в кинотеатре «Мажестик» в день рождения, ей тогда исполнилось четырнадцать. С тех пор она время от времени слышала об актрисе — что-то говорила мать, что-то бывало в новостях по телевизору или радио. Впрочем, запомнила Полин мало — только то, что настоящее имя Мэрилин было Норма Джин, а ее первый брак со звездой бейсбола оказался неудачным.
Полин внимательно разглядывала фотографии мировой знаменитости: идеальный макияж, чуть приоткрытые алые губы, пепельные локоны. Нет, это лицо совсем не похоже на лицо миссис Миллер! И все же у Полин не осталось сомнений: миссис Миллер — это точно Мэрилин Монро.
— Ну и красавица! — воскликнул Джимми чуть ли не в ухо сестре.
Продолжая жевать, он заглядывал Полин через плечо. Она ласково отстранила его, сгорая от желания рассказать об утренних событиях.
— А ты знаешь, кто это? — спросила она.
Тринадцатилетний Джимми удивленно приподнял брови.
— Все знают Мэрилин Монро, Полли! И все знают, что она сейчас в Рино, снимается в новом фильме. И живет в «Мэйпсе».
«Все, кроме твоей ненормальной сестры», — чуть было не сказала Полин.
До прихода матери она успела позвонить Билли-Перл и все ей рассказала. Сначала та не удержалась от смеха, но потом успокоила подругу, заметив, что они без ума от лошадей, а не от звезд экрана. Они не ходили в кино, им было плевать на Голливуд с его мишурой. Их страсть — мустанги! Они могли часами скакать по пустынной равнине под палящим солнцем! Они любили и умели ухаживать за лошадьми! По правде говоря, она бы тоже не узнала Монро. Кстати, о мустангах. Когда Полин приедет в Уордсворт?
Полин услышала, как к дому подъехал «додж» Марсель, и поспешила закончить разговор. Мать не одобряла их дружбы.
— Я тебе еще позвоню, — пообещала Полин.
— Держись, мисс!
Марсель вошла в дом и с тяжелым вздохом бросила ключи от машины и сумочку на стол. Потом театральным жестом вытерла пот со лба и включила кондиционер. «Боже, какая жара!» Марсель жила в Неваде почти пятнадцать лет, но каждое лето жаловалась на удушающий палящий зной и на пыль, которая попадала в глаза, нос и горло, оседала на одежде, забивалась в ящики и шкафы. А что сказать о зимах в Рино? Ей никогда не привыкнуть к таким низким температурам, к снегу, льду, метели… Полин и Джимми слушали жалобы матери молча. Они привыкли.
В сорок пять лет Марсель Хаммонд сохранила девичью фигуру и одевалась тщательно и изысканно, как будто по-прежнему гуляла по улицам Парижа, не ведая о перепадах температур в Неваде. В парикмахерской на Уинтер-стрит под названием «Марсель из Парижа» ей удалось воссоздать атмосферу любимого города вплоть до мельчайших деталей. На пастельно-розовых стенах Марсель развесила постеры с изображением Эйфелевой башни, собора Парижской Богоматери, базилики Сакре-Кёр и фотографии Брижит Бардо, Симоны Синьоре, Алена Делона и других актеров. Весь день здесь звучали песни Далиды, Ива Монтана, Жильбера Беко, Эдит Пиаф и Шарля Азнавура. Пластинки и постеры ей тоже присылала сестра Ирен. Клиентки были в восторге от парижского шарма салона, и дела у Марсель шли неплохо. Прекрасную картину омрачало лишь одно — Марсель все чаще позволяла себе во второй половине дня выпить лишний стаканчик. Теперь все в Рино знали: Марсель здесь глубоко несчастна.
Даг вернулся домой немного позже и, как всегда, поцеловал жену в губы. Марсель хлопотала на кухне: фартук подчеркивал ее тонкую талию, а стакан с бурбоном, как обычно, был под рукой. Даг не сводил с нее влюбленных глаз, он по-прежнему гордился женой. «Но как он может не замечать, что ей плохо?» — не раз спрашивала себя Полин. Может, он просто не хотел этого? Может, так он пытался сохранить душевное равновесие?
За ужином Полин не сказала ни слова о том, что произошло в апартаментах 614. Она уже думала о завтрашнем дне и опасалась, что Китти разболтает кому-нибудь из персонала: Полин не узнала Мэрилин Монро! Как она выдержит бесконечные насмешки? «Мэйпс», конечно, был огромным, это целая империя, но слухи мгновенно долетали до каждого ее уголка, они распространялись, как огонь по соломе. Уж кто-кто, а Полин это точно знала.
Первой о кинозвездах заговорила Марсель. Она стала жаловаться, что две недели, которые они провели на озере Тахо, лишили ее возможности следить за необыкновенными событиями, происходившими в Рино. Клиентки рассказали ей, что в городе снимается фильм «Неприкаянные». Полин видела хоть одного актера в отеле? Может, саму Мэрилин? Вдруг она сможет получить автограф? Это было бы просто замечательно!
Полин улыбнулась матери и безразличным тоном спросила:
— Мама, ты правда думаешь, что Мэрилин Монро пользуется дамскими комнатами на первом этаже?
После ужина Джимми разрешили посмотреть «Денниса-мучителя»; это был его любимый сериал. Марсель предпочитала ситком «Я люблю Люси», который время от времени повторяли на канале CBS, тогда как Даг не пропускал ни одной серии «Альфред Хичкок представляет». Полин сидела в гостиной с родителями, как всегда делала, уложив Лили.
Ночью она спала очень плохо и проснулась с дурным предчувствием. Утром Полин появилась в «Мэйпсе» вовремя и по пути в раздевалку не заметила пренебрежительных или насмешливых взглядов. Похоже, Китти никому ничего не сказала. Полин принялась за работу, как вдруг ее окликнули:
— Эй, француженка!
Это был Марти, один из посыльных на ресепшен, тощий паренек с ярко-рыжими волосами. Он пришел сказать, что Милдред ждет Полин у себя в кабинете.
Она замерла, опустив швабру.
— Здорово проштрафилась? — спросил Марти.
— Надеюсь, что нет, — промямлила Полин.
Он сочувственно похлопал ее по плечу. Ничего, все обойдется. Выше нос!
Она поднялась на второй этаж. Милдред ждала, стоя посреди кабинета и уперев руки в бока. Как ни странно, она не выглядела рассерженной. Скорее была в недоумении. И сразу перешла к делу: что вчера произошло в номере 614? Полин должна рассказать все немедленно, и без нелепых фантазий!
Полин поняла — ей конец. И все из-за дурацкого халата. Миссис Миллер на нее пожаловалась. Конечно, Мэрилин Монро не просят надевать халат! Как только ей это в голову пришло? Какая же она идиотка! Дура набитая! Деревенщина! Что с такой возьмешь? У Полин задрожали руки.
Милдред ждала. Полин на секунду закрыла глаза. Этого оказалось достаточно, чтобы рядом появился вороной жеребец. Командор был огромным, гораздо больше их обеих; он сразу отстранил Милдред и взял Полин под защиту. Почувствовав горячее дыхание Командора у себя на макушке и шее, она смогла говорить не заикаясь. Рассказала, как убиралась в апартаментах, о просьбе миссис Миллер (но не о письме), о приходе массажиста мистера Робертса.
Милдред выслушала ее и взглянула на часы.
— Хорошо. Отправляйся работать, да поживее.
— Да,
