подчиняет, я вижу: он добрый, а я злой. В конце концов этот демон — Бог.
Вчера он или Он довел меня до состояния полного уныния, унижения, отвращения и омерзения к себе самому.
Когда лег спать, я думал
во-первых, о феноменологии. Чехов говорит: одна в уезде умная и та дура. Гуссерль самый серьезный и честный философ из всех современных философов, и всё же что дала его философия? Мой демон, или Демон, говорит мне: в «Вестниках», еще не зная Гуссерля, я совершил феноменологическую радикальную редукцию. В том, что я читал о Гуссерле (Финк, Хайдеггер, Келер и мн. др.), я нахожу только разговоры о феноменологической редукции, но не феноменологическую редукцию. Феноменологическая редукция, если она действительно есть, не в процессе, а в акте. Все они начинают с какого-то обыденного дофеноменологического сознания и затем производят редукцию. Во-первых, нет никакого общего дофеноменологического сознания. Оно бесконечно многообразно, как функция функций многих переменных, всего мира слов, и у каждого различна. Во-вторых, начиная со своего дофеноменологического сознания, феноменолог уже не может выйти из него. Сознательно или бессознательно он начинает с одной интуиции и завершает другой, первая предполагается дофеноменологическим сознанием, вторая — редуцированным. Но именно это дофеноменологическое начало и переход к редукции оставляет и вторую интуицию в дофеноменологическом сознании. Редукция не в результате перехода и не в относительном, а в абсолютном начале. В-третьих, ошибка объективности. Об ошибках объективности говорил еще Кьеркегор и, не зная его, Д. И. Феноменологическая редукция не объективна, а абсолютно субъективна, это и есть абсолютное начало. Включая свою интуицию в описание дофеноменологического сознания, феноменолог и остается в нем и уже не может выйти из него. Феноменологическая редукция именно в разрывности сознания, если не схватить ее сразу, то и останешься в объективной непрерывности дофеноменологического сознания.
Во-вторых, я думал о наших взаимодействиях. Частный случай — термин Л. Для Л. это именно термин — интуиция. Он научил меня этому. Может, и без него я дошел бы до неслучайной случайности, то есть до термина и понимания его, но во всяком случае не так, как дошел сейчас. Исследование «О несуществующем» я написал бы и без «Разговоров» Введенского, но тоже не так, как написал. Д. И.: жертва, об этом я когда-то писал.
Н. М.
Название «Квадрат миров» пришло мне на ум, когда я вспомнил квадрат совершенств (сон Т.).
У Т. в Soliloquium; «тот, кто сидит у изножия, может добраться до изголовия, но добраться до изголовия еще не значит попасть на вершину. Он всё-таки остается у подножия». Я применяю это к себе и в узком и в широком смысле.
Сегодня после вчерашнего бесконечного унижения я снова ощутил в себе силу: не мою, а моего демона, или Демона, говорящего мне: жив Господь, жива душа твоя.
26 января. Я всегда думал и желал: или всё, или ничего. В философии я не сделал многого из того, что предполагал сделать. Но зато сделал и то, о чем и не мечтал сделать: начало «Квадрата миров», «Формула чего-либо», «Формула несуществующего», «Видение». Поэтому, кажется, могу сказать: в философии я желал всего или ничего и получил всё, И в жизни я желал всего или ничего. В малом мире имел всё, в сверхбольшом — может быть, в большом, — ничего. Летом мог получить, почти получил, но побоялся совершить невозможное. Mea culpa, mea magna culpa. От этого страх оборотня — 23.I.
20 февраля. Кьеркегор прав: главное не Existenzlehre, a Existenzmitteilung. Всё Священное Писание — Existenzmitteilung. Он прав, он был пророком. И всё же не только пророком, но и философом и теологом. Тогда не прав — и у него есть Existenzlehre. Верно, что Existenzmitteilung высшее, но если к этому не готов, то претензия на исключительное Existenzmitteilung — гордыня. И не случайно он отверг почти половину Евангелия и был жесток не только в евангельском смысле, но и в демоническом. Я так спорю с ним, потому что он мне ближе всех, споря с ним, я спорю с собой. А он спорил с собой? Он мучил себя, но спорил ли — не знаю.
Existenzmitteilung отчасти было и в моих старых вещах: «Вестники», диалогичность, рассуждения о системе как примере. Преимущественно же с 16.Х.63. Сейчас с Т. у меня Existenzmitteilung. С 5.VI обостренное Existenzmitteilung — отношение к миру, к существующему, к моему Dasein, к моей Existenz. Всё это сейчас экзистенциально связано с Т. Это чудо, что в безликом (как назвала его Т.) совершается наиболее личное Existenzmitteilung. Но в моем монофизитском уродстве и безликое лично: жест, взгляд.
Как-то я записал: полностью понять — значит полностью принять, сделать своим, тогда полностью отвергнуть, понять и, значит, отвергнуть себя. Я убежден, что у Кьеркегора было монофизитское уродство — не случайно он игнорирует половину Евангелия — и это снова подтверждение моего применения христологии к антропологии. Но я в жизни отвергал вторую заповедь — моя некоммуникативность и несоборность, мой монофизитизм — мучаюсь, в Т. хочу принять ее. Мучился ли Кьеркегор? Несомненно мучился и мучил себя, но знал ли основание своего греха? Я думаю, не знал, а я знаю, в этом мое преимущество и недостаток. В своем незнании основы своего греха он был цельным, а я нецельный, раздвоен, разделен: имя мне легион.
25 марта. Ш. сказал о Т., что она неожиданно дает правильные ответы. Но также и неожиданно она задает правильные вопросы — вчера в связи с моим толкованием «Галушки»; бессмыслица, а ты осмысляешь ее — тогда бессмыслица ли? — Я ответил в «Четырех стадиях понимания».
Мой ум: я правой рукой за спиной ищу левое ухо.
Ум Т.: левую руку подносит прямо к левому уху — ясный ум. При этом умеет сохранить и небольшую погрешность и звезду бессмыслицы — «Бухта Барахта». Soliloquium, послевоенные записки.
Л. сказал, что у меня две половины ума — умная и глупая, умной пишу, глупой не понимаю того, что сам написал. — Скорее, удивляюсь тому, что написал.
Самооправдывание: в искании правой рукой за спиной левого уха тоже есть некоторое достоинство: случайно или неслучайно я нахожу и то, что не лежит на прямом пути. А Т. находит, может, это же на прямом пути — вернее, по сторонам прямого пути, то есть сбоку от него.
25 марта. Вера не теология и не догмат, а экзистенциальное и поэтому противоречивое состояние. Теология и философия пытаются только анализировать это состояние и иногда, если это поэтическая теология и философия, дать некоторый намек на неизвестный ответ на неизвестный вопрос, ограничить область, где лежит
