Берег Софи - Ева Немеш

Я тогда вообще ничего не понимала: зачем так внимательно изучать истерзанное тело, зачем вручать мне стопку голубых листков, зачем просить раздать их знакомым. Это сейчас ясно, что осмотр и определение причин смерти – суперважные вещи и что точку выбросившегося на берег дельфина надо фиксировать, а тогда я как будто инопланетян встретила.

Волонтёры и правда как будто с другой планеты. За просто так лечат, спасают, помогают. «Нет времени, пока не могу, сегодня вообще-то выходной, меня нет – я в отпуске, а на каникулах хоть можно отдохнуть?..» – это не про них. Нет, у нас не все прям идейные и идеальные. Есть и те, кто за волонтёрскими баллами приходит – ну, для поступления. Но большинство прям настоящие. Хотя какая разница, кто как пришёл, главное – работать нормально. Это так здорово, когда никто не заставляет, а ты сам приходишь и сам делаешь. А потом, глядя на тебя, приходит кто-то ещё. И это колёсико крутится!

Надеюсь, ты догадался, что синие кепки меня так впечатлили, что я сразу пошла по ссылке на листовке, и, представь, уже через две недели я брала анализы у чуть живого детёныша афалины! Мы его, кстати, выходили, с ним всё в порядке. Да, не думай, что в «Десту» (забыла рассказать: это наше название, «де» – дельфин, «ста» – станция) берут кого попало. Можешь гордиться: я прошла отбор! Сначала Белка (это наш главный) смотрит анкету, в которой его больше всего интересует ответ на вопрос «Почему дельфины?». Если ответ зацепил, то тебя возьмут на испытательный срок. Так что всё непросто.

Как видишь, твой план запереть меня в глуши, чтобы я, заскучав, попросилась обратно, в «большую жизнь», не сработал. Мне здесь хорошо. Честно, хорошо. И я нисколько не жалею, что никуда не поступила и нигде не учусь. Я занята делом, понимаешь? Настоящим! Мама вроде не против. Слушай, а почему ты ей так редко звонишь? Она от скуки даже на работу пошла. Меня ж больше обслуживать не надо: ни соревнований, ни тренировок, ни репетиторов, ни интервью – ничего! Здесь мы никому не интересны. Вообще. Везде своих вундеркиндов хватает. Так что у неё тоже новая жизнь. Но нравится ей это всё или нет, точно сказать не могу. Давай ты сам у неё про всё спросишь. А вообще, как ты без нас?

Софи, не волнуйся, я про тебя не забыла. Сейчас всё сделаем. Прости, что-то меня понесло. С отцом типа разговариваю. У тебя есть папа?

3. Софи

Думала, нет ничего оглушительней крика чаек, предупреждающих своих стариков и детей о надвигающемся шторме. Ох, как же это громко и страшно! Но нет, ошибалась. Кажется, третьеклассники намного громче. Только, в отличие от тревожных чаек, школьники визжат просто так – от хорошего настроения. Счастливчики: ни забот, ни хлопот! Орут во всё горло, толкаются, смеются взахлёб. И вроде бы нет их уже, а до сих пор гул и шум в голове, никак на тишину не настроюсь.

Давно у нас так весело не было. Всё-таки здорово, что Павел появился. Вообще-то здесь его все, кроме Белки, Башей зовут – пора и мне перестроиться. Оказалось, что Павел – Паша – несколько лет жил в Китае. Вот там его Башей и прозвали. Родители-учёные работали (и кажется, всё ещё работают) в морском заповеднике, а он… Да, скорее всего, родителям помогал. Что-то про себя он почти ничего не рассказал, хотя скромным его не назовёшь. Наверное, пока не успел.

Баш-ша. Баш-ша. А что? Неплохо. Будто волна шипит. Эх, скорей бы на настоящих волнах покачаться! Никакого терпения не осталось. Надеюсь, с появлением Баши всё быстрей завертится. У него любое дело спорится. Шустрый, не то что Уля. Всё успевает. Даже не верится, что новичок. Столько всего напридумывал! Например, теперь каждая суббота у нас праздничная. Сегодня, например, День открытых дверей, то есть на Станцию может зайти любой желающий, чтобы узнать, чем мы занимаемся, и, разумеется, помочь. Белке эта идея понравилась не сильно, но Баша попросил дать шанс и пообещал невероятные итоги.

Нет, он правда молодец, освоился быстро. Вон, ему Белка только лекцию о морских млекопитающих поручил провести, а он целое представление устроил, умудрившись ещё и про дальние края рассказать. И отчего-то мне кажется, что зрителям больше понравились истории про Китай, а не про китов. А переделанные на китайский лад имена так и вовсе вызвали настоящую бурю восхищения.

Удивительно, что такая чепуха может быть интересна. Вот какая разница, кого как где-то зовут? Здесь я – Софи, дома – ˜“˜. И что теперь? Прыгать до потолка и кричать? Но это я. Для меня сейчас главное – домой поскорее вернуться, а для сегодняшних посетителей Станции – их имя по-китайски. Галдят, руками размахивают, шеи вытягивают – ни дать ни взять скандалисты-бакланы!

Баша молодец. Толпы и крика не испугался. Забрался на стул, поднял ладонь и, дождавшись полной тишины, твёрдо и громко сказал:

– Значит, так! Предлагаю выгодную сделку. С меня – ваше китайское имя, с вас – помощь «Десте». Если вдруг кто забыл, что такое «Деста», напоминаю: это уникальная станция спасения дельфинов, на которой вам посчастливилось оказаться. Вам же здесь нравится? Чувствуете себя спасателями? Хотите нам помочь?

Станцию накрыло трёхкратное дружное «Да-а-а-а-а-а!».

– Верю, друзья! Верю, что вы очень хотите нам помочь! – прокричал Павел. – Но к чему громкие слова? Лучше докажите это делом. Короче. Прямо сейчас я объявляю сбор для пострадавших обитателей моря. Настоящих и будущих. Каждому донатеру – бонус. Внеся даже небольшое пожертвование, вы получите невероятно щедрый подарок – своё второе имя. Ну как? Согласны?

Пока согласные на всё зрители продолжали надрывать горло, Баша успел сбегать за прозрачным ящиком, на дне которого лежали несколько монеток и ракушка. Когда ящик был торжественно установлен на стул, кто-то выкрикнул:

– А если денег нет, что делать?

Башу вопрос нисколько не смутил:

– Ничего страшного! Абсолютно! Дети деньги не зарабатывают, это нормально. Деньги – это к взрослым, то есть к родителям, которые всегда с радостью придут на помощь. В том числе и нашим подводным друзьям. Просто им надо всё рассказать. Причём быстро и доходчиво. Итак, включаем телефоны, делаем снимок этого ящика и отправляем мамам. Папам тоже