– Ты уже что-нибудь выяснил?
– Откуда? Мне эта версия только пришла в голову, насчет Мирны в связи с очками… Не учел.
– Учти.
– Я уже иду. Что еще?
– Ох, если бы что-нибудь уловить насчет тех часов! Ничего не могу придумать.
– У тебя всегда так. Ничего, ничего, а потом ка-ак выдашь! Так я пошел насчет Мирны.
– Поосторожней, Пол, – рассмеялась Делла, – это тебе не какая-нибудь старая карга!
– Плевать на всех красавиц мира, когда я на работе!
Детектив подошел уже к двери, но остановился и вынул из кармана бумажник. Со всеми предосторожностями он вытащил из него небольшой кружочек черного цвета, вырезанный из картона.
– Эту штуковину я нашел примерно ярдах в двадцати от того места, где были закопаны часы первый раз. Может, и ерунда, но я решил тебе показать.
Мейсон осмотрел находку.
– Что бы это могло быть? Кружок специально вырезан, очень тщательно, из новенького картона.
– Да, кто-то для чего-то его сделал.
– Спасибо, Пол. Кто знает, не поможет ли это нам?
– Так я пошел.
После ухода Пола Мейсон долго сидел, покачивая головой. Наконец сказал:
– Не увязывается: часы, очки, звезды…
Тут он приложил палец к губам.
– Что такое? – встрепенулась Делла.
– Марта Стивенс!
– Ну и что она?
– Ей тридцать восемь лет.
– Не понимаю.
– Ей тридцать восемь, то есть под сорок, она носит очки, умеет делать уколы, так как мистеру Блейну требуется делать их дважды в день… Доходит?
– Господи, да!
– И на следующий день после убийства, когда исчезла Адель Блейн, какая-то Марта Стивенс зарегистрировалась в отеле «Сент-Бенито». Мы так и не удосужились проследить эту ниточку. Не поняла?
Делла перестала дышать.
– А теперь?..
– Начинаю догадываться. У Марты Стивенс было с кем-то назначено там свидание, а приехать она не могла, вот за нее и отправилась Адель.
– Чтобы встретиться… с кем же?
Мейсон потянулся к телефону и попросил соединить его с квартирой Блейнов, а через пару минут уже говорил:
– Это вы, миссис Стивенс? Кроме вас, дома никого нет? Ясно. Мистер Блейн хочет, чтобы вы взяли все необходимое для инъекции инсулина и приехали в Детективное агентство Пола Дрейка… Не знаю… Очевидно, переволновался в суде… Так сумеете вы это сделать?.. Спасибо.
Делла с любопытством смотрела на Перри Мейсона.
– Ну и что это вам даст?
Адвокат выдвинул ящик стола и достал оттуда связку отмычек.
– Пока это даст мне возможность обыскать комнату Марты и заняться расследованием в том направлении, о котором не подумал дражайший Мак-Ниир. И, если повезет, похитить пару очков.
– А что бывает за кражу со взломом?
– Я иду в дом, владелец которого нанял меня для защиты. Да и взлома не будет… Впрочем, если меня засекут за этим занятием, местная прокуратура не допустит никаких поблажек. Постараемся не доставлять им этой невинной радости. Едем!
Дом Винсента Блейна был построен в эпоху мира, покоя и финансового благополучия. Просторное здание, украшенное колоннами, портиками и прочим, вышедшим из моды. Окинув его опытным взглядом, Мейсон проговорил:
– Видимо, ее комната где-то позади.
– Проверим сначала черный ход? – предложила Делла.
– Без проверки могу сказать, он заперт изнутри, а ключ в ящике. Попытаем счастье у парадной двери…
Людей на улице было немного. Дождавшись, когда исчез последний прохожий, адвокат и Делла скользнули на темное крыльцо.
Замок поддался сразу, Мейсон посчитал этот факт счастливым предзнаменованием. В помещении пахло дорогими сигарами и вкусной едой. Этот запах сохранялся только в деревянных домах, кирпичная кладка его не держит.
– Припоминаю, в задней половине была лестница, – сказал Мейсон.
– Ее комната может быть у лестницы, – подсказала Делла.
Так оно и оказалось.
– Трудно будет осматривать помещение при свете фонарика! – пожаловалась Делла.
Мейсон щелкнул выключателем. Вспыхнул свет.
– Проверь только все шторы, Делла. Я уверяю тебя, привычный свет ничем не обеспокоит соседей, тогда как пляшущий свет фонарика…
Делла проверила шторы.
– Хорошо, – сказал Мейсон. – Приступим.
– Но что мы ищем?
– Неизвестно. В этом главная прелесть… – Адвокат вдруг замер. – Что это было, Делла? Кто-то бросил камешек в окно? Тише… Подождем.
Еще один камень ударил в окно.
– Может, выключить свет и посмотреть, кто внизу?
– Давай.
Мейсон выключил свет, а Делла отвела штору в сторону и осторожно выглянула.
– Это мужчина, – объявила она, – он махнул мне рукой и пошел к черному ходу. Будет стоять там и ждать, пока я его впущу в дом.
– Так и сделаем. Впусти его.
– Но…
– Мы его впустим. Сейчас нам, по-моему, повезло. Это ее приятель. Отвори дверь и не говори с ним. Я сам поговорю. Посмотрим, что он будет делать.
Они отыскали дверь внизу и открыли ее. В полной темноте Мейсон стоял за спиной Деллы.
В дверь проскользнул худощавый мужчина и по-свойски обнял Деллу.
– Не ждала, милашка? А где поцелуй?
Вспыхнул фонарик Мейсона. Человек зажмурился и отшатнулся, открыл глаза, увидел Деллу и отскочил.
– Что такое?
Мейсон запер дверь на ключ.
– Пойдемте наверх.
– Куда?!
– В комнату Марты.
– Кого это вы корчите из себя?
– Идемте, приятель. Для начала ответите на несколько вопросов о том, что происходило в тот вечер, когда был убит Джек Хардисти.
Человек сразу обмяк, смутился, даже пальто как-то стало ему не по росту большим.
– Кто вы? – пролепетал он.
– Вот это уже более вежливо, – заключил Мейсон, подталкивая его к лестнице. – Пошли, пошли.
Они молча поднялись в комнату Марты. Мейсон принялся разглядывать мужчину, всем своим видом выражая неодобрение. Его глаза прямо проникали в душу, не было никакого спасения от этого сверлящего взгляда.
– Ладно, – сказал Мейсон наконец, – выкладывайте.
– Где Марта?
– Очевидно, в эту минуту беседует с детективом из Лос-Анджелеса, я дал ей такую возможность. А вы побеседуете со мной.
Человек съежился еще больше:
– Я ничего не сделал.
Молчание. Человек, казалось, старался спрятаться в свое пальто.
– Я не намерен сидеть с вами до утра. Как ваше имя?
– Уильям Смилей.
– Где вы были, когда Марта разбила очки?
– Там я и был.
– Как она их разбила?
– Ну, на нее набросился этот тип.
– Хардисти?
– Да.
Делла незаметно достала блокнот и принялась стенографировать.
– Зачем вы поехали к Хардисти?
– Это была затея Марты. Она узнала о каком-то лекарстве, которое вынуждает людей говорить правду. И знала, что Джек запустил лапу в банковские деньги… Она решила: если ему сделает укол, он нам покажет, куда их запрятал, и мы их заберем. Но она понимала, он не овечка, и ей пришлось обратиться за помощью ко мне. Я не хотел, мне все это не нравилось, она подтвердит!
