с колотящимся сердцем выбежала за кулисы – и угодила прямиком в объятия Льюиса Уитлока, который пожелал поздравить её первым.
После музыкальной паузы, во время которой Левша Гонсало играл на концертине, выступали пещерные люди. На сцене появилось два невысоких, коренастых человека, облачённых в шкуры. Они поднимали тяжести, демонстрируя свою силу, рычали и выли как животные. Сидевшие в первых рядах женщины в ужасе вжимались в кресла.
– Представляю вам двух братьев из доисторической эпохи! – провозгласил П. Т. – Они попали в наш мир благодаря удивительной машине времени! Братья обладают сверхчеловеческой силой и инстинктом хищников, а питаются сырым мясом!
Доисторические люди бросились к служителю (инженеру Ульриху Касселю собственной персоной), который вынес на сцену таз с окровавленными кусками мяса. Ставя таз на пол, он отгонял дикарей палкой.
П. Т. следил за номерами и за реакцией зрителей и старался не думать о том, что его ждёт после окончания представления. Он надеялся, что его не станут заковывать в наручники и выводить из театра на глазах у публики. Прихвостни Пендлтона и Догерти, как стервятники, кружившие над добычей, ни на секунду не спускали с него глаз.
На сцене пел забавную песенку Толстяк Джонс, самый тучный человек на свете.
Я был тоненьким мальчишкой, Мне твердили: «Кушай пышки — Тощий, как скелет!» Но успел я так раздаться! Теперь надо постараться, Чтоб попасть в балет!
Но прежде чем он закончил песенку, кто-то в зале крикнул, что Толстяк подозрительно напоминает Льюиса Уитлока, который работает на лесопилке Свитчайлда. Кое-кому тут же захотелось расспросить самого Свитчайлда, развалившегося в первом ряду, но старик уснул и не мог никому ничего ответить. Толстяк спешно закончил своё выступление и под аплодисменты и хихиканье публики скрылся за кулисами.
Вопреки надеждам Льюиса Уитлока, Эрма Гелиодор не встречала его за кулисами. Ему пришлось довольствоваться поздравлениями П. Т., который лишь похлопал его по плечу.
Во время второй музыкальной паузы Джойс спела одну из старых песен Юга. Сама песня зрителям не особенно понравилась, но когда П. Т. представил Джойс как няню Джорджа Вашингтона – и, возможно, самую старую женщину в мире, – публика отнеслась к ней более благосклонно.
Затем выступил человек-акула, у которого острые зубы росли в три ряда, а челюсти были такие сильные, что он с лёгкостью перекусывал толстую железную цепь. После него на сцене показался Ли Сунь Янь, Пожиратель Насекомых. Никто не знал, правда ли он родом из Китая, но П. Т. был убеждён, что такой разрез глаз и цвет кожи бывают только у китайцев, – и никто с ним не спорил.
Калебу Петтигуферу номер не понравился. Он счёл его издевательством над собой лично и долго свистел, пока зрители наконец его не утихомирили.
Мальчика с пёсьей мордой придумал мистер Браун, рассказав, как однажды в каком-то городе он видел заросшего шерстью мальчишку, похожего на волка. Мальчик страдал каким-то недугом, из-за которого был покрыт волосами с головы до пят. Играл его негритёнок по имени Семел. Он жил в квартале чернокожих, и его семья дружила с Моисеем. Семелу пообещали несколько центов за выступление, и он охотно согласился. Для образа мальчика с пёсьей мордой использовали настоящие волосы, которые собрал и любезно передал актёрам мистер Маркус Хэнкок-младший, брадобрей и печатник. Семел бегал по сцене на четвереньках, лаял, рычал и вилял хвостом.
* * *
– Уважаемые дамы, уважаемые господа! – объявил П. Т. – Сегодня вечером вас ждёт ещё больше чудес в театре «Никель»! Сейчас вы увидите подлинное проявление сил природы, демонстрацию того, как мощь и красота, доброта и сила могут уживаться в одном теле. Имею честь представить мадам Рубишо, самую сильную женщину в мире!
Ева протопала на сцену и, казалось, заполнила её всю своей гигантской фигурой. Некоторые зрители начали было выкрикивать, что она вовсе не женщина, а мужчина в парике и с подкладками в некоторых местах. Но Ева была очаровательна и женственна, а её манеры (в те моменты, когда она не поднимала что-нибудь тяжёлое и не завязывала узлом железный прут) – даже изысканны.
Мадам Рубишо провожали бурными аплодисментами и выкриками. Ева уступила место Левше Гонсало, который изображал иллюзиониста Лентини. Фокус с исчезновением мальчика и его появлением в другом конце сцены увенчался успехом и бурными овациями зала. П. Т. едва успел поймать Тельму, которая хотела выскочить на сцену вместе с сестрой-близняшкой к ликующим зрителям.
Следующим номером программы шёл «человек-листок». Пока худой и лёгкий Айван Сперг исполнял несколько тактов джиги и менуэта, долетавшие откуда-то внезапные
