на вопрос ответила я. – Бишоп помог. Мама умерла через полгода после переезда в Тансфорд, а я осталась тут.
– Бишоп, – повторил Эллиот так, словно само это имя отдавало у него на языке рыбьим жиром. – А его вы откуда знали?
Я могла бы не отвечать, но никакой крамолы в вопросе не было.
– Он – старый друг Дэвида. Теперь ваша очередь, лейтенант.
Эллиот сжал пальцами переносицу.
– Я приехал в город ненадолго… – он подумал и поправился: – Надеюсь, что ненадолго. Вышла неприятная история с начальником…
– Неужели он вас не ценил? – подсказала я, когда он замялся.
Эллиот обжег меня взглядом.
Пауза и сквозь зубы:
– Я хотел занять его место. А старик уходить не собирался… Я его недооценил и проиграл.
Это признание далось ему тяжело. Хотя недоговаривал он еще больше.
Прямо хотелось погладить по голове и дать конфету.
– Надеетесь, со временем все уляжется?
Он вздохнул и посмотрел на толпу на крыльце.
– У старика есть покровитель. Но он тоже в летах, так что максимум год, и он уйдет в отставку. Тогда можно будет свалить и старика. А пока друзья организовали мне перевод хоть куда-то. Главное, чтобы подальше и потише. Довольны?
Я кивнула, принимая все недосказанности.
Значит, Эллиот метит высоко. Из этого следует… Много что.
Во-первых, теперь ясно, почему он так отчаянно пытается раскрыть это убийство. Дело громкое, на нем можно сделать карьеру.
А во-вторых, лейтенант связан по рукам и ногам… Но об этом я думать не буду.
Лучше спросить о другом:
– А что вы выяснили?
– У Мастерса была любовница, – Эллиот побарабанил пальцами по рулю. – Думаю сейчас к ней поехать.
– Сейчас? – переспросила я недоверчиво. – Лейтенант, первый час!
– Ну и что? – парировал он. – Она актриса варьете, так что для нее еще рано. Доброй ночи, мисс Вудс!
И открыл мне дверцу.
***
Веселье в «Бутылке» только набирало обороты.
Вышибала кивнул мне и прогудел:
– Мисс, я вас провожу!
Я благодарно улыбнулась.
Устала. Нет сил отбиваться от очередного пьяного мужика…
Бишоп валялся в постели, задрав ноги на декоративную подушку.
Он повернул голову на скрип двери. Отсалютовал мне стаканом.
– Вернулась, – констатировал он. – Ну, заходи.
И сделал большой глоток.
– Ты слишком много пьешь, – поморщившись, заметила я.
И закрыла дверь.
Он криво усмехнулся и выпил еще.
– Тяжелый день. А ты пилишь меня, как сварливая жена.
Я молча отвернулась и потянула молнию платья.
Снять не успела: Бишоп вдруг схватил меня за руку и опрокинул на постель.
Он навис надо мной, опираясь на локти.
– Эмили, – заговорил он тихо и жестко. – Ты упрекала меня за тех шлюх. А сама?
– Я не спала с Эллиотом. Даже не собиралась.
И прикусила язык. Неужели оправдываюсь?
– Плевать! – грубо ответил он. – Эмили, я – босс. Ты – моя женщина. О тебе не должны плескать языками. А ты сидишь с ним тут один на один или вообще уходишь у всех на виду.
Вдруг стало смешно.
Надо мной нависал разъяренный мужчина, а я не могла сдержать улыбки.
– Ты ревнуешь, – я провела рукой по его колючей щеке.
Коснулась морщинок в углу глаза, обрисовала пальцем чуть заметный шрам.
Бишоп напрягся.
Крупный, твердый, смертоносный. Как кольт сорок пятого калибра.
– Ревную, – признался Бишоп с расстановкой. – Тебя это удивляет?
Многое можно сказать в ответ. Только зачем?
Я просто обняла его за шею и поцеловала.
Глава 7
Глава 7.
Разбудил нас стук в дверь. Негромкий, почти робкий.
– Босс, – позвал охранник.
– Что еще? – Бишоп поднял голову и прикрыл рукой зевок.
– Там опять тот полицейский.
С Бишопа мигом слетела сонливость.
Он резко сел на постели.
– Скажи ему, через пять минут буду.
– Да, босс!
Тяжелые шаги по лестнице… А Бишоп процедил ругательство.
– Что ты собираешься делать? – спросила я и тоже села, придерживая простыню на груди.
Он откинул покрывало.
– Набью ему морду, – ответил он спокойно. – Спи.
– Вот еще! – возмутилась я.
Бишоп, прищурившись, посмотрел на меня. Ноздри его не раз сломанного носа гневно раздувались.
Пришлось объяснять:
– Не хочу это пропустить.
Бишоп ухмыльнулся и притянул меня к себе.
– Кровожадная, – произнес он мне в губы.
***
В зале было пусто. Еще бы, такая рань!
Эллиот преспокойно попивал кофе, расположившись за столиком в углу.
Он поднял голову, смерил нас взглядом.
– Доброе утро.
Бишоп остановился напротив. Сунул руки в карманы брюк. Качнулся на носки и обратно.
– Что ты тут делаешь? – спросил он неприветливо.
– Пью кофе, – лейтенант продемонстрировал опустевшую чашку. – Это ведь кафе.
– Бар, – поправил Бишоп. Отодвинул стул, жестом предложил мне сесть.
Я отрицательно качнула головой.
На душе было неспокойно. Эллиот откровенно нарывался. Понять бы, зачем?
– Так что тебе надо, лейтенант? – в лоб спросил Бишоп, усаживаясь напротив.
Эллиот откинулся на спинку, скрестил руки на груди и дернул уголком рта.
– Раз уж болтать ты не настроен, спрошу прямо. Толбот тебе не родственник?
Бишоп вытаращил глаза.
– Ты перепил? Или недоспал? – присмотрелся и кивнул уверенно: – М-да, не спал ты точно.
– Ничего, я вполне соображаю, – Эллиот поправил криво повязанный галстук.
Выглядел он паршиво – щетина, мятая рубашка, кое-как расчесанные волосы. А на шее лейтенанта красовались свежие засосы.
Он потер красные глаза и повторил:
– Так что? Родственник? Учти, я уже сделал запрос в архив.
– С какой радости я должен тебе отвечать? – процедил Бишоп, разглядывая его сощуренными глазами. – Ты что, на допрос меня вызвал?
– Надо будет – вызову, – пообещал лейтенант холодно.
Бишоп хмыкнул.
– И будешь расспрашивать о родне? Не дури.
– Я не дурю, – в тоне Эллиота звенел лед. Он подался вперед и буквально воткнул в Бишопа внимательный взгляд. – Мне позвонил друг Толбота. Он вспомнил, как Толбот рассказывал, что неожиданно встретил родственника. «Он точь-в-точь похож на отца» – вот как он сказал. А убил его блондин. Если верить мисс Вудс, конечно.
Бишоп на меня даже не взглянул. Однако заметно напрягся.
– Я такого не говорила! – возмутилась я. – Толбот мог просто впустить гостя.
Меня не замечали.
Бишоп растянул губы в ухмылке.
– Думаешь, – проговорил он почти весело, – Толбот на пятом году жизни в городе вдруг заметил наше сходство? Пей меньше. Или закусывай.
Эллиот пропустил эту тираду мимо ушей.
– Кого ты покрываешь на этот раз, Бишоп? Ее? – лейтенант мотнул головой в мою сторону. – Или кого-то еще? Или ты сам их убил?
Зря он так. Бишопа сложно взбесить, но Эллиот очень старался.
Бишоп оперся кулаками о стол и приподнялся.
– Пошел вон отсюда.
– Что? – Эллиот вздернул темные брови в показном удивлении.
Бишоп молча ему вмазал.
Эллиот уклонился,
