черты за маской Альберта Эйнштейна, проводил вскрытие тела на стальном столе. У него был набор примитивных инструментов — пила, молоток, скальпели — и различные металлические емкости. Тело выглядело относительно свежим. Судя по состоянию кожи, это была пожилая женщина не моложе 80 лет, с лица которой уже сняли маску, обнажив массу плоти и глазницы. На ноге еще висела бирка с идентификационными данными, но информация была зачеркнута ручкой. Практикующий врач, казалось, направил взгляд на новоприбывшего и продолжил:
— Теперь я приступлю к удалению сердца, а затем взвешу его и разрежу на куски.
Около десятка человек молча наблюдали за происходящим, некоторые из них подошли как можно ближе, чтобы лучше видеть. Как в старые времена, когда врачи крали трупы с кладбищ, чтобы проводить вскрытия перед несколькими «привилегированными. - Франк был шокирован тем, что подобные ужасы еще существуют в 2021 году. Тем более что по жестам этого типа он догадался, что это профессионал. Хирург или, возможно, судмедэксперт. В любом случае, отвратительные анонимные люди платили за то, чтобы присутствовать при таком чудовищном зрелище. Богачи, которым не хватало обычной жизни. Больные люди, которые испытывали потребность переступить границы.
Он стоял там, испытывая отвращение, и уже задавался вопросом, не оказалась ли Эмма Дотти в руках этого психа, когда в глубине комнаты он заметил другой проход, очень низкий, обрамленный двумя свечами, пламя которых мерцало: - Разлом. - Конечная точка его исследования. Он почти достиг цели. Он сразу отстранился от собравшихся. Отверстие было пробито в скале отбойным молотком, вероятно, для соединения галерей, которые изначально не были связаны между собой. На этот раз, однако, пройти в узкий проход можно было только на корточках.
Хорошо понимая, что в случае проблем выбраться отсюда будет невозможно, Франк подумал несколько секунд, а затем вошел внутрь. Пройдя около пятнадцати метров на четвереньках, он наконец смог выпрямиться. В нише площадью около десяти квадратных метров стоял еще один человек, полностью одетый в черное, с скрещенными перед грудью руками, как вышибала из ночного клуба.
Настоящий колосс. Он был в маске Смерти — с широкой улыбкой, приглашающей на последний вальс. У ног незнакомца была еще одна дыра. Шарко стряхнул пыль с брюк и подошел, держа руку недалеко от своего скрытого оружия.
Он заметил на водолазке мужчины красный знак на правой груди: что-то эзотерическое.
— Пароль?
— Пазузу.
— Четыре тысячи.
Франк надеялся, что это последний этап, потому что скоро он потратит все свои деньги...
— Это действительно того стоит? — спросил он, стараясь говорить нейтральным голосом.
Прочно стоя на ногах, мужчина не ответил. Франк прицелился и, как никогда раньше, почувствовал тяжесть тьмы, опустившись вниз. Ни свечей, ни света. Спустившись, он включил фонарик. - Смерть можно пережить. Добро пожаловать в Раскол, - — прочитал он сразу же на стене в качестве приветственного сообщения. Он был там. Там, где, возможно, все закончилось для Эммы Дотти. Там, куда спустился Небраса. Там, где дьявол терпеливо ждал своих жертв, спрятавшись в своей пещере.
С фонариком впереди, Шарко пошел по единственному пути, который был ему доступен. Теперь здесь было сыро, с стен капали капли воды, и его обволакивал холод из могилы. В игре света и тени Франку показалось, что он видит кричащие лица, запертые в скале, которая становилась все более угнетающей.
Освещенная прожектором, установленным на полу, в середине прохода неподвижно стояла фигура. Она была одета так же, как тот, кто забрал деньги.
— Сними маску.
Шарко послушался. Сейчас он должен был передать сигнал тревоги своей команде, но даже не попытался, зная, что это будет бесполезно. В этот момент он понял, что его приход сюда был самоубийством.
— Ты же понимаешь, что Разлом опасен? — спросил его собеседник.
— Я до сих пор не знаю, в чем он заключается... Здесь ничего нет.
— Потому что это происходит не здесь.
Франк не отреагировал, но в долю секунды сигналы сменились с мигающего оранжевого на ярко-красный. В следующее мгновение мужчина направил на него пистолет.
— Двинешься на миллиметр — и ты мертв.
— Послушайте, я...
— Заткнись!
Полицейский заметил темные блестящие зрачки в отверстиях напротив него.
— У нас есть простая система, которая позволяет обнаруживать злоумышленников и, что особенно важно, узнавать, кто их привел: мы даем каждому пользователю отдельный пароль через специальный форум, и все эти пароли позволяют подключиться. Мы дали Пазузу Дэвиду Небраса.
Поэтому, когда кто-то вводит Pazuzu, мы понимаем, что это не он, а что он передал пароль кому-то другому, понимаешь? Сначала Дотти... А теперь ты. Ты ищешь ее, да? Ты ищешь Дотти? Как ты получил пароль умершей?
Франк попал в ловушку. Он промолчал, гадая, как ему выпутаться из этого осиного гнезда.
— Выкладывай: как ты нашел сайт?
Вдруг он почувствовал дуновение за спиной, за которым сразу последовала боль в шее. Обернувшись, он оказался лицом к лицу со Смертью. Колосс, охранявший вход, воткнул ему в шею шприц. Шарко попытался схватить его за горло, но упал на колени. Широкая улыбка белого великана заплясала перед его лицом.
— Раз ты ищешь Дотти, то очень скоро присоединишься к ней. А потом я разберусь с тобой.
В следующий момент все потемнело.
46
Люси грызла ногти до крови, сидя в машине без опознавательных знаков, припаркованной в пятидесяти метрах от «Территории Ничто. - Ее сердце сжалось, когда закрылись двери заведения, а затем, когда веселящиеся люди исчезли с тротуаров и тишина вновь опустилась на улицы. Она до последнего момента надеялась, что Франк выйдет.
Паскаль тоже был на нервах, сидя прямо на сиденье, усталые глаза прикованы к экрану мобильного телефона. На карте должна была точно указывать красная точка, обозначающая местонахождение Шарко, но сигнал пропадал уже больше часа. Перед тем как связь прервалась, они только успели понять по микрофону, что Шарко забрел в катакомбы.
Катакомбы. Одно только это слово вызывало мурашки по коже. Франк, вероятно, блуждал где-то под землей, в лабиринте, протянувшемся на километры, и у них не было никакой возможности его найти. Они сразу же зашли в Интернет, чтобы узнать, не нашли ли катафилы, которые всю жизнь проводят в этих подземельях, вход со стороны улицы Томб-Иссоар, но все их поиски оказались тщетными.
— Я не знаю, что делать, Паскаль. Не надо было оставлять его одного.
Робияр пытался сохранять самообладание, но Люси заметила, как ненормально сжались его челюсти.
— Франк уже
