точно. Я даже не знаю, ходила ли я вообще к мистеру Остину Куленсу, – ответила миссис Брил.
– Вы этого не знаете?
– Нет, – уверенно заявила она. – Если честно, я пытаюсь привести свою память в порядок с того самого момента, как пришла в сознание. Я помню вчерашнее утро, по крайней мере, я надеюсь, что это было именно вчерашнее утро. – Она повернулась к Перри Мейсону: – Сегодня ведь вторник, не так ли, мистер Мейсон?
Тот кивнул.
– Да, – продолжала миссис Брил. – Это было вчерашнее утро. Я помню вчерашнее утро. Я прекрасно помню все, что происходило. Помню, как получила ключи от машины брата, как пошла и забрала машину. Помню, как поставила ее в гараж. Помню, как ждала в обувном отделе универсального магазина. Помню, что потом меня обвинили в воровстве. И я помню, как завтракала с мистером Мейсоном… Но я не могу вспомнить, что было после того, как я вышла из магазина.
– Все ясно, – закатил глаза Сэмпсон, – вы собираетесь петь старую песенку, будто у вас потеря памяти, да?
– Это не вопрос, Сэмпсон, это открытое обвинение, – вмешался адвокат.
– Думаю, мистер Мейсон прав, – поддержал его доктор Гиффорд. – Учитывая обстоятельства, вы можете задавать моей пациентке вопросы, но ни в коем случае не должны с ней спорить и уж тем более издеваться над ней.
– Это алиби старо как мир, – ехидно заметил сержант Голкомб.
– Так уж получается, джентльмены, если вам, конечно, интересно, – сказал доктор Гиффорд, – что довольно часто потеря сознания сопровождается частичной потерей памяти и пациент не помнит ничего из того, что случилось за несколько часов, а иногда и за несколько дней до происшествия. Хотя с течением времени память постепенно возвращается.
– Как вы думаете, сколько на это потребуется времени в данном случае? – саркастически поинтересовался Сэмпсон.
– Я не знаю, – пожал плечами врач. – Это зависит от многих факторов, на которые я не в силах повлиять.
– Это уж точно, – фыркнул Сэмпсон.
– Позвольте полюбопытствовать, доктор Гиффорд, – подал голос Мейсон, – есть ли что-то необычное в том, что миссис Брил после дорожного происшествия потеряла память?
– Нет, совсем ничего необычного, – твердо ответил доктор.
Сэмпсон вытащил из сумочки недовязанный свитер.
– Посмотрите сюда, миссис Брил, – сказал он. – Разве вы не можете узнать ваше собственное вязанье?
– Можно взглянуть поближе? – спросила миссис Брил.
Сэмпсон передал ей свитер.
– Я бы сказала, что кто-то очень хорошо вяжет, – заявила она, внимательно его осмотрев. – Кто бы это ни был, он настоящий мастер.
– Вы ведь вяжете, не так ли? – спросил Сэмпсон.
– Да.
– И считаете себя хорошей вязальщицей?
– У меня неплохо получается, – без ложной скромности кивнула миссис Брил.
– Вы узнаете свое вязанье?
– Нет.
