Парадный люк на шлюпе был в кают-компании, столяры обгородили оный переборкой, дабы холод и сырость менее пробирались в судно; привели все люки в порядок, обив их смоленою парусиной; в грот-люке вставили посредине стекло для света, а для входа и выхода команды остался один фор-люк; в оба люка команде предоставлено выходить тогда только, когда опасность востребует скорой помощи. Докончили уменьшение лисель-спиртов по соразмерности убавленных реев.
6-го погода была прекраснейшая, почему вынесли на шканцы купленных в Порт-Джексоне разных птиц, как-то: белых и одного черного какаду, лори, королевских и синегорских попугаев и одного маленького попугая с острова Маккуори, промышленниками привезенного в Порт-Джексон, где я его купил; сию птицу и черного какаду ценили более всех прочих; сверх того, у нас были два голубя с Синих гор и один с острова Отаити. Мы насчитывали на шлюпе «Восток» восемьдесят четыре птицы. Они производили большой шум, некоторые из какаду произносили разные английские слова, а прочие птицы дикими голосами кричали и свистали. Мы взяли также кенгуру, который бегал на воле, был весьма ручной и чистоплотный; часто играл с матросами и требовал мало присмотра; ел все, что ему давали.
7 ноября. В полдень мы находились на широте южной 34°41'41''; долготе восточной 150°46'26''; теплоты было 16,5°; склонение компаса оказалось 90°12' восточное.
В первые два дня от выхода из Порт-Джексонского залива, когда мы еще не отделились от берега, течение шло к SW 57°, семьдесят две мили, а потом ежедневно сносило нас к NW по тридцати пяти миль.
Во всю ночь был штиль, небо облачно, и временно луна из-за облаков освещала поверхность моря; ртуть в термометре в полночь стояла на 13,8°. С утра сделалось маловетрие от востока, потом ветер час от часу свежел; мы сим воспользовались и направили путь к югу.
7 ноября было воскресенье, а потому мы не позволили служителям завтракать, доколе они не окончили очистки шлюпа и не вымылись теплой морской водой.
В полдень находились на широте 35°30'18''южной, долготе 152°16'43''восточной. Течение моря шло на SW 68°, тридцать восемь миль в сутки. В час пополудни по приглашению моему приехал лейтенант Лазарев с некоторыми офицерами к обеду. Я объявил ему, что не намерен идти к Аукланским островам, ибо сей курс нас много отвлечет на восток, по причине господствующих западных ветров в средних широтах, и приблизит к путям капитана Кука, и для того, вместо сих островов, я положил идти к острову Маккуори. В случае разлучений назначил, как и прежде, искать друг друга три дня на том месте, где в последний раз виделись, а ежели, сверх чаяния, не встретимся, тогда ожидать неделю у северо-восточной оконечности Новой Шетландии, которую я имел намерение осмотреть; потом идти в Рио-де-Жанейро, и ежели там не сойдемся, прождав месяц, исполнять по инструкции, с которой лейтенант Лазарев имел копию.
В 6 часов пополудни гости наши возвратились на шлюп «Мирный». В сие время все небо покрылось облаками, горизонт – мрачностью; пошел дождь, и продолжался всю ночь.
8 ноября. 8-го небо было также покрыто облаками, горизонт мрачен и шел дождь. Мы имели хода по семи и восьми миль в час на StO, при северо-восточном ветре; зыбь была большая от SO и производила сильные удары в носовую часть. Мы непрестанно встречали бурных птиц и плавно летящих альбатросов, разного цвета и величины.
В полдень в носовой каюте, около форштевня, оказалась течь. Капитан-лейтенант Завадовский осматривал оную: вода входила так сильно, что слышно было ее журчание, но в какое место, невозможно было видеть за обшивкой. В Порт-Джексоне, сколько могли, обдирали медь в носовой части, проконопатили под оной весьма хорошо и потом обили медью до самого баргоута, но и после такой предосторожности, к крайнему всех сожалению, течь оказалась; надлежащих против сего мер в нашем положении взять не было возможности и места, а время года, лучшее для плавания в Южном полушарии, нам не позволяло переменять нашего намерения.
К ночи ветер отошел к О, а потом к SO, скрепчал и дул порывами, с дождем, производя большое волнение, что принудило нас взять у марселей по другому рифу.
Убавление всего рангоута и парусов, постановление всех пиллерсов и понижение тяжести всей артиллерии довольно ощутительно уменьшило движение верхней части шлюпа «Восток», однако же я не смел нести много парусов, дабы через то, умножая ход, не увеличить течи в носовой части. Итак, мы, с большим трудом преодолев одно неудобство шлюпа, были заняты другим, несравненно важнейшим, которое могло произвести гибельные следствия. Не имея средства сему помочь, я имел одно утешение в мысли, что отважность иногда ведет к успехам.
9 ноября. При том же юго-восточном свежем ветре, облачном небе, накроплении дождя и мрачности горизонта мы продолжали курс левым галсом к югу, склоняясь несколько к западу. В 6 часов утра прошли мимо плавающей морской травы. В полдень находились на широте 40°10'45''южной, долготе 151°42'28''восточной. Ртуть в термометре уже начала понижаться: в самый полдень теплоты было только 11°. Сегодня, кроме обыкновенных птиц, которые ежедневно показывались, летало около шлюпов несколько погодовестников.
10, 11 и 12 ноября. Три дня ветер дул тихий, от востока, и позволял нам продолжать путь к югу. Мы все еще приготовляли наши шлюпы для плавания в больших широтах Южного океана. Плотники обшивали корму наглухо, ибо я полагал, что сия обшивка несколько послужит скреплением для кормы и предохранит оную от волн. В полдень 12-го находились на широте 44°53'58''южной, долготе 150°41'48''восточной; течение моря в последние двое суток оказалось SW 75°30'. Мы встретили трех китов; на одном из них видны были неровности, вероятно, оброс ракушками[194].
13 ноября. Ночь темная; по термометру теплоты 7°; мы продолжали курс к югу до самого полудня. Широта места нашего была 47°18'58''южная, долгота 150°21'44''восточная. С сего времени я взял курс SSO 1/2 O, дабы приблизиться к острову Маккуори. Зыбь, которая шла от NO, сделалась от NW и в продолжение ночи качала нас с одного бока на другой.
14 ноября. С вечера 14-го ветер перешел в NW четверть и дул свежий; ночь была темная; мы держались тем же курсом, имея мало парусов, дабы не уйти от шлюпа «Мирный». С утра нашел от WN густой туман, после 8 часов начал редеть, и солнечные лучи слабым сиянием проницали сквозь мрачность. От сильной качки и скрипа переборок, лестниц и разных частей шлюпа весьма было неприятно оставаться в каютах, и мы большую часть времени проводили на шканцах; дождь, мрачность и туман сближали горизонт нашего зрения, и нас ничто не занимало, кроме нескольких птиц, изредка летавших.
