«“Весёлые ребята” производят такое впечатление, будто на фабрику ГУКФа ночью прорвались буржуазные кинорежиссёры и тайком, в советских декорациях сняли эту картину».
В Нью-Йорке фильм произвёл фуррор. Великий Чарли Чаплин сказал:
«Александров открыл для Америки новую Россию. До “Весёлых ребят” американцы знали Россию Достоевского, теперь они увидели большие сдвиги в психологии людей. Люди бодро и весело смеются. Это – большая победа. Это агитирует больше, чем доказательство стрельбой и речами».
А в стране Советов начал работу…
Организатором съезда был Андрей Жданов, заведовавший одним из отделов ЦК партии. И 14 августа 1934 года, чтобы учредить свой Союз, литераторы собрались в Колонном зале Дома Союзов. К ним с приветствием обратился Алексей Максимович Горький. Главный доклад сделал его заместитель по организации Союза писателей Иван Михайлович Гронский.
С докладом о поэзии выступил Николай Иванович Бухарин, назначенный главным редактором газеты «Известия». Ответственный секретарь газеты Семён Александрович Ляндрес потом вспоминал, что Бухарин показал Сталину тезисы своего доклада. В нём он предлагал объявить лучшими поэтами Советского Союза Бориса Пастернака, Илью Сельвинского и Николая Тихонова. Ту самую троицу, которую чтили в 20-е годы, и которой поэт Эдуард Багрицкий посвятил стихотворные строки:
«А в походной сумке / трубка и табак,
Тихонов, Сельвинский, Пастернак».
Этим стихотворцам Бухарин противопоставлял сочинителей примитивных стихов: Демьяна Бедного, Александра Безыменского, Александра Жарова и некоторых других. Сталин согласился, но якобы заметил:
«– Из этой тройки самый чуждый Пастернак. Сельвинский тоже чужой, но искренне хочет стать своим. Смотрите, как бы не покончил самоубийством».
И Бухарин с трибуны писательского съезда назвал лучшими поэтами страны Пастернака, Сельвинского и Тихонова. О Борисе Пастернаке в докладе было сказано:
«Он, безусловно, приемлет революцию, но он далёк от своеобразного техницизма эпохи, от шума битв, от страстей борьбы… Торжество буржуазного мира ему глубоко противно, и он “откололся”, ушёл от мира, замкнулся в перламутровую раковину индивидуальных переживаний».
Борис Пастернак и Корней Чуковский на I съезде советских писателей, 1934 г.
Об Илье Сельвинском было заявлено так:
«Сельвинский – это в известной мере антипод Пастернака. Это поэт большого поэтического голоса, рвущийся на просторы широких дорог, массовых сцен, где слышны крики, где топчут кони, где. льётся удалая песня, где бьются враги, где кипит живая жизнь, и где история месит своё крутое тесто.
“…голое мастерство слишком бледно,
чтобы дышать ураганом эпохи ”, —
говорит он на одну сторону. И на другую:
“А вы зовёте: на горло песне/
Будь ассенизатор, будь вололив-де!
Да в этой схиме столько же поэзии,
Сколько авиации в лифте”».
Здесь явно бросался камень в поэтический огород Владимира Маяковского.
Аркадий Ваксберг:
«…что вызвало на съезде бурную реакцию оставшихся недовольными “пролетарских” поэтов. Не из-за того, конечно, что обойдён Маяковский, а из-за того, что поднят на щит Пастернак, а сами они – и совсем в стороне…
И друзья Маяковского и его противники объединились, чтобы “дать отпор возвеличиванию поэзии, не понятной пролетариату”. Бухарин был вынужден оправдываться, напоминая, что его доклад одобрен в ///С».
18 августа «Литературная газета» опубликовала статью «Черты новой драматургии», в которой говорилось:
«“Умка белый медведь” Сельвинского даёт положительную программу переустройства жизни народов крайнего Севера на советских началах».
А газета «Правда» привела слова из выступления самого Сельвинского на съезде писателей страны:
«Чем свежее стиль, чем революционнее его формы, тем громче голоса о том, что поэзия находится в тупике».
27 августа на трибуну съезда поднялся драматург Александр Афиногенов и сказал:
«Вождь нашей партии товарищ Сталин назвал писателей “инженерами человеческих душ”. Это название – не только лозунг, не только декларация».
А выступивший с докладом о драматургии Владимир Киршон призвал писателей к созданию «положительной комедии», рождающей у зрителей особый смех – «смех победителей». Советская комедия, сказал Киршон:
«…не высмеивает своих героев, но показывает их так весело, так любовно и доброжелательно подчёркивает их положительные стороны и качества, что зритель смеётся радостным смехом, ему хочется брать пример с героев комедии».
Итак, Союз советских писателей был создан. Его членом стал даже живший в Париже Евгений Замятин (по его собственной просьбе, одобренной Сталиным). В Союз приняли и 24-летнего поэта Павла Васильева.
Оргсекретарём нового Союза литераторов стал 33-летний заместитель заведующего отдела культуры и пропаганды ленинизма Π,Κ ВКП(б) Александр Щербаков, который и принялся курировать творчество и деятельность «инженеров человеческих душ».
Пока литераторы разбирались с новой для них ситуацией, в политбюро задумались над тем, что делать с поступавшими в Кремль многочисленными жалобами на методы ведения следствия в НКВД. 15 сентября 1934 года была создана комиссия (Лазарь Каганович, Валериан Куйбышев, Иван Акулов), которая выявила многочисленные случаи нарушения законности, пыток заключённых и фабрикации дел. Комиссия подготовила проект постановления, которое предусматривало искоренение незаконных методов следствия, наказание виновных и пересмотр некоторых дел.
В жизни генерального секретаря ВКП(б) тоже на всё шло гладко. Известно письмо, которое Сталин написал в Тбилиси матери. В нём говорилось:
«После кончины Нади моя личная жизнь тяжела. Ты спрашиваешь, как я живу. А я не живу, я работаю».
Академик Иван Петрович Павлов, вся деятельность которого была направлена на то, чтобы хоть как-то облегчить жизнь своих соотечественников, 10 октября 1934 года написал письмо наркому здравоохранения РСФСР Григорию Наумовичу Каминскому. В этом послании, в частности, говорилось:
«Многолетний террор и безудержное своеволие власти превращает нашу азиатскую натуру в позорно рабскую. А много ли можно сделать хорошего с рабами? Да, но не общее истинное человеческое счастье. Недоедание и повторяющееся голодание в массе населения с их неприменными спутниками – повсеместными эпидемиями – подрывают силы народа. Прошу меня простить… Написал искренне, что переживаю».
