— В них содержится токсин, относящийся к наиболее опасным веществам из всех вообще известных человеку. И, если я правильно помню, он способен вызвать остановку сердца.
— Интересно! Ты на него проверял?
— Нет. Его нужно очень мало — что-то около одной миллионной грамма. Даже не знаю, достаточно ли чувствительно для этого наше оборудование. Мне нужно знать, где смотреть.
— Вот это правильный подход. Я уверена, что тебе удастся что-нибудь обнаружить в этих двух случаях.
— Я свяжусь с тобой, чтобы сообщить о результатах.
— Очень тебе признательна, — ответила Лори. — И держи меня в курсе! — Забрав пробы ДНК, она уже было собралась уходить, но вдруг остановилась. — Да, кстати, в одном из этих случаев есть кое-какое отличие. Дай-ка я посмотрю в котором. — Она раскрыла карточку Собжик и сверила входящий номер с пробами. Найдя соответствующий сосуд, она поставила его прямо перед Питером. — Вот в этом. Это единственная пациентка из шести, у которой наблюдалась хоть какая-то сердечная и дыхательная деятельность, когда ее обнаружили. Не знаю, насколько это тебе полезно знать, подумаю, что нелишне. Если речь идет о каком-то нестойком токсине, возможно, здесь окажется его наивысшая концентрация.
Питер пожал плечами:
— Буду иметь в виду.
Лори выглянула из офиса в помещение самой лаборатории. Убедившись, что путь свободен, она, помахав Питеру, поспешила в коридор. На шестой этаж она решила подниматься по лестнице, но на половине пути остановилась. Неожиданно утренняя боль в правом боку вновь напомнила о себе. Она вновь надавила пальцами на больное место, но непонятное ощущение исчезло так же быстро, как и появилось. Лори пощупала лоб, чтобы проверить, нет ли у нее температуры. Убедившись, что нет, она, пожав плечами, продолжила свой путь.
Шестой этаж занимала лаборатория ДНК. В отличие от остального здания здесь все было обустроено на современном уровне. Новейшее оборудование, кафельные стены, кабинеты и даже композитные полы сверкали белизной. Директор лаборатории, Тед Линч, бывший футболист «Лиги плюща», по своим габаритам лишь немного уступал Келвину. Зато по характеру был его полной противоположностью — уравновешенный и дружелюбный. Лори застала его за любимым прибором — секвенсером.
Она посвятила Теда в некоторые детали дела и потом спросила, сможет ли он сделать срочный скрин-тест. Вместе с пробами, взятыми из-под ногтей Льюиса, она дала ему и образец ткани.
— Ну и ну! — рассмеялся Тед. — Ну вы с Джеком и парочка! У вас всегда все горит. Словно небо может упасть на голову, если вы сию секунду не получите то, что вам нужно. Берите пример с остальных ленивцев. Они только рады, когда я молчу, потому что если я озадачу их своими выводами, у них появится дополнительная работа.
Лори не смогла сдержать улыбки — да, создали они с Джеком о себе славу. Она попросила Теда сделать все возможное, потом спустилась этажом ниже и направилась к своему кабинету. Ей не терпелось добраться до телефона. Человеком, которому она с волнением собиралась сообщить новость, был Роджер.
Лори набрала его номер. От нетерпения она в ожидании ответа постукивала по столу кончиками пальцев. Ее сердце билось еще чаще, чем раньше. Она знала, что Роджеру будет интересно узнать о двух новых случаях. К сожалению, когда ее звонок прошел, она услышала автоответчик.
После записанного Роджером текста Лори просто представилась и попросила перезвонить. Ей стало досадно, что она не застала его на месте. Отсоединившись, она еще некоторое время продолжала держать руку на телефоне, думая о Роджере, который оказался единственным человеком, разделявшим ее опасения по поводу монстра, бродившего ночью по палатам Центральной манхэттенской. Правда, теперь она уже стала сомневаться, насколько искренней была его поддержка. После неожиданно открывшегося факта его женитьбы она не знала, насколько может ему доверять. Вспоминая минувшие недели, она не могла не признать, что порой он казался ей чересчур участливым. Ей очень не хотелось выглядеть циничной, однако такое ощущение явилось результатом его нечестности.
Лори вздрогнула, когда у нее под рукой зазвонил телефон, и испуганно схватила трубку.
— Я бы хотела поговорить с Лори Монтгомери, — прозвучал приятный женский голос.
— Да, я слушаю, — ответила Лори.
— Меня зовут Лора Диксон, я социальный работник из Центральной манхэттенской и хотела бы договориться с вами о встрече.
— О встрече? — удивилась Лори. — Простите, а по какому делу?
— По вашему, конечно, — ответила мисс Диксон.
— По моему? Боюсь, я не совсем понимаю.
— Я работаю в генетической лаборатории, и, насколько мне известно, вы приходили к нам чуть больше месяца назад для скрининга. Я бы хотела, чтобы вы зашли к нам еще раз, и звоню, чтобы договориться о встрече.
Мысли закружились в голове Лори. Она ведь совершенно забыла о том, что сдавала кровь. И сейчас звонок этой словно из ниоткуда возникшей женщины прозвучал для нее как гром среди ясного неба.
— Алло? Вы меня слышите? — спросила мисс Диксон.
— Да-да, слышу, — ответила Лори, пытаясь собраться с мыслями. — Полагаю, ваш звонок означает, что результат анализа положительный.
— Он означает, что мне бы хотелось встретиться с вами лично, — уклончиво сказала Лора. — Это обычная практика работы со всеми нашими клиентами. И еще я должка извиниться: ваша карточка пролежала у меня на столе около недели, потому что по ошибке попала не в ту стопку. И это — полностью моя вина. Вот я бы и хотела с вами встретиться при первой же возможности.
Лори почувствовала раздражение. Глубоко вздохнув, она попыталась убедить себя, что социальный работник лишь выполняет свои обязанности, но тем не менее предпочла бы просто услышать результат, а не унылые протокольные предисловия.
— У меня сегодня не состоится встреча, назначенная на час, — продолжала мисс Диксон. — И я подумала, может быть, вы подъедете. Если вам это неудобно, следующая возможность появится только через неделю.
Закрыв глаза, Лори еще раз глубоко вздохнула. Нет, она не хотела пребывать в неведении еще целую неделю. Хотя она и предполагала, что этот звонок означал положительный результат анализа, ей хотелось знать наверняка. Лори взглянула на часы. Было без четверти двенадцать. Причины, по которой она не могла бы поехать на встречу сейчас, не было. Возможно, ей удастся пообедать с Роджером или Сью.
— В час мне удобно, — наконец согласилась она.
— Замечательно, — ответила Диксон. — Мой кабинет в том же помещении, куда вы ходили сдавать кровь.
Лори положила трубку. Она вновь закрыла глаза и, склонившись над столом, взъерошила волосы и пальцами помассировала голову. Ей стало грустно. Больше всего ее угнетала замаячившая неотвратимость принятия окончательного решения, решения, исключавшего возможность иметь детей.
— Тук-тук! — раздался чей-то голос.
Подняв глаза, Лори увидела улыбающуюся физиономию детектива Лу Солдано. Он выглядел неожиданно щеголевато в свежей, выглаженной рубашке и новом галстуке.
— Привет, Лор! — радостно воскликнул он. «Лор» прозвал Лори его сын; Джоуи тогда было всего пять. Теперь, наверное, уже семнадцать.
Лори и Лу тогда просто пришли к обоюдному пониманию, что романтические отношения у них никак не складываются. У них было и взаимоуважение, и даже взаимовосхищение, однако со страстью что-то не клеилось. И в конце концов вместо романа у них возникла крепнущая с годами дружба.
— Что случилось? — спросил Лу.
Лори начала было что-то говорить, но глаза ее тут же наполнились слезами. Она порывисто сжала виски, закрыв лицо ладонями.
Лу закрыл дверь. Затем, пододвинув стул Ривы, сел рядом и положил руку ей на плечо.
— Ну-ну! Скажи, что происходит?
Лори убрала руки от лица. Ее глаза все еще блестели, но она так и не заплакала. Она попыталась улыбнуться.
— Извини.
— «Извини»? Да за что же мне тебя извинять? Давай расскажи, в чем дело. Стоп! Я, кажется, знаю.
