между зубов табак.
– А я думал, ты к Бакстихе, как все.
– К Бакстихе?
– Ведьма наша, – пояснил мужик. – Алинка Бакстова. Ты лучше к ней не суйся. Заворожит – хер стоять не будет.
Руслан не понял, всерьез ли говорит деревенский или пытается шутить. Судя по интонации, все-таки всерьез.
– А что, сильная ведьма – ваша Бакстиха?
– Сильнее некуда. Ей годов знаешь сколько? Знаешь? А? Никто не знает. Она годов десять назад сюда приехала, а какая была, такая до сих пор и ходит. Говорят, молоко с коров забирает. Девок портит. Сама брешет, мол, кто о детях печется, тот не стареет. Да только детей-то у нее нет никаких. Врет всё. И по ночам к черту трахаться бегает. Это я уж сам видел.
«Интересный кадр, – подумал Руслан, разглядывая мужичка. – Такого слушай да рассказы пиши».
– И что же видел?
– Ага, тебе возьми и скажи.
Мужик выжидающе посмотрел. Руслан вздохнул.
– Сколько?
– Соточку бы. На опохмел.
Парень вытащил мятую купюру. Протянул мужику. Рыжебородый довольно хмыкнул, спрятал деньги в нагрудный карман и произнес:
– Короче, дело так было. Возвращаюсь я, значит, в прошлую пятницу с рыбалки. Клев хороший, вот и засиделся дотемна. А ночь выдалась тихая-тихая. Луна светит, звезды падают – благодать. Иду я, значит, во-о-он оттуда…
Рыжебородый ткнул папиросой в сторону пригорка, за которым начиналась тайга.
– Иду и вижу: Бакстиха! Ага… Я сам смотрю, а глазам не верю. Над дорогой летит в чем мать родила. И земли не касается! А за ней птицы тучей черной вьются. Я думаю: ну все, пропал. Порыбачил, мать его ети. Бросаю удочку с ведром, а сам в кусты. Вон туда, видишь черемуху? Потом голову высовываю – глядь! – а Бакстихи и след простыл. Видимо, по небу надо мной пролетела стерва.
Мужик затих и плюнул на папиросу, туша окурок.
– И это все? – спросил Руслан.
– А тебе мало, что ли? Ты где видел, чтоб бабы голые по небу летали?
Руслан мысленно выматерился, пожалев о бездумно потраченных деньгах.
– Так когда участковый вернется, ты в курсе?
– А хер его разберет. Скорее, уже завтра. Он вот недавно уехал. Если после обеда уезжает, значит, обратно – только на следующий день будет. Тебе если сильно надо, так ты позвони ему. Номер дать?
– Не надо. Позже зайду.
– Ну как хочешь.
Подумав немного, Руслан спросил:
– Он ведь на «семерке» красной ездит?
– Почему на «семерке»? «Пятерка» у него.
– Да, точно. Там еще на бардачке панелька отвалилась, верно?
Рыжебородый сощурился и смерил Руслана подозрительным взглядом.
– А ты откуда будешь?
– Из города.
– Ну-ну… И чего тебе, из города, наш участковый понадобился?
«Слишком прямо, – расстроился Руслан. – Нужно было потоньше выспросить».
– Говорю же, дело у меня к нему. Личное. Ладно, позже зайду.
– Ну зайди-зайди.
Руслан развернулся и поднялся обратно на дорогу. Чувствуя спиной, как его сверлят недобрым взглядом, подумал: «Больше здесь ловить нехрен. Пока этот бородатый смотрит, во двор я точно не залезу. Черт… Может, с огородов обойти?»
Он пробежался глазами по местности, прикинул варианты:
«Нет. Тоже не получится. Там другая улица, можно спалиться. Придется ждать до ночи. Как стемнеет, так и проберусь в этот гребаный амбар».
– Эй, зема! – окликнул его мужик. – А у тебя еще сотка есть?
Руслан оглянулся:
– А не жирно будет?
– Может, и жирно. Но ты вроде машиной интересовался.
Недолго думая Руслан достал сто рублей и, вернувшись, отдал их рыжебородому.
– Ну? Говори.
– Нету там панельки. Василич пьяного меня грузил, так я ее и отломал. Сыну на велосипед прилепил.
Сердце в груди дернулось и рухнуло вниз.
– А ты случайно не видел…
Рука замерла на полпути к карману, в котором лежал телефон.
«Нет, – остановил себя Руслан. – Не показывай. Не выдавай, что ищешь Крис. Если местные что-то сделали, то все равно не скажут. Дождись ночи».
– Чего не видел? – спросил мужик.
– Других «Жигулей» в деревне. Есть еще у кого-нибудь?
Рыжебородый крякнул и покачал головой.
– Да кому они на хер сдались в нашей деревне? В райцентр автобус ездит. А больше тут и ездить некуда. По тайге особо не покатаешься.
– Понятно, – ответил парень, чувствуя, как пересыхает в горле. – Ну ладно, бывай.
Прикурив сигарету, он пошел обратно в дом Алины. Отмеряя дорогу размашистыми шагами, Руслан думал лишь об одном. Он думал, что именно сделает с этой сукой в погонах, если с головы Кристины упал хоть волос.
– Веник в предбаннике. Свет включается на улице, щелкнешь перед входом.
– Хорошо, – кивнул Руслан. – Спасибо.
Укутанный в полотенце, он надел тапки и вышел во двор. Прошел по деревянному тротуарчику в баню.
Внутри уже было растоплено. Вода в бочке пузырилась, и за железной створкой печи гудело пламя. Отыскав ковшик, Руслан запрыгнул на полок, набрал кипятка и плеснул на камни. Раздалось громкое шипение, поднялось к потолку белое облако. Сжавшись от хлынувшего жара, парень почувствовал, как кожа мгновенно стала липкой от пота. Затянувшиеся раны на ноге почти не беспокоили – только едва заметно щипали от жара.
«Ведьма, – подумал парень. – И правда, ведьма. Может, хоть ты мне подскажешь, куда делась Крис?»
Весь минувший день Руслан проходил словно на иголках. Не зная, чем себя занять, он помог Алине наколоть дров, натаскал воды, сделал еще пару мелочей по хозяйству. Но все это время только и думал о том, что же случилось с сестрой.
Картина вырисовывалась мрачная.
Семь дней назад Кристина приехала в эту деревню. Руслан был уверен, что сестра ехала именно к Алине. Больше не к кому. Наверняка тот ночной собеседник, о котором говорила подруга по общежитию, – кто-то из бывших клиентов ведьмы. И этот кто-то рассказал сестре о том, что в деревне у черта на куличках живет целительница. Крис была бы не Крис, если б промедлила хоть на день. Выспросив все, что можно, она быстро собрала вещи и отправилась в Воробьиную автостопом. По пути сестра поймала машину участкового… Но так и не доехала до дома, в котором теперь гостил Руслан.
Семь дней Кристина не выходит на связь. Даже если предположить, что ее арестовали за спрятанные в рюкзаке наркотики, то за прошедшую неделю ей все равно хоть раз, но дали бы позвонить. Просто чтобы соблюсти формальности.
«Черт, черт, черт! – Руслан сжимал кулаки, впиваясь ногтями в ладони. – Какого дьявола ты снова поехала одна?! Я же просил! Господи, Крис, я же столько раз просил!»
Он зачерпнул ковшом из бочки и поддал еще пару. Спустя минуту понял, что переборщил. Спрыгнув с полка, набрал полный таз холодной воды, закрыл глаза, выдохнул…
