— То есть не брата и не сестры?
— Вряд ли. Мы проверили всех: Иуду, Иосифа, Иакова, Марию и Саломею. Симон умер намного позже.
Мы помолчали.
— Забавно. Все началось со скелета. Лернер украл его из Парижского музея, потому что поверил истории Джойса о манускрипте и выжившем Иисусе, закончившем дни в Масаде. Возможно, Джойс оказался прав по поводу Иисуса, какого-то другого Иисуса, но ошибся насчет скелета. Он не мог принадлежать Иисусу из Назарета, который умер в тридцать с небольшим, если верить Писанию. Возраст не тот. Кроме того, и митохондриальная ДНК отличается от остальных. Но вот племянником Иисуса тот человек вполне мог быть.
— И манускрипт написал просто некий Иисус, сын Иакова.
— Ну да.
— А кто же тогда семидесятилетний старик из «пещеры-2001», о котором Ядин пишет в своей книге?
— И не масадский скелет, и не владелец зуба. Кто-то еще из кучи костей.
Своей следующей фразой Райан попал в самую точку.
— Теория Джейка подвергает сомнению представления о Масаде.
— Совершенно верно. Иудейские богословы считают кощунственным связывать христиан и Масаду. Посмотри на их нежелание обсуждать скелеты из пещеры и проводить тестирование. — Я обернулась и указала на северный край вершины. — В шестьдесят девятом году все останки, найденные в Масаде, были перезахоронены. Вон монумент. Также могли поступить и с костями из «пещеры-2001». Только власти этого не захотели.
— Ладно, а что с костями, завернутыми в ткань?
— Этого никто никогда не узнает. Если бы мы успели провести ДНК-тест или хотя бы рассмотреть отверстия в его пяточных костях под большим увеличением, тогда можно было бы делать выводы. Но все, что осталось, — это несколько фотографий, отснятые мной в гробнице.
— А как же остатки костей на ткани, найденные Гетц?
— Они ведь не больше чем пыль. Удивительно, что она их обнаружила.
— Джейк не успел взять образцы костей?
— Вряд ли.
— А что с результатом ДНК-теста останков из оссуария Иакова?
— Он сделал запрос, но израильские власти отказали.
— Вероятно, оссуарий Иакова — подделка.
— Может быть, — согласилась я.
— А теория Джейка ошибочна.
— И это не исключено.
Райан прижал меня крепче к себе. Он знал, что мною владеет чувство вины и разочарования. Скелет пропал, другие кости из «пещеры-2001» недоступны, останки в ткани сгорели.
Какое-то время мы стояли, глядя на бескрайние просторы.
Псалтырь называет Иерусалим Градом Божьим. Захария — Градом Истины. Только чьего Бога? И чьей истины?..
— Сегодня звонил Ламанш, — сказала я, вернувшись к реальности.
— Как там старина Пьер?
— Умоляет вернуться к понедельнику.
— Ты же отсутствуешь всего полторы недели.
— У него новости. Произвели вскрытие Сильвио Мориссоно. Он умер от острой сердечной недостаточности.
— Настоятель монастыря?
Я кивнула.
— Никакого джихада?
— Просто слабая сердечная мышца. Плюс ко всему стресс из-за скелета.
— Вспомнил. Фридман выяснил, кто залез в твой номер. Хассам Аль Ахмед — это повар в отеле. Он крутился вокруг одной девушки, горничной. Она решила наказать грубияна. Разгромила номер и указала на него. Ведь твою дверь не взломали, а просто открыли.
— Ирония судьбы. Все наши мегатеории, объясняющие убийство Ферриса и кражу скелета, превратились в пыль. Виноваты ультраортодоксы, или христианские фанатики, или исламские фундаменталисты.
— А в итоге — месть и жадность. Классика. Никаких государственных секретов, священных войн, сомнений в вере. Мы выстроили цепочку событий и вычислили убийцу. Просто убийства казались уж слишком загадочными. Как и в случае с Чарлзом Беллемаре.
— Чокнутым Ковбоем, свалившимся в трубу?
— Да. При таких обстоятельствах и мотивы предполагались совсем другие.
— Мы оба дали промашку.
— Попалась мне тут одна статейка. Ученые из Института Гэллапа опросили более миллиарда человек из шестидесяти стран мира. Они хотели узнать, как люди относятся к Богу. Восемьдесят семь процентов респондентов ответили, что принадлежат к той или иной конфессии. Тридцать один процент считают свою религию единственно возможной.
Я покачала головой:
— Они ошибаются, Райан. Если не брать в расчет ритуалы, все религии похожи друг на друга. Буддизм. Даосизм. Зороастризм, Сикхизм. Шаманизм. Не имеет значения. Возьми любую.
— Ты не дослушала меня, дорогая.
— Тора, Библия, Коран — своего рода рецепты духовного существования, надежды, любви и контроля основных человеческих желаний. Они формулируют основы правильной духовной жизни. Только не все их верно понимают. Самозванцы устанавливают жесткие границы веры, несогласные с ними объявляются еретиками и строго преследуются. Думаю, так не должно быть.
— Безусловно, ты права, солнышко мое, но невозможно очистить весь мир от преступников и объединить все мировые религии. Мы и так делаем все, что можем. И знаешь, у нас неплохо получается.
Последний взгляд на пейзаж. Он так завораживающе красив и исполнен таких противоречий. Райан еле оттащил меня от стены. Пока, Израиль. Мир тебе.
ИЗ СУДЕБНЫХ АРХИВОВ КЭТИ РАЙХ
Большинство романов о Темперанс Бреннан основано на реальных случаях из судебной практики. Все началось со скелета ребенка, найденного на фермерском поле. «Желтая пресса» пестрила статьями и фотографиями низкого качества. Очень странная история. Доктор Джеймс Тейбор работает со мной в Северокаролинском университете в Шарлотте. Он специалист по археологии и современным религиозным течениям. Доктор консультировал ФБР во время конфликта с сектой «Ветвь Давидова» в городе Уэйко, штат Техас. И помог мне написать роман «Смерть дня». Тейбор работал с кумранскими свитками, участвовал в раскопках пещеры Иоанна Крестителя и вел исследовательскую работу в Масаде.
Роман «Утро понедельника» появился позже, в 2003-м. И я начала собирать идеи для моей следующей, восьмой по счету, книги. Тейбор позвонил и рассказал мне о разграбленных пещерах и похищенных скелетах. Он начал писать научную работу под названием «Династия Иисуса», в которой намеревался представить факты, касающиеся семьи Христа, основанные на недавних археологических находках, и спросил, хотела бы я услышать сюжет для новой книги о Темперанс Бреннан.
Еще бы! Ведь я начинала свою карьеру как археолог. Как и Темпе. Почему бы не втянуть девчонку в археологическую интригу? Мы встретились с Тейбором за ленчем. Он показал мне фотографии, газетные статьи и рассказал следующее.
С 1963 по 1965 год израильский археолог Игаэль Ядин проводил раскопки в Масаде. На южном краю вершины, чуть ниже крепостной стены, он обнаружил пещеру с двадцатью пятью скелетами. Ядин не обсуждал эту находку в прессе, однако подробно описывал три костяка, найденные в северной части вершины среди основных построек. Никаких комментариев не последовало и от антрополога Нику Хааса. Вдобавок ко всему об останках не говорилось и в опубликованном шеститомнике документов, касающихся раскопок в Масаде.
Прошло тридцать лет. Всплыла фотография неповрежденного скелета, лежащего рядом с пещерой, из которой экспедиция Ядина извлекла остальные кости. Он никогда не упоминал об этом скелете в интервью или своих статьях.
Заинтригованный Тейбор изучил дневники членов экспедиции, относящиеся ко времени проведения раскопок. Но в них отсутствовали страницы, содержащие сведения о пещере. Тейбор раздобыл оригинал письма Нику Хааса. Из него стало ясно, что тот никогда не видел сохранившийся скелет.
Доктор Тейбор перечитал все газетные статьи о раскопках в Масаде. И нашел заявление Ядина, что не его дело требовать проведения радиоуглеродного анализа. Тейбор просмотрел журнал «Радиоуглерод» и выяснил, что Ядин все-таки посылал образцы с других мест раскопок в различные лаборатории.
Я посмотрела на маленькую черно-белую фотографию скелета. Взглянула на копию письма Хааса. Перед глазами возник новый роман.
