беременна. Она сильно пила, и ее лишили родительских прав. Ломег вырос в детском доме. Друзей у него нет. Больше Пелепков о нем ничего не знает.
У последней рыбной палатки Хогарт остановился. Задумчиво посмотрел на Фаустов дом.
— Разве не интересно, что киностудия, где работает Миха, и рыбный рынок, где подрабатывает Антонин, находятся совсем рядом? Миха и Ломег ровесники, оба семьдесят третьего года. Возможно, они давно знакомы — из детского дома, из парка, из школы.
— Тогда Миха — его единственный друг, — заключила Ивона.
— К тому же немой.
— Во всяком случае, этот парень дает нам не слишком много зацепок.
Ивона посмотрела на часы. Было три. Она бросила на Хогарта взгляд, в котором читалась просьба о помощи.
— Нам нужно попасть в квартиру Ломега. Как проехать в Жижков? — спросил он.
— Вы же не думаете всерьез, что он дома?
— Я даже надеюсь, что его нет дома, — возразил Хогарт.
— Одну минуту. Морак ни за что не получит у прокурора ордер на обыск.
— А кто говорит об ордере?
— Вы хотите обыскать квартиру… — Ивона закатила глаза. — …просто так?
— У нас есть другой выбор?
— Но уголовная полиция уже обыскивала квартиру Ломега и ничего не нашла.
— Значит, они искали недостаточно тщательно.
Ивона долго смотрела на него.
— За такое мы сядем.
— Только если нас поймают.
Хогарт сделал паузу.
— Позвоните брату. Скажите Ондрею, что через час мы встречаемся перед квартирой Ломега.
Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»
ГЛАВА 16
Хогарт вел машину через Жижков — бывший квартал рабочих и ремесленников. На вид здесь будто недавно разорвалась бомба. Фасады стояли в лесах, уличный асфальт был вскрыт, повсюду валялись огромные глыбы гудрона.
На каждом углу монументальные жилые дома коммунистической эпохи либо сносили, либо ремонтировали. Над крышами торчали громадные краны. Проезд затрудняли заграждения и бетономешалки.
Когда они наконец добрались до переулка, где жил Антонин Ломег, Хогарту пришлось остановиться: дорогу перегородил экскаватор с гигантским ковшом. Перед ними зияла глубокая яма с оголенными канализационными трубами. Возможно, здесь заодно рыли новую станцию метро.
Несколько рабочих, только что вышедших из окраинной пивной, упирались против пронизывающе-холодного ветра. Заведение называлось «У выбитого глаза» и доверия не внушало.
Хогарт нажал кнопку стеклоподъемника. В ту же секунду ветер хлестнул дождем в салон. Хотя уже был субботний день, где-то вдалеке все еще стрекотал отбойный молоток.
Хогарт крикнул одному из рабочих название нужной улицы, и тот коротко объяснил объезд. Минуту спустя они припарковались перед домом Ломега — среди строек и машин.
Ивона подалась вперед, чтобы через ветровое стекло оглядеть четырехэтажное здание снизу доверху.
— В этом районе я еще ни разу не была.
Дождь оставил на охристом фасаде черные потеки. Наверняка в квартирах буйно разрасталась сырая плесень.
Хогарт помнил такие старомодные окна еще с венского детства: перекошенные деревянные переплеты, створки на маленьких ржавых петлях и двойные рамы. Его бабушка зимой держала молоко и масло на подоконнике, а от сквозняка должна была спасать вязаная тряпичная змея.
Можно биться об заклад: в этом доме живут либо старики на минимальной пенсии, либо молодые безработные. Никто другой добровольно сюда не вселился бы.
— Ну что ж, — сказала Ивона. — Возьмемся за нашего мальчика.
Ондрей уже ждал их под аркой подъезда. В кожаном пальто, со скрещенными на груди руками и поднятым воротником он, словно статуя, противостоял холоду. Демонстративно сморщив нос, он посмотрел на небо, которое все заметнее белело.
Как сказал на рыбном рынке Пелепков: пахло снегом.
— Эй, детектив, дубак собачий. Надеюсь, у тебя зацепка стоящая! — Ондрей подышал в сложенные ковшиком ладони.
Хогарт не ответил. Он потянул на себя тяжелую деревянную дверь и первым вошел в подъезд. Внутри пахло сыростью и известкой. По потолку расплывались водяные пятна. Местами со стен осыпалась штукатурка.
Ондрей указал на почтовые ящики.
— Ломег живет на третьем, квартира семь.
Хогарт заглянул в ячейки. Некоторые были погнуты, у иных дверца держалась всего на одной петле. В отличие от остальных, ящик Ломега был набит до отказа.
Хогарт перебрал рекламные листовки, торчавшие из щели. Самая старая относилась к началу сентября. Значит, Ломег уже несколько недель не вынимал почту.
Они прошли в глубь коридора. Окованные металлом сапоги Ондрея гулко отдавались от стен. В конце коридора справа винтовая лестница вела на верхние этажи, слева спускались в подвал, откуда тянуло затхлостью.
Перед дверью квартиры номер семь на третьем этаже лежал стертый коврик. Там, где должен был быть звонок, из стены торчали оголенные провода.
АНТОНИН ЛОМЕГ — корявыми печатными буквами было написано на бумажной полоске, приклеенной под дверным глазком. Хогарт и Ондрей прижались спинами к стене по обе стороны двери, пока Ивона стучала.
Ничего не произошло. Спустя несколько мгновений на самом нижнем этаже открылась дверь. Хогарт выглянул через перила. Пожилая толстая женщина в бигуди и цветастом домашнем фартуке зашаркала вверх по ступенькам.
— У нас гости, — прошептал он.
— Оба исчезните. Я сама, — распорядилась Ивона.
Ондрей и Хогарт поднялись по последнему лестничному пролету к чердачному этажу. Сквозь прутья перил они могли наблюдать за тем, что происходило этажом ниже.
— Антонин! Открой наконец! — крикнула Ивона по-чешски и колотила в дверь до тех пор, пока женщина не добралась до нее.
— Потише, барышня, потише! — проворчала старуха по-чешски.
Хогарт напряженно прислушивался к разговору. Дама держалась чрезвычайно важно — должно быть, домоправительница.
Ивона жаловалась на Антонина: его нет дома, хотя они договорились встретиться. Потом сказала, будто забыла у него книгу, которая срочно нужна ее сыну для профессионального училища.
Хогарт услышал, как домоправительница звякнула связкой ключей и открыла квартиру универсальным ключом. Затем обе женщины исчезли внутри.
— Дрянь дело, — буркнул Ондрей.
— Она справится.
— И что она там выяснит за пару минут? Криминальная полиция уже обыскала квартиру.
— Она частный детектив, — прошептал Хогарт. — Что-нибудь придумает.
Вскоре обе женщины вышли из квартиры. За ними захлопнулась дверь. Ивона и в самом деле держала в руках книгу.
Обмениваясь с домоправительницей замечаниями о мерзкой погоде, они спустились на первый этаж. Хогарт услышал, как хлопнула дверь: вероятно, спутница Ивоны вернулась в свои четыре стены.
Немного погодя Ивона тихо поднялась по лестнице. Хогарт и Ондрей ждали ее перед дверью Ломега.
— Вы что-нибудь нашли? —
