Небольшие вертолеты опустились во двор усадьбы. Как только вертолет выключал моторы, его откатывали в угол двора, и на его место садился следующий. Всего приземлилось пять машин.
Зазвонил телефон: мистера Казимира приглашали к завтраку.
Завтрак уже кончался, за столом сидели полковник, майор Айрон, Эал и еще несколько человек.
Полковник встретил Лидумса любезно, сам напомнил о том, что Айрон проиграл пари, затем пригласил сопровождать его в посредническом облете «сражающихся» сторон. Лидумс торопливо поел, выпил кофе, и все вышли во двор.
Для полковника был приготовлен четырехместный вертолет. С ним летели Лидумс, Айрон и Эал.
С болот доносилась все усиливающаяся стрельба. Сначала стреляли автоматы, потом в бой вступили минометы. Затем гулко заработали безоткатные орудия. Полковник, с удовольствием прислушиваясь к нарастающим звукам «боя», сказал Лидумсу:
— «Синие» начинают выжимать «зеленых» из болота. У «зеленых» задача — продержаться хотя бы пять-шесть дней в пределах вот этой площади! — Он показал на карте обведенную красным карандашом полосу болот и речных пойм с небольшими водоразделами примерно десять на десять километров. На водоразделах были отмечены тощие гривки леса.
Вертолеты посредников показывались то в одном месте, то в другом. «Бой», должно быть, рассредоточился, и принимали участие в нем только маленькие группки. Правильнее было бы назвать это разведкой боем.
Лидумс отмечал про себя, что стоянки десантников замаскированы ловко. Если где-нибудь и виднелось нечто похожее на боевую позицию, то скорее всего она была ложной.
Они облетели все болото, так и не увидев ни атакующих, ни атакуемых, и возвращались назад, как вдруг прямо под собой заметили дымки минных разрывов. Десантники, скопившись у самой дамбы, пытались атаковать усадьбу, где расположился штаб «синих».
Дымовые шашки, имитировавшие разрывы мин, достигали усадебного двора. И по болоту, и по дамбе бежали люди в зеленых маскировочных костюмах. Они уже добежали до двора, когда с разных сторон затрещали станковые пулеметы, и офицер-посредник с белым флагом в руке остановил атаку как «захлебнувшуюся». Теперь «зеленые» отступали в болото, а «синие» в таких же буро-зеленых костюмах, но с белыми повязками на рукаве, преследовали их.
Но в болото «синие» не полезли, опасаясь, должно быть, засады. Они швыряли гранаты, вероятно, со слезоточивым газом, так как несколько запоздавших отступающих бежали теперь, как слепые, и за ними охотились «синие», хватая их, связывая, выгоняя обратно на дамбу. Атака больше не повторилась, и «пленные» понуро брели, погоняемые ударами прикладов. На взгляд Лидумса, удары были довольно сильные. Вот упал один, другой. Их поволокли за руки, не скупясь на толчки и пинки.
Вертолет приземлился на дворе усадьбы.
К нему подбежал сияющий офицер и доложил полковнику:
— Атака «противника» отбита. Захвачены «пленные». Приступили к допросу!
— Благодарю! — козырнул полковник и, обернувшись к Лидумсу, спросил: — Хотите присутствовать при допросе пленных?
— Буду рад.
Они прошли к пустым конюшням, откуда слышался дикий вой. Лидумс невольно замедлил шаги. Полковник обернулся и с улыбкой сказал:
— На войне, как на войне! Будущий противник применит против пленных пытки! В следующий раз они постараются не попадаться!
В конюшне на бетонном полу валялись трое связанных по рукам и ногам «пленных». Один, полураздетый, лежал привязанный на скамье. За столиком сидел стенографист, записывающий показания. Допрашивающий офицер доложил полковнику:
— Солдат Дженкинс. Третий год службы. Психически слаб. В первые пять минут допроса третьей степени дважды терял сознание. Предполагаю сделать укол скополамина, может быть, удастся обойтись без других средств побуждения.
— А как эти?
— Психологическая подготовка к допросу. Пытались протестовать против средств принуждения, примененных к Дженкинсу, пришлось заткнуть им глотки.
— Национальность?
— Литовец, латыш и немец.
— Если созреют для показаний, доложите мне!
— Слушаюсь!
— Пойдемте, мистер Казимир! Это первая стадия допроса, она малоинтересна. Позже, когда обработка будет закончена, можно послушать, как они станут лгать, чтобы отвести от себя обвинение в предательстве и в то же время избежать новых приемов допроса третьей степени…
Они вышли из этой странной камеры пыток, где свои пытали своих, и Лидумс невольно спросил:
— Неужели нельзя обойтись без этой третьей степени? Ведь это же военная игра!
— Их работа давно уже перестала быть военной игрой! — жестко сказал полковник. — Нам нужны безусловно преданные люди. И потом они должны знать, что произойдет с ними, если они сдадутся в плен. Впрочем, пройдемте ко мне, я вам кое-что расскажу об этих наших войсках…
Полковник действительно не стал скрывать особенностей системы обучения подчиненных ему подразделений.
Общая картина создания войск специального назначения при военном министерстве США оказалась достаточно мрачной.
В январе 1951 года американский сенат одобрил законопроект, разрешавший военному министерству завербовать для службы в американской армии десять тысяч иностранцев в возрасте от восемнадцати до тридцати шести лет. Американский генерал Хэмлет в статье «Войска специального назначения готовятся к войне и миру» так писал об этих диверсионных отрядах:
«Подготовка в мирное время и действия в период «холодной войны» помогут подразделениям войск специального назначения достойно выполнить свою миссию, когда начнется настоящая война. Эти люди должны научиться и быть способными переносить лишения, приносить жертвы и работать в самых трудных условиях».
На авантюру Пентагона прежде всего откликнулась так называемая Международная ассоциация перемещенных лиц. Уже в октябре 1951 года эта организация переправила в США двадцать пять тысяч человек — эмигрантов из разных стран. Большая часть «живого товара» была направлена в формирующиеся отряды специального назначения. Но… аппетит приходит во время еды, и Пентагон принялся расширять новые воинские подразделения.
Лидумс уже знал многое об этих частях и без рассказов полковника… Но повторение — мать учения!
Вся затея с наемными армиями была очень близка к созданию в Древнем Риме легионов из рабов-гладиаторов. Кое у кого из конгрессменов, вероятно, бродили в голове сходные мысли: почему бы и в самом деле не воевать чужими руками? Но современные «гладиаторы» не спешили положить свою голову… Познакомившись с порядками в новых военных лагерях, многие старались поскорее унести оттуда ноги, а некоторые становились профессиональными убийцами. Много шума наделали два рейнджера, дезертировавшие из лагеря Форт Брэгг, — Джордж Иорк и Джеймс Латан, которые за семь дней пребывания на свободе убили и ограбили семь человек…
Так эти подпольные лагеря оказались на виду у американских газет, а затем и у всей мировой прессы.
Но Пентагон был сильнее, возмущение американского и мирового общественного мнения привело только к тому, что лагеря современных «гладиаторов» были засекречены еще строже, силы военной полиции, следившие за помещенными в лагерях рейнджерами, удвоены, и все пошло своим чередом.
Воспитание и обучение убийц было поставлено на научной основе. В программе подготовки предусмотрено не только изучение вероятного противника, но исследование быта, обычаев и нравов тех народов и стран, где диверсанты будут действовать. Особое внимание уделялось физической подготовке, умению выжить в самых тяжелых условиях. Их обучали скрываться в любой местности, самостоятельно добывать продукты питания, строить укрытия с максимальным использованием местных средств.
Курс подготовки диверсантов разделен на три периода.
Сначала диверсантов готовят к их будущим специальностям. Специалисты по вооружению изучают легкое и тяжелое оружие, от пистолета до стомиллиметрового безоткатного орудия, а затем стрелковое оружие армий социалистических стран. Связисты обучаются три месяца. За это время они должны овладеть техникой телефонной и радиосвязи, техникой подслушивания переговоров противника, радиопеленгацией средств связи противника, шифровкой и расшифровкой, пользованием кодами и таблицами. Диверсантов-подрывников готовят за четыре недели. За это время подрывники должны освоить не только средства и способы подрыва различных объектов, но и способы применения местных химических и медицинских материалов для изготовления примитивных взрывчатых веществ. Диверсанты-медики обучаются два месяца. Они должны уметь оказывать первую медицинскую помощь в полевых условиях, делать несложные операции, определять зараженность радиоактивными веществами местности, продовольствия и людей.
