Напоследок Джек отстегнул ремень безопасности и толкнул труп вперед, так, что голова оказалась между приборной панелью и лобовым стеклом. Он внимательно осмотрел дело своих рук. Где-то внутри него шевельнулось чувство, что он все-таки что-то упустил. Хотя по дороге сюда ему удалось детально разобрать план и учесть все нюансы. Но сейчас им пора было сматываться отсюда.
Джек поспешил к порше, сел за руль и развернул машину в сторону коттеджа и Ливенворта. Катрина на соседнем сиденье — с белым как мел, лицом и скрещенными на груди руками смотрела невидящим взглядом вперед. Наконец она произнесла:
— А как мы объясним остальным, где пропадали?
Парень невозмутимо пожал плечами:
— Может, никто и не заметит нашего отсутствия.
Когда мы вернемся, будет уже почти одиннадцать. Автобус как раз в это время отходит. Так что наверняка все будут гадать, куда мы подевались.
— Сомневаюсь, что они даже заметят исчезновение моей машины.
— И что?
— Скажем, поднимались на утес. Остальное уж пускай додумают сами.
Девушка погрузилась в молчание.
— Что-то не так? — спросил он.
— А как ты думаешь, Джек?
— Я имею в виду, в данный момент.
Катрина по-прежнему молчала.
— Давай, скажи.
— Ничего.
Джек не стал на нее давить. Катрине и так пришлось через многое пройти. И «многое» — это еще мягко сказано, черт побери! А учитывая риск, который пока никуда не делся (только завтра станет ясно, увенчался ли их замысел успехом), вела она себя молодцом.
Он переключился на пятую передачу и прибавил газу. Ему не терпелось вернуться в коттедж. Но в то же время он боялся нарваться на штраф за превышение скорости. Это может стать неопровержимым доказательством того, что они находились рядом с местом аварии. Так что Джек старался придерживаться разрешенных ста пяти километров в час.
— Просто еще одна ложь, — тихо проговорила Катрина, когда рядом с шоссе промелькнула площадка для отдыха.
— Ты о чем? — покосился на нее Джек.
— Сказать, что были на утесе, миловались.
— Кэт, прекрати.
— Ты разве не понимаешь? — с ожесточением проговорила девушка. — Все это безумие началось только из-за моей жалкой лжи во спасение! Которая повлекла за собой другую, а та третью — и посмотри, чем все закончилось!
— Эта будет последней, — уверенно отозвался парень.
Глава 19
— Черт! — внезапно вскричал Джек, вдавив педаль тормоза. Машина с визгом остановилась. Катрину, рассеянно смотревшую в боковое окно, по инерции бросило вперед. У нее мелькнула мысль, уж не налетели ли они, по иронии судьбы, на какое-нибудь животное, только что инсценировав нечто подобное с пикапом Чарли. Вот только удара девушка не почувствовала. И никто не лежал перед ними на дороге.
— Что случилось? — спросила Катрина.
Парень молчал.
— Джек? В чем дело? Что произошло?
— Так и знал, что забуду что-нибудь.
— Что знал?! — запаниковала девушка. — О чем ты говоришь?!
— Сукин сын, — пробормотал Джек.
— Джек! Ты меня пугаешь! Что случилось?!
Он уставился на нее, словно только что осознал ее присутствие.
— Кровь, — проговорил он, сокрушенно качая головой. — Я совсем забыл про кровь.
— Какую еще кровь?
— Которая залила всю чертову рожу Чарли.
— И что? Ты же сказал, что знаешь, как поступить?
Катрина не совсем понимала, что так обеспокоило Джека, однако уже догадывалась, что его якобы безупречный план начал трещать по швам.
— Я разбил лобовое стекло пикапа для создания видимости, будто Чарли влетел в него головой. Это объяснило бы кровь на его лице. То, что она уже высохла, не имеет значения, потому что копы все равно объявятся там не сразу. Но я совсем забыл про остальную кровь.
— Да какую остальную?
— Про брызги крови, которые уделали весь мой кардиган. Если бы он в самом деле ударился носом о стекло, кровью забрызгало бы всю кабину.
Девушка помолчала, переваривая услышанное.
— Это действительно важно?
— Кэт, там в пикапе чертов покойник, у которого вся рожа в крови, но которая волшебным образом никуда больше не попала! Да, это действительно важно! Охренеть как важно! — После непродолжительной паузы Джек отчеканил: — Придется вернуться.
— Ни за что! — вскинулась Катрина. — Все это время нам везло. Не стоит так испытывать судьбу.
— Пока нам не повстречалось ни одной машины. Может, и за нами никто не едет.
— Если мы вернемся, нас поймают! — В голосе Катрины не было и тени сомнения.
— Мы должны, Кэт.
То немногое самообладание, что еще оставалось у девушки, стремительно улетучивалось. Наверное, подумала она, именно такая безнадежность и охватывает того, кто оказался перед несущейся на него цунами.
— Джек, пожалуйста…
— Если на месте катастрофы кто-то уже остановился, просто проедем мимо.
— А если никого нет, что будем делать? Ведра с кровью у нас под рукой, кажется, нет.
— Сожжем.
— Пикап? — Катрина отчаянно замотала головой. — Не знаю, как ты, а вот я что-то не слышала, чтобы машина вспыхивала огненным шаром после столкновения. Разве что в кино, да и то если упадет с обрыва. Но уж точно не от удара о дерево.
— Да кто говорит о взрыве? Вполне достаточно и пламени. Просочившиеся пары бензина, утечка масла, короткое замыкание, поломка в карбюраторе или нейтрализаторе — все это запросто может послужить причиной возгорания двигателя.
— Все равно, я даже про загоревшиеся машины не слышала…
— Потому что обычно кто-нибудь да оказывается рядом, чтобы заглушить двигатель или вызвать помощь, пока возгорание не вышло из-под контроля. Но если уж оно возникло и пламени не помешали распространиться, то от машины только и остается, что обугленный металлический каркас на расплавленных шинах.
— А если кто-то остановится и погасит его?
— И сколько твоих знакомых возят в машине огнетушитель?
Окончательно приняв решение, Джек развернулся и помчал обратно. Спидометр показывал более ста сорока километров в час. Катрина впервые ощутила такую скорость. Из-под капота доносился вой, как от торпеды, а деревья за окном сливались в одно сплошное пятно. А еще девушка уловила какой-то надлом в состоянии Джека. Нет, пот градом с него не катил, но она ощущала страшное напряжение, охватившее парня: он сидел прямо, вцепившись в руль обеими руками и сосредоточенно глядя вперед. Джек напоминал человека, одержимого своей миссией.
Пока они бесконечно долго, как показалось Катрине, возвращались на место «аварии», девушке все время казалось, что их арест уже предрешен. Но она не столько боялась тюрьмы, сколько того, что о ней подумают все, кого она когда-либо знала: ее сиэтлские друзья, родственники, Кристал. Наконец, воспринимавшие ее как пример для подражания ученики — как бывшие, так и нынешние, с которыми она и познакомиться толком не успела.
Впрочем, через какое-то время она задумалась и о неизбежном наказании. Какой срок полагается за сокрытие убийства? Или, выражаясь юридическим языком, за сговор с целью воспрепятствовать отправлению правосудия? Пять лет тюрьмы? Восемь? Десять? Кто ж его знает. Но даже пять лет представлялись ей целой вечностью. А по освобождении придется жить с отметкой о судимости. О преподавании можно будет забыть. И что же ей тогда делать?
Вдруг впереди вспыхнули фары встречного автомобиля. Катрину разом замутило, словно кто-то въехал ей в живот рукой в стальной перчатке.
— Там кто-то есть, — неуверенно проговорила она.
Джек замедлился до ста тридцати километров в час, затем — до установленных правилами ста пяти. На обочине, рядом с разбитым пикапом, стоял синий седан бьюик. Внезапно на дорогу, размахивая руками, выбежал мужчина. В свете фар его лицо казалось белым как мел. Джек чуть замедлился, однако останавливаться не стал. Катрина успела заметить, как озабоченность на лице незнакомца сменилась презрением.
— Он один, — бросил Джек и, прежде чем Катрина успела сообразить, что происходит, резко развернул порше.
