Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 110
Джим тоже поднялся.
— Неужели вы думаете, что Манселлы решили запугать меня, чтобы я согласился на их проект?
Оскар Робертс усмехнулся:
— Не знаю, сэр. Но на вашем месте я бы поостерегся сидеть у открытых окон. Легкая мишень вводит в искушение.
— Черт возьми, если бы я действительно верил, что мне угрожает какая-то опасность, то отверг бы австралийский проект прямо сейчас.
— А вот этого мне бы совершенно не хотелось. Я понимаю ваши чувства, но в мои задачи не входило настраивать вас против проекта.
— Попытаюсь мыслить непредвзято. И спасибо за предупреждение. А теперь прошу вас присоединиться в нашему чаепитию.
Робертс немного повозражал, но позволил уговорить себя.
Чай подали на террасе, где собралось много людей. Эмили, узнав о приезде сэра Адриана, спустилась к столу в своем лучшем черном шелковом платье — честь, оказываемая не многим, — и сидела рядом с ним с менее мрачным видом, чем обычно, внимательно вслушиваясь в его медленную речь. Она так до сих пор и не разобралась в этом человеке. Аристократ, с ее точки зрения, попросту бездельник, ни дня не проработавший в жизни. Но Эмили отчетливо ощущала недюжинный ум сэра Адриана, и беседовать с ним доставляло ей огромное удовольствие. Даже когда его суждения противоречили ее собственным.
Розмари и Бетти Пембл сидели рядом. Бетти провела в ее обществе больше часа, постоянно сочувственно поддакивая. И действительно, это же большое горе — унаследовать только личное состояние Клемента, а не богатства семьи Кейн. Этот растяпа не сумел быстро прибрать его к рукам. И Патрисия Эллисон, подумать только, такая нахалка. Когда была одна, навязывалась в подруги Розмари, а как только нашла богатого жениха, сразу заговорила по-другому.
Детей она усадила за небольшой столик, отдельно от остальных, на расстоянии. Время от времени покрик и вала на них, чтобы сидели тихо и не заталкивали в рот большие куски. Затем поворачивалась к Розмари и объясняла, что обычно они так себя не ведут.
Тимоти пристроился рядом с Патрисией. Рассеянно глядел в чашку, никак не реагируя на происходящее. Оживился лишь, когда на террасу вышли Джим и Оскар Робертс.
Эмили поздоровалась с Робертсом без особой сердечности. Преодолевать предубеждения было не в ее правилах, и тут исключения она делать не собиралась. Манеру Робертса сдвигать вместе каблуки и кланяться, когда он брал ее руку, Эмили с презрением оценивала как «иностранную». Для нее это прилагательное имело уничижительный смысл.
Она бросила ему короткое «Здравствуйте» и немедленно повернулась к сэру Адриану:
— Так чем же занимается ваша жена, слоняясь по Африке? Это в ее-то годы.
— Честно говоря, не знаю, — ответил сэр Адриан с улыбкой.
— А следовало бы! — Подобные ответы ее озадачивали. Она считала, что мужья должны знать, чем занимаются их жены.
— Вы не боитесь, что Норма может попасть там на обед к каннибалам в качестве одного из блюд?
— Нет. — Сэр Адриан беззаботно взмахнул рукой. — Надо ее знать. Это поразительная женщина. Встретив там каннибалов, она приструнит их и заставит себе прислуживать. Ее энергии позавидует любой молодой человек, не говоря уже о женщинах. — Он бросил взгляд на Тимоти, затем на Джима. — А вот сыновья напористость матери не унаследовали.
— Может, оно и лучше, — сказала Эмили. — Что вы собираетесь делать со своим мальчиком?
— В каком смысле?
— Куда вы намереваетесь его определить?
— Ах, вот вы о чем. Мне кажется, думать об этом пока рано. К тому же любая профессия, какая только приходит на ум, мне кажется для него неподходящей.
Она хрипло рассмеялась.
— А вам известно, что в полиции подозревают Джима?
Сэр Адриан с безучастным видом принялся протирать свой монокль.
— Ну, для них это вполне естественно.
— А по мне, так идиотизм.
С сэром Адрианом разговаривать на эту тему было бесполезно. Он вел себя странно, словно судьба Джима его не тревожила, да и собственного сына, Тимоти, тоже. Он со всеми общался одинаково ровно, поглядывая на них сквозь туман отчуждения, которым окружил себя, как бы отгораживаясь от людей. Казалось, его больше интересует коллекция марок, чем убийство Клемента.
Когда позднее Джим рассказал ему о разговоре с Робертсом, он лишь пожал плечами.
— От такого предупреждения становится жутковато, правда?
— Да, — ответил Джим. — Потому что это абсурд. Да, Сайласу и Клементу не нравился австралийский проект, но уверен, погибли они по другой причине.
— То есть ты спокоен?
— А чего мне нервничать? Я у открытых окон не сижу.
— Могу только добавить: маловероятно, чтобы убийца решился на третье преступление в тот момент, когда детективы расследуют два первых.
— Да, — кивнул Джим, — с его стороны это была бы неслыханная наглость. Странная складывается ситуация. Я наследовал состояние Кейнов, следовательно, у меня был мотив избавиться от предшественника, а может, и двух, и вместе с тем я сам являюсь кандидатом на устранение.
Сэр Адриан тронул его за руку.
— Мой мальчик, не воспринимай эту опасность серьезно.
Он рассмеялся.
— Мне и прежде, когда я чего-либо боялся, всегда хотелось прийти и взять вас за руку. С вами спокойно, как ни с кем. — Джим вздохнул. — Видимо, мне придется вникать в дела фирмы, хотя очень не хочется.
— Не сомневаюсь, твоя мама тебя бы к этому поощрила.
— Ну конечно. Иначе как же я смогу финансировать ее экспедицию на Северный полюс?
— В Китай, — поправил сэр Адриан. — Если память мне не изменяет, следующую поездку она планирует совершить в Центральный Китай.
Позднее, перед ужином, Патрисия, встретившись в гостиной с сэром Адрианом, спросила:
— Как вы думаете, способны Манселлы на убийство ради заключения выгодной сделки?
— Нет. Разумеется, легко поддаться искушению и поверить, что младший Манселл ради наживы способен на любое преступление. Согласен, в нем мало приятного, но нельзя позволять предубеждениям управлять своими суждениями.
— Я повторяю себе это снова и снова, понимая, что мои тревоги сильно преувеличены, но когда речь идет о жизни дорогого мне человека, эмоции меня захлестывают.
Сэр Адриан вопросительно вскинул брови:
— Надеюсь, вы не считаете меня бессердечным отчимом из сказок?..
Она улыбнулась:
— Конечно, нет. Но Джим — мой жених, а вам он приемный сын.
— Да, это так, но они мне оба одинаково дороги. Что родной сын, что приемный. И я радуюсь, глядя на Тимоти. С возрастом он все больше становится похожим на Джима.
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 110
