1930 метров над уровнем моря. Умхаузен, где съемочная группа сняла себе жилье, находится чуть ниже. Добраться туда из Мюнхена, чтобы на месте подыскать подходящие места для съемки, само по себе уже было настоящим приключением. Хич вспоминал: «Я пустился в путь с немецким ассистентом, чтобы сориентироваться на месте. Сперва мы ехали на поезде до Иннсбрука. Оттуда 7,5 часов – в открытой повозке, запряженной лошадьми, а потом 2,5 часа пешком, потому что туда на высоту никакой транспорт не ходит».
Альма и Хич в тяжелой зимней одежде стоят на фоне неприветливого зимнего пейзажа. На заднем плане – альпийские вершины и ледники. На некоторых фотографиях Альма, которая снова отвечала за монтаж и рабочий сценарий, сидит на низком табурете, закутанная в белый шарф, в белой шерстяной шапке; она держит сценарий руками в перчатках, на носу – очки в роговой оправе; смотрит она туда же, куда и все остальные на этой фотографии – видимо, на снимаемую сцену. Рядом с Альмой – камера, за которой стоит оператор Гаэтано ди Вентимилья, итальянец, к тому же знатного рода, работавший уже в «Саде наслаждений», а за его спиной – Хич и исполнитель главной роли Малькольм Кин, играющий отшельника Джона Фултона по прозвищу Страх Божий.
Среди редких фотографий этих съемок конца 1925 года есть одна, где Альма и Хич – оба в пальто, шляпах и с тростью – сидят вместе с актером Малькольмом Кином на узкой горной тропе перед стоящей телегой. Позади угадываются лес и дол. У актера Кина была в этой истории особая миссия личного, приватного характера, имевшая прямое отношение к Хичу и Альме. Хичкок вспоминал: «И вот я вернулся в Мюнхен за своей съемочной группой. В нее входил Малькольм Кин. Для меня он был самым важным ее членом: он привез мне помолвочное кольцо! Нита еще не приехала, так что мы пока выехали на натурные съемки».
И вот наконец в Мюнхен прибывает исполнительница главной женской роли, нью-йоркская звезда Нита Нальди. Она снималась у Сесила Демилля в «Десяти заповедях» (The ten commandments, 1923), а также в фильме Фреда Нибло «Кровь и песок» (Blood and Sand, 1922) в паре с Рудольфом Валентино. «Нита с полной отдачей работала над образом, который принес ей славу, но с еще большей, несравненно большей отдачей она боролась за платья, в которых ей хотелось выступать в этой роли. К счастью, меня все это не касалось: этим занималась Альма, – вспоминал Хич. – Но даже Альма, которая бегала с ней по магазинам и уговаривала купить ситцевый, а не шелковый передник, льняное, а не атласное платье, чуть не упала в обморок, когда увидела в примерочной Нитино нижнее белье. Была зима, в Мюнхене был собачий холод. Но под юбкой у Ниты не было ничего, кроме трусиков, до того крошечных, что это, пожалуй, и сегодня еще могло бы шокировать».
Сюжет «Горного орла» странен, чтобы не сказать абсурден: «Владелец магазина преследует своей любовью школьную учительницу, она спасается от него в горы и живет там под защитой отшельника, за которого потом выходит замуж. Я правильно пересказываю?» – недоуменно спрашивает в большом интервью с Хичкоком французский режиссер Новой волны и автор журнала Cahiers du cinéma Франсуа Трюффо. Ответ Хичкока: «Увы, да». С однозначным комментарием: «Это был очень плохой фильм».
«Горного орла» ждала та же судьба, что и предшествующий фильм: картина не вышла на экраны сразу; продюсеры не были уверены в успехе, и готовая лента пока легла на полку. Лишь через год после завершения, осенью 1926 года, ее показали в нескольких кинотеатрах и представили на пресс-показах и кинофестивалях. У критики фильм вызывал смешанные чувства, далекие от энтузиазма. Так, Kinematograph Weekly писал в октябре 1926 года: «История тягомотная и не слишком убедительная. Это отчасти компенсируется добротной, хоть и несколько медлительной режиссурой и блестящей актерской игрой». А The Bioscope комментировал: «Режиссеру Альфреду Хичкоку очень не повезло со сценарием. Его искусная, местами блестящая режиссерская работа не может вдохнуть жизнь в далекий от реальности сюжет». Альма и Хич и сами это сознавали: «Мои родители не сомневались, что ловить тут нечего, – рассказывает Пат Хичкок. – Их предчувствия оправдались: фильм провалился в прокате».
На сегодня «Горный орел» утрачен, его не могут найти уже несколько десятилетий. Британский институт кино (British Film Institute, BFI) назвал его одной из самых разыскиваемых в мире картин в истории кинематографа. Она неизменно стоит первым номером в этом перечне 57 «особо разыскиваемых». Как могло получиться, что от второго фильма Хичкока не сохранилось ни единой копии, остается большой, до сих пор непроясненной загадкой истории кинематографа. Можно предположить, что с самого начала было сделано очень небольшое количество копий – только для пресс-показов и фестивалей в Англии и Германии, и, вероятно, еще несколько для эпизодического и недолгого проката в 1927 году.
В результате фильм, ради которого Альма и Хич провели так много времени в Мюнхене и Тироле и пережили столько приключений, стал кинематографическим раритетом. И по сей день сотрудники кинофондов, киноведы и другие специалисты разыскивают по всему миру хоть одну целлулоидную копию «Горного орла» Хичкока, которая должна ведь дожидаться в каком-то, лишь по несчастной случайности еще не обнаруженном месте, чтобы ее нашли и приобщили к культурной сокровищнице человечества.
К концу года Альма и Хич, завершив работу над фильмом, вернулись в Англию. Новый 1926 год ознаменуется для них двумя важнейшими событиями – фильмом, который сам Хичкок впоследствии назовет «первым по-настоящему хичкоковским»» и свадьбой. Их свадьбой.
* * *
«Альма любила повторять, – рассказывает Пат Хичкок что в „Жильце“ Хич наконец сделал все, чего ему давно уже хотелось». И продолжает: «“Жилец“ был первым фильмом, который Хич и Альма самостоятельно сняли в Англии».
Поначалу казалось, что новый фильм Хичкока будет наконец сниматься в идеальных условиях и сразу выйдет на английские экраны. Но и на этот раз все оказалось не так просто.
«Жилец» – первый фильм Хичкока, сюжет которого он выбрал сам, а не следуя предложению продюсера, или, хуже того, готовому сценарию, который от него требовалось только перенести на экран. «Жилец» – первое свободное воплощение его творческой воли. Литературной основой послужил одноименный роман писательницы Мари Беллок Лаундз, опубликованный в 1913 году. Роман был написан по мотивам реальных событий – серии жестоких убийств, начавшихся в трущобах Ист-Энда в 1888 году; так никогда и не пойманный преступник, получивший прозвище Джек-потрошитель, долгое время держал в страхе весь Лондон.
В свое время Хичкок побывал в театре на пьесе «Кто он?» (Who Is He?) по мотивам того же бестселлера Беллок Лаундз. Спектакль произвел на него неизгладимое впечатление. Хичкок принял решение: он сделает из этого сюжета свой
