список своих амурных похождений. Он называл ее самой блестящей красавицей польского общества русского юга. Доподлинно неизвестно, где он познакомился с Каролиной Собаньской.
Пушкин был сражен умом и красотой рыжеволосой польки с острым язычком. Также любопытен факт, что Каролина и Пушкин в основном говорили друг с другом на французском языке, так как Собаньская плохо знала русский.
Вот что писал поэт своей польской визави:
«Я рожден, чтобы любить вас и следовать за вами, всякая другая забота с моей стороны – заблуждение или безрассудство; вдали от вас меня лишь грызет мысль о счастье, которым я не умел насытиться. Рано или поздно мне придется все бросить и пасть к вашим ногам»
Кажется невероятным, что это письмо было адресовано Каролине 2 января 1830 года, то есть незадолго до того, как Пушкин женился на Наталье Гончаровой. Нет сомнений, что Александр Пушкин был поглощен любовью к Каролине Собаньской. Даже спустя много лет он не переставал думать о своей возлюбленной. Влюбчивый поэт очаровался не только Каролиной Собаньской, но и графиней Амалией Ризнич. Это была девушка «высокого роста, стройная, с пламенными очами, с шеей удивительной формы, с косой до колен». Удивительно, но у Александра Пушкина был соперник за сердце госпожи Ризнич – Собаньский, муж Каролины. Веселая Одесса!
Амалия рано умерла в возрасте двадцати двух лет от чахотки и пагубного образа жизни. А вот сам Пушкин как-то равнодушно отозвался о смерти бывшей возлюбленной. Скорее всего, ей были посвящены произведения «Как наше сердце своенравно…», «Ночь» и «Под небом голубым…».
Вскоре Пушкина сослали в родовое поместье Михайловское, что в Псковской губернии. Случилось это после романа с полькой Елизаветой Браницкой, женой графа Михаила Воронцова, губернатора города. Когда об этом мимолетном романе стало известно ревнивому мужу Браницкой, губернатор добился немедленного возвращения Пушкина из одесской ссылки. Даже спустя время Воронцов был не рад слышать о Пушкине. Есть вероятность, что Воронцов узнал о романе Александра Сергеевича с его женой именно благодаря Ивану Витте, который хотел избавиться от поэта, сопровождавшего Каролину повсюду, словно верный паж.
Во время ссылки в Михайловское в 1825 году Александр Пушкин написал историческую трагедию «Годунов». Вероятно, что образ героини Марины Мнишек был навеян Пушкину Каролиной Собаньской. Во-первых, Каролина была дальней родственницей Мнишекам. Во-вторых, высказывание самого Александра Сергеевича о Марине Мнишек: «…это была странная красавица. У нее была только одна страсть: честолюбие, но до такой степени сильное и бешеное, что трудно себе представить. Посмотрите, как она, вкусив царской власти, опьяненная несбыточной мечтой, отдается одному проходимцу за другим… Посмотрите, как она смело переносит войну, нищету, позор, в то же время ведет переговоры с польским королем как коронованная особа с равным себе и жалко кончает свое столь бурное и необычайное существование… Она волнует меня, как страсть. Она ужас до чего полька, как говорила кузина госпожи Любомирской». Кузина госпожи Любомирской – это, вероятно, и есть Каролина, так как она была родственницей Розалии Любомирской.
До конца своих дней Пушкин был неравнодушен к полькам из-за их свободолюбивого характера и прирожденного очарования. «Что ты делаешь в Варшаве, любезнейший? Успел ли опомниться от дороги? Побывал в театре французском? Полюбовался милыми польками?» – писал Пушкин Вяземскому в Варшаву 21 февраля 1818 года.
Вскоре на горизонте Каролины Собаньской появился еще и Адам Мицкевич, плененный красотой своей соотечественницы. При первой встрече Мицкевич нарек свою возлюбленную «ветреной красавицей с жемчужными зубками меж кораллов».
Адам Мицкевич родился в 1798 году. В Одессе он искал вакансии преподавателя, но, не найдя, проводил свое свободное время в альковах дам. Всю гамму сложных чувств к Собаньской он выразил в нескольких своих стихотворениях. Благодаря влиянию Каролины Мицкевич написал Крымские и Одесские сонеты. Чтобы скрыть ее имя от чужих глаз, Мицкевич называл ее Д. Д. Например, вот восемнадцатый сонет «Прощание к Д. Д.» в переводе К. Д. Бенедиктова.
Так сердце свое у меня отняла ты?
А впрочем, едва ли его я имел.
Иль совесть?.. А он-то?.. Иль требуешь платы?
За золото разве тобой я владел?
А все же не даром: в сердечные траты
Входил я, души я своей не жалел,
Все ласки твои окупил – и могла ты
Меня оттолкнуть? Знать, таков мой удел!
Теперь открываю твои побужденья:
Ты гимнов хотела – а что они? Дым,
Что вирши? Для них-то ты счастьем моим
Играла? Но нет, – не продам вдохновенья,
И имя твое лишь бы вспомнилось мне —
Где таяли рифмы – замерзли б оне!
Мицкевич уехал из Одессы в ноябре 1825 года. Он покинул свою возлюбленную с чувством негодования из-за безответной любви. Каролина и Адам все же смогли стать друзьями. Они писали друг другу в течение многих лет. Переписка прекратилась только после встречи Каролины Собаньской и Адама Мицкевича в Париже. Но до того момента Адам охотно поддерживал связь с Каролиной, несмотря на то что поляки считали ее предательницей и доносчицей.
Женщины сторонились общества Каролины из-за тянущихся за ней следов дурной славы. Не имея собственности, а лишь прирожденную красоту, Каролина одевалась чуть ли не лучше всех в Одессе, за что ее и прозвали «Одесской Клеопатрой». Аристократки бросали ей вслед гнусные слова, называя наложницей Витте.
Лишь две-три женщины принимали Собаньскую в своем доме. К примеру, светлейшая княгиня Елизавета Воронцова, урожденная Браницкая, терпела общество Каролины лишь из-за мужа, который общался с Витте. А вот Ольга Нарышкина, урожденная Потоцкая, общества Каролины чуралась несмотря на то, что Иван Витте был ее родным братом. Нарышкины не побоялись даже репрессий со стороны Витте.
Кажется, что такое отношение к Каролине немного странно ввиду того, что мать Ольги Потоцкой-Нарышкиной была известной стамбульской куртизанкой Софией Витте-Потоцкой, влившейся в высшее общество только из-за хорошенькой внешности.
Несмотря на неодобрительный ропот, Каролина с гордо поднятой головой, словно настоящая королева, проходила сквозь толпу тех, кто осуждал ее за личную жизнь. Неужели в одесском обществе собрались одни святоши?
Каролина Собаньская отличалась прирожденной женской хитростью, ловкостью и гибкостью ума. Из-за рыжих волос и коварного характера ее можно было бы сравнить с осторожной лисой, наблюдающей за происходящим со стороны. Ее хитрость искусно пряталась под маской обаяния, и это делало ее такой обольстительной и одновременно опасной личностью для мужчин.
В
