Политический эффект здесь обеспечивался сопоставлением, которое должно было навести мало-мальски думающего российского рабочего на мысль – а чем он хуже немца или американца, которые уже и «правильных» отпусков, пусть и не все пока, добились, и даже на 6-тичасой рабочий день при повышении зарплаты замахиваются, хотя и так имеют заработок в пять раз выше среднероссийского?
Вывод напрашивался сам собой: надо сломать самодержавие…
Интересна – как информация к размышлению и сегодня – статья Ленина «Капитализм и иммиграция рабочих», опубликованная в № 23 газеты «За Правду» (всё та же «Правда» под очередным названием) от 29 октября 1913 года. Ленин приводит в ней данные по эмиграции в США и в Германию промышленных рабочих из других стран и пишет (ПСС, т. 24, с. 91):
«Россия всё более отстаёт, отдавая загранице часть лучших своих рабочих; Америка всё быстрее идёт вперёд, беря со всего мира наиболее энергичное, способное к труду рабочее население»…
Ничего эта ситуация вековой уже давности, не напоминает нынешним «дорогим россиянам», а?
Однако основное – текущие партийные дела, которые непросты. Осенью 1913 года в Поронине Ленин собирает совещание членов ЦК и думских депутатов-большевиков, названное по конспиративным соображениям «летним», «августовским»…
Кроме Ленина, Зиновьева, Каменева и Крупской в Поронине собрались депутаты Бадаев, Малиновский (агент охранки, – С.К.), Петровский, Муранов, Шагов, а также – как сообщалось в циркуляре Департамента полиции МВД № 107322 от 30 ноября 1913 года: «10) Трояновский Александр Антонов, дворянин Варшавской губ., 11) Шотман Александр Васильев, крестьянин Выборгской губ., 12) Арманд, урождённая Стефен, Инесса (Елизавета) Фёдорова, жена потомств. почётн. гражданина, домашняя учительница, 13) Балашов, крестьянин Московской губ., 14) Новожилов (Я. Т. Новожилов, рабочий, из крестьян, – С.К.), 15) Лобов Алексей Иванов (бывший студент Московского Коммерческого института, провокатор – С.К.), 16) Розмирович Елена Фёдорова, жена Трояновского, мещанка Елизаветграда, 17) Дерябина Серафима Иванова, дворянка, 18) Феодосий Иванов, мещанин Ростова-на-Дону, бывший студент Московского и С.-Петербургского Университета…»
Как отмечал тот же циркуляр, в Поронине были 4 представителя Социал-Демократии Польши и Литвы: Ганецкий-Фюрстенберг, «литератор Каменский» и «неустановленные „Андрей“ (вторично по ошибке посчитанный Я. С. Ганецкий, – С.К.) и „Х“(Б. Г. Данский, – С.К.)»[637].
После совещания Ленин смотрел в будущее оптимистично. В Извещении о «Летнем Совещании Центрального Комитета РСДРП с местными работниками», изданном вместе с резолюциями совещания отдельной брошюрой в декабре 1913 года, говорилось:
«Путь намечен. Партия нашла основные формы работы в нынешнюю переходную эпоху. Верность старому революционному знамени испытана и доказана в новой обстановке. Самое трудное время позади, товарищи. Наступают новые времена. Надвигаются величайшей важности события, которые решат судьбу нашей родины.
За работу же!»[638]
В Государственной Думе к концу 1913 года «шестёрка» большевиков полностью порвала с меньшевистской «семёркой», и этой стороне работы Ленин тоже уделял много сил: отслеживал положение, передавал в Питер указания, выступал со статьями. 25 октября 1913 года – ровно за четыре года до Октябрьского восстания, к слову, – он писал в газете «За Правду» в статье «Думская „семёрка“»:
«Семёрка рассуждает всё время исключительно о думской работе, о думской с-д. деятельности!
Вне Таврического дворца (там заседала Дума. – С.К.) для семёрки ничего организованного не существует… Крики семёрки о единстве напоминают известный анекдот: семеро хотят „объединиться“ с шестью, как человек „объединяется“ с куском хлеба. Он его съедает.
Семеро беспартийных хотят съесть шестёрку марксистов и требуют, чтобы это названо было „единством“…»[639]
Для ясности напомню, что думскую меньшевистскую «семёрку» возглавлял Чхеидзе – личность, в особой аттестации не нуждающаяся.
Итак, Ленин убеждён в верности размежевания с меньшевиками, меньшевики же обвиняют его в «расколе» и захвате партийной кассы. А Каутский в декабре 1913 года на заседании Международного социалистического бюро в Лондоне, обсуждавшем «русский вопрос», заявляет, что в России «старая партия исчезла». В тоже время партийные организации «на местах» настаивают на объединении усилий как в рамках думской деятельности, так и в остальном.
Интересна оценка ситуации с другой стороны баррикад, например, в циркуляре Департамента полиции № 172935 от 15 июня 1914 года, где говорилось:
«Сознавая, что фракционные раздоры и увлечение бесплодной литературной полемикой оторвали от активной организационной работы весьма значительное число наиболее видных и серьёзных партийных работников и что систематическая работа розыскных организаций успела… ослабить даже солидно поставленные крупные партийные учреждения, все социал-демократы, независимо от их фракционности, теперь усиленно стремятся наладить разрушенную работу партии…
Наибольшую энергию в указанном отношении проявили представители большевистской „ленинской“ фракции (правдисты), решившие устроить партийный съезд… По предложениям правдистского центра… наиболее вероятен успех работы по подготовке… в следующих местах: Петербург, Москва с прилегающей областью, Киев, Харьков, Екатеринослав, Одесса, Николаев, Кременчуг, Вологда, Архангельск, Гомель, Двинск, Урал, Волга, Кавказ, Сибирь и Донецкий каменноугольный район…
С другой стороны, ликвидаторы опасаются оказаться в меньшинстве на съезде…»
Охранный циркуляр констатировал при этом, что и большевики, и меньшевики-ликвидаторы намерены совершить «объезды различных местностей Империи видными и активными работниками данного момента и возможно широкое устройство областных и общегородских конференций и совещаний…»[640]
КАК видим, благодаря внедрённой агентуре, охранники были неплохо осведомлены о внутрипартийных делах, но провокация всегда была бичом всех противостоящих власти партий – даже оппозиционных буржуазных. Тем более нельзя было полностью избавиться от провокации партиям нелегальным. Достаточно напомнить, что гордость партии эсеров, руководитель эсеровских боевиков знаменитый Евно Азеф был агентом «охранки».
В партии же большевиков наиболее серьёзным «проколом» оказался Роман Малиновский. Он несомненно обладал политическим талантом, почему и был выдвинут в думские депутаты. Ленин относился к Малиновскому с теплотой и доверием, Малиновский же предавал. Но когда товарищем министра внутренних дел был назначен В. Ф. Джунковский – фигура колоритная и сложная, он сообщил о подлинном лице депутата Малиновского председателю Государственной думы Родзянко и предложил Малиновскому подать в отставку, что тот 8 мая и сделал.
