Сергей Охотников - Волшебный театр Гримгора

Ник только головой покачал. Ему эти рассуждения были непонятны. И тут мальчик ощутил чье-то присутствие. Конечно же! Смерть тоже стала театром и сейчас наблюдала за сценой. Николас неожиданно понял, что ей интересно. Она смотрит на Мак Алена с уважением. Какое-то время мальчик и Смерть наблюдали за происходящим в театре, затем Николас услышал странный голос, стальной и в то же время мелодичный:

— Если хочешь, можешь уходить. Я останусь с театром.

Ник не сразу понял, что это говорит Смерть, а когда понял, то от удивления спросил:

— Почему?

— Здесь то, что я всегда искала. Красивый итог. Маленькая смерть каждый день, — отвечала Смерть.

— Как мне отсюда выбраться? Выпустишь меня? — наконец-то Ник перешел к действительно важному.

— Да. Театру нужна только одна душа.

Зеленый свет вокруг мальчика начал рассеиваться. И вот Ник уже выплыл на чистый воздух и повис над полом. Рядом в изумрудной капле парила Смерть. Теперь она походила скорее на юную девочку или на мальчика. Фарфоровое лицо подозрительно кого-то напоминало.

— Так бы выглядел брат-близнец Оливии или сестра. После долгой опасной болезни, — понял Ник. Смерть подмигнула мальчику и закрыла глаза. Николас огляделся по сторонам. С Оливией все было в порядке. Девочка стояла возле папы. Мастер Гримгор выглядел поразительным образом: вся левая половина его тела была темной, а правая — светлой. Между ними пролегла тонкая полоска зеленой жижи. Колдун каким-то образом склеился из двух частей!

— Смотри-ка, наш друг вернулся! — воскликнул мастер Гримгор и не без труда поднялся на ноги.

— Ты настоящий герой, Ники! Ты нас всех спас! — закричала Оливия. Ник болтался в воздухе, и его переполняла гордость.

— Сними его оттуда, дочка. У нас полно дел, — проговорил колдун и опустился на пол. Видимо, чувствовал он себя еще неважно. Оливия оставила папу и подошла к Нику. Подпрыгнув, принцесса схватил мальчика за ногу и потащила вниз. Так они выбрались из гравитации кристаллического цветка, а потом со смехом покатились в коричневую траву. Никогда еще Ник не чувствовал себя таким счастливым.

Работы действительно оказалось много. Оливия ухаживала за папой и отдавала распоряжения по ремонту театра. Ник целыми днями штопал кукол. Пришил голову Кевина и других казненных. Пытался найти привидосов, но у него ничего не получилось. А еще каждый день ходил к Якобу на репетиции. Актерский состав сильно сменился, Мак Ален ставил новую пьесу «Дурачок и Смерть». Выбор тематики никого не удивил, но только один Николас догадывался, кто заказчик пьесы. Бургомистра и генерала с позором выгнали из театра. За порядок временно отвечал капитан Зенден. Потом обещали сделать демократию. Впрочем, мальчика это не особенно интересовало.

В общем, прошло почти две недели, прежде чем мастер Гримгор расколдовал Ника. Вновь оказаться в собственном теле было так странно. Мальчик на пробу двигал руками и ногами, а когда подошел к зеркалу, не узнал себя. Он выглядел на пару лет старше. Даже щетина пробивалась на румяных щеках.

— Это ведь я сам себе пришил. Внешность хотел изменить, а щетина прижилась! — воскликнул Ник.

Но особенным потрясением было увидеть Оливию. Девочка была еще красивей своей куклы! Мастер Гримгор после сражения со Смертью изменился. Одна половина его головы была полностью седой, а другая лишь серела проседью. Глаза тоже стали разные — один зеленый, другой красный. Иногда колдун начинал спорить сам с собой увлеченно и зло. На третий день после превращения мастер Гримгор отвел Ника в сторону и серьезно сказал:

— У меня к вам предложение, достопочтенный Николас Гонт. Становитесь моим учеником.

Ник опешил от неожиданности. Он никогда не хотел быть колдуном. За это сжигали на костре и закидывали гнилыми помидорами.

— Буду учить тебя вместе с Оливией.

Тут Николас совершенно забыл про низкий престиж колдовской профессии и воскликнул:

— Конечно же я согласен! Это большая честь для меня.