и сел за массивный стол из черного мрамора, не утруждая себя приветствиями или рукопожатиями.
— Скажите мне, что у вас есть план, господа.
Первым заговорил Хорн:
— Конгрессмен Хартли, рад видеть вас, как всегда, хотя мы все предпочли бы встретиться при других обстоятельствах. Как вы знаете, попытки вывести капитана 3 ранга Риса из игры оказались… проблематичными.
— Проблематичными? Вы так называете ситуацию, когда моя жена вручает вам ключи от королевства разведки, а вы всё просираете? Сначала вы посылаете кучку мокроспинников сделать работу, когда этого ублюдка даже дома нет, а потом лажаете, когда мы подсовываем вам джихадиста, готового стать мучеником, прямо под нос?
— Сэр, за спящий актив отвечал агент Холдер, — вмешался капитан Ховард.
— Даже не смей, блять, валить эту кашу на Холдера. Он соображает больше, чем вы все в этой комнате вместе взятые. Что вы собираетесь делать теперь? У вас вообще есть план по ликвидации этого парня?
— Сэр, если позволите, — подал голос Хорн, пытаясь вернуть контроль над встречей. — Как вы знаете, у Capstone есть группа безопасности, состоящая из очень опытных людей. Наши парни работали за океаном по контракту с Пентагоном, который вы и госпожа министр нам так щедро обеспечили, но я отозвал одну группу обратно в Штаты. Эти люди выследят Джеймса Риса и закончат дело любой ценой.
— Нет, не закончат. Я не допущу, чтобы кучка наемников, связанных с моей женой, устраивала гребаные перестрелки в пригородах. Держите своих цепных псов на поводке, пока я не скажу иначе.
— Да, сэр, я понял, — ответил Хорн.
— Сомневаюсь, что вы поняли, мистер Хорн. Если поганые СМИ пронюхают об этом, они раздуют шоу для таблоидов, полное любой бредовой конспирологии, какая только придет им в голову. Я не могу позволить, чтобы имя моей жены полоскали в прессе. Мы десять лет работали над ребрендингом фамилии Хартли и не собираемся спускать всё в унитаз из-за услуги, которую мы вам оказали.
— Сэр, мы готовим обвинения против капитана 3 ранга Риса. Я могу отдать приказ о его аресте в любой момент. Только скажите слово, — охотно предложил Леонард Ховард.
— Отличная идея, юрист. Упечь его под стражу, где его будет невозможно убить и где какой-нибудь флотский врач, которого мы не контролируем, сможет диагностировать его опухоль. Спасибо, обойдемся. Господа, либо вы решаете это дерьмо, либо можете не рассчитывать на поддержку министра, независимо от того, выгорит ваш прожект или нет. И держите агента Холдера в курсе, будьте любезны. А теперь у меня есть другие дела, пока я в городе.
Все присутствующие знали, что под «другими делами» конгрессмен подразумевает нечто молодое, блондинистое и с изрядной долей силикона. Дж. Д. Хартли поднялся из-за стола, застегнул пиджак и вышел, повернувшись ко всем спиной прежде, чем кто-либо успел хотя бы предложить ему руку для прощания.
ГЛАВА 38
Пустыня Аризоны
К востоку от Юмы, штат Аризона, Рис отыскал на карте дорогу, которая, судя по всему, вела на юг, в относительно безлюдную пустыню. В восточном направлении уходила тропа без малейших признаков недавнего движения транспорта. Он проехал по ней несколько миль до самого тупика, развернулся и вернулся к месту, которое приметил примерно на середине пути. Рис медленно съехал на бездорожье, осторожно объезжая самые крупные камни, разбросанные по земле до самого горизонта.
Он поставил «Крузер» на парковку и заглушил двигатель. Взяв с пассажирского сиденья пустую картонную коробку, он обошел машину и открыл заднюю дверь. Отодвинув чемодан и два небольших вещмешка, он откинул одеяло, под которым скрывался большой пластиковый кейс. Отщелкнув защелки, Рис достал из поролонового ложемента лазерный дальномер и сунул его в карман куртки. С помощью строительного степлера, взятого из одного из вещмешков, он прикрепил к боку картонной коробки большой лист бумаги с распечатанной сеткой. Одеяло, накрывавшее груз, он расстелил на земле так, чтобы его край находился на одном уровне с задним бампером. Рис отнес коробку вглубь пустыни, затем достал дальномер и навел его на внедорожник. Подняв коробку, он сделал несколько широких шагов назад и снова сверился с дальномером. Удовлетворенный результатом, он поставил коробку на землю бумажной мишенью в сторону машины. Затем положил внутрь камень размером с футбольный мяч и закрыл крышку.
Рис вернулся к «Крузеру» и открыл заднюю правую дверь. Достав с пола мягкий ружейный чехол, он положил его на одеяло. Перейдя к багажнику, он извлек два мешка с песком — упоры для стрельбы — и разместил их в передней и средней части одеяла. Затем достал из сумки активные наушники и пластиковый коробок с патронами. Натянув наушники поверх кепки, он опустился на колени на одеяло и расстегнул молнию мягкого чехла, явив миру охотничью винтовку ручной сборки. Мастер, создавший её, выпускал не более десяти штук в год, тратя бесчисленные часы на то, чтобы довести оружие до идеала, насколько позволяли его незаурядное мастерство и терпение. Совсем скоро Рис должен был проезжать мимо того места, где была создана эта винтовка; жаль, что он не сможет нанести визит её создателю.
Рис открыл затвор и расположил винтовку так, чтобы она балансировала на двух упорах: один под цевьем, другой под прикладом. Он лег в положение для стрельбы лежа позади оружия и открыл коробку из полупрозрачного синего пластика. Пятьдесят медных снарядов поблескивали в утреннем солнце — каждый выглядел так, будто способен долететь до Луны. Он улыбнулся, вспомнив отца, который вручную снаряжал каждый из них за своим верстаком. Он взял патрон и осмотрел работу отца: латунные гильзы были отожжены у горлышка и тщательно отполированы. Настоящее произведение искусства. Фаски на дульцах сняты, капсюли посажены на одинаковую глубину, навески пороха выверены до миллиграмма, а пули посажены так, чтобы находиться на строго определенном расстоянии от начала нарезов ствола. Отец подарил ему эту винтовку и пятьдесят патронов ручной сборки в Коронадо почти пятнадцать лет назад. Это был последний раз, когда Рис видел отца живым. К внутренней стороне крышки коробки был приклеен клочок бумаги, идеально вырезанный по размеру. На нем были распечатаны все характеристики боеприпаса до мельчайших деталей: начальная скорость пули и её падение на определенных дистанциях. Внизу синей шариковой ручкой была приписана заметка от отца:
Джеймс, точность при стрельбе из винтовки требует точности в мыслях. Не промахнись, сынок. С любовью, папа.
Рис не собирался промахиваться. Он дослал патрон в магазин, надавливая на него до тех пор,
