Житель Кайкары был недавно приговорен к 4 годам тюрьмы и к штрафу в 100 пиастров за то, что он в припадке гнева привязал одну негритянку за ноги к хвосту своей лошади и тащил ее, мчась в карьер по саванне, до тех пор, пока она не умерла от мучений. С удовлетворением отмечу, что все порицали Audiencia[305] за то, что не было вынесено более строгого приговора за столь жестокий поступок.
Впрочем, очень немногие жители (как раз те, которые считали себя наиболее образованными и наиболее благоразумными) находили, что наказание белого противоречит здравой политике в то время, когда восстание негров на Сан-Доминго было в полном разгаре. Если порядкам, ставшим ненавистными, грозит опасность, всегда находятся люди, советующие для их поддержания не делать послаблений в том, что больше всего противоречит в них справедливости и здравому смыслу.
С тех пор, как я покинул эти края, гражданские раздоры вложили оружие в руки рабов, и прискорбный опыт заставил жителей Венесуэлы пожалеть о том, что они не послушались дона Доминго Товара и других добродетельных граждан, которые начиная с 1795 года поднимали свой голос в Каракасском cabildo[306] за прекращение ввоза негров и за проведение мер для улучшения их положения.
Переночевав на острове посреди реки (я думаю, что это тот самый остров, который отец Каулин называет Акару), мы 10 июня прошли устье Кауры; наряду с Аруй и Карони она является самым большим правым притоком Нижнего Ориноко. Так как во время моего пребывания во францисканских миссиях я имел возможность собрать много географических сведений о Кауре, я начертил специальную карту этой реки.
В настоящее время все христианские поселения расположены очень близко от устья реки; деревни Сан-Педро, Арипао, Урбани и Гуарагуараико отстоят друг от друга на несколько лье. В первой из них, самой многолюдной, живут всего 250 человек; деревня Сан-Луис-де-Гуарагуараико представляет собой колонию отпущенных на волю или бежавших с Эссекибо негров, которая заслуживает поддержки правительства.
Следует всячески поощрять попытки, направленные на то, чтобы рабы осели на земле и могли пользоваться, подобно арендаторам, плодами своего земледельческого труда. Почва на берегах Кауры, по большей части девственная, чрезвычайно плодородна. Пастбищ там хватило бы больше чем на 15 000 голов рогатого скота; но у бедных жителей совершенно нет ни лошадей, ни коров.
Берега Кауры на протяжении свыше 6/7 их длины пустынны или населены независимыми и дикими племенами. Русло реки в двух местах сжато скалами; там находятся Raudales Мура и Пара, или Пару; у последнего есть волок, так как в пирогах пройти через него нельзя. У северного порога, у порога Мура, в эпоху экспедиции для установления границ была воздвигнута маленькая крепость.
Губернатор дон Мануэль Сентурион поспешил дать название Сьюдад-де-Сан-Карлос нескольким домам, построенным около крепости испанскими (то есть неиндейскими) семьями, состоявшими из белых и мулатов. К югу от порога Пара в месте слияния Кауры и Эребато находилась тогда миссия Сан-Луис; от нее шла сухопутная дорога в Ангостуру, столицу провинции. Все эти попытки приобщения к культуре были бесплодными.
Никакой деревни выше Raudal Мура больше не существует; здесь, как и в некоторых других районах колоний, индейцы, так сказать, отвоевали страну у испанцев. Однако когда-нибудь долина Кауры, возможно, приобретет большое значение благодаря своим природным богатствам и легкости сообщения с реками Вентуари, Карони и Куюни.
Около устья Кауры между деревнями Сан-Педро-де-Алькантара и Сан-Франсиско-де-Арипао в 1790 году в результате обвала и землетрясения образовалось озерко диаметром в 400 туазов. Часть леса близ Арипао опустилась на глубину 80—100 футов ниже уровня соседней местности.
В течение нескольких месяцев деревья оставались зелеными; полагали даже, что на некоторых из них под водой продолжали появляться новые листья. Это явление заслуживает тем большего внимания, что этот участок земли, вероятно, сложен гранитами. Я сомневаюсь, чтобы вторичные формации в Llanos простирались на юг до долины Кауры.
11 июня мы высадились на правом берегу Ориноко у Пуэрто-де-лос-Фрайлес, в трех лье выше Сьюдад-де-ла-Пьедра, чтобы взять высоты Солнца. Долгота этого пункта – 67°26'20'', то есть он расположен на 1°41' к востоку от устья Апуре. Дальше между Сьюдад-де-ла-Пьедра и Муитако, или Реаль-Корона, находятся Torno[307] и Адская Пасть, две преграды, которых некогда очень опасались плававшие по Ориноко путешественники.
Река внезапно меняет направление и течет сначала на восток, затем на север-северо-запад, а затем снова на восток. Несколько выше Каньо-Марапиче, впадающего с севера, очень длинный остров делит Ориноко на два рукава. Мы прошли без труда к югу от этого острова; к северу цепь небольших скал, наполовину затопленных высокой водой, образует водовороты и стремнины.
Там-то и находятся так называемые Бока-дель-Инфьерно [Адская пасть] и Raudal Камисета. Первые экспедиции Диего де Ордаса (1531 год) и Алонсо де Эреры (1535 год) создали широкую известность этой преграде. В то время о больших порогах, Атурес и Майпурес, еще ничего не знали, а на тяжелых судах (vergantines), на которых упорно пытались подняться вверх по реке, было очень трудно пройти стремнины.
Теперь в течение круглого года не боятся ни подниматься, ни спускаться по Ориноко от его дельты до впадения Апуре и Меты. На этом отрезке нет других порогов, кроме Торно, или Камисета, Маримара и Каривен, или Каричана-Вьеха. Ни одного из этих препятствий можно не опасаться, если прибегать к помощи опытных индейских кормчих.
Я особо отмечаю эти гидрографические подробности, так как сообщение между Ангостурой и берегами Меты и Апуре, двух рек, текущих к восточному склону Кордильер Новой Гранады, приобретает в настоящее время большое политическое и коммерческое значение. Плавание по Нижнему Ориноко от дельты до провинции Баринас затрудняет лишь сильное течение. Само русло реки нигде не образует препятствий, которые было бы трудней преодолеть, чем препятствия на Дунае между Веной и Линцем.
Большие преграды, настоящие пороги встречаются только выше Меты. Таким образом, Верхний Ориноко образует вместе с Касикьяре и Риу-Негру отдельную речную систему, которая еще долго будет оставаться в стороне от промышленного развития Ангостуры и Каракасского побережья.
На острове посреди Бока-дель-Инфьерно, где мы установили свои приборы, я взял часовые углы Солнца. По показаниям хронометра, долгота этого пункта – 67°10'31''. Я хотел определить магнитное наклонение и интенсивность земного магнетизма, но мне помешал грозовой дождь. После обеда небо снова прояснилось, и мы двинулись в путь, чтобы расположиться лагерем на южном берегу Ориноко, почти что на меридиане городка Муитако, или Реаль-Корона.
