бурно, король был поистине влюблен. Вскоре девушка забеременела и родила бастарда. Однако роды были тяжелыми, и организм Полины-Фелесите так и не оправился. Она умерла в 1741 году в возрасте двадцати девяти лет. Король очень скорбел. Его утешала Луиза-Жюли, взяв опеку над своим племянником. Мария Лещинская гордо переносила измены мужа. Ей было неприятно видеть, как Людовик оплакивает свою фаворитку.
Еще в 1737 году в возрасте тридцати четырех лет Мария Лещинская родила десятого ребенка. В течение двенадцати лет брака она была практически все время в положении, что сильно утомляло ее физически и морально. Посчитав, что долг перед династией выполнен, королева отказалась делить с мужем ложе, указав, что для этого есть его фаворитки. А чувства? К тому времени Мария Лещинская лишилась своей наивности. Ее надежды касаемо удачного брака не оправдались. Она стала королевой, но не стала любимой женой.
Тем временем Людовик продолжал перебирать сестер де Майи-Нель. После Полины Фелесите была Диана-Аделаида, а еще после – Мария-Анна, маркиза де ла Турнель. Она прибыла в Версаль в 1742 году. Ей оказалось всего двадцать три года, она была хорошенькой внешне, бойкой по характеру и делить место официальной фаворитки ни с кем не стала.
«Перламутровая шея, короткие напудренные волосы, тонкий нос, большие миндалевидные карие глаза, маленький, но чувственный рот. В ней было столько же духа, сколько и амбиций», – говорил французский историк Жан-Кристиан Петитфильс.
Мария-Анна пару лет счастливо жила в своем вдовстве, проводя время с племянником кардинала Ришелье. Что сказать, нравы при дворе XVIII века были весьма свободными.
По характеру Мария-Анна была похожа на свою прабабушку Гортензию Манчини, герцогиню Мазарини, прославившуюся своими авантюрными приключениями в Европе в эпоху Людовика XIV.
Мария согласилась стать официальной фавориткой только при нескольких условиях: пенсия в пятьдесят тысяч экю, герцогство де Шатору, узаконить всех будущих совместных детей и удалить наконец от двора ее сестру Луизу. Она хотела блистать в Версале, как некогда маркиза де Монтеспан. Людовик согласился. Холодная и расчетливая Мария не испытывала к нему душевных привязанностей. Король даровал ей герцогство Шатору в собственном праве. Единственное, на что король решился не сразу, – изгнание Луизы-Жюли. Она так сильно любила короля, что безоговорочно соглашалась с любым его решением. Согласилась и с отъездом. Придворные не особо любили Луизу, так как из-за своего бескорыстия и доброты она отказывалась кому-либо оказывать протекцию. Она не была расточительной, заносчивой, никогда никому не льстила. Луиза не участвовала в политических интригах и со временем перестала служить кардиналу Флери. Аристократы надеялись, что новая королевская фаворитка выберет чью-либо сторону и будет активнее участвовать в придворной жизни.
С разбитым сердцем Луиза удалилась в монастырь, где сделалась весьма религиозной. Редко когда мужчины тех времен по достоинству могли оценить порядочных женщин.
Мария-Анна, герцогиня Шатору, упивалась своей властью. Она устраивала в Версале представления и литературные салоны. Многие придворные невзлюбили герцогиню за ее колкий язык. К тому же она вмешивалась в государственные дела, подталкивая короля к войне за австрийское наследство, а также за земли Фландрии и Эльзаса.
В августе 1744 года Людовик XV тяжело заболел. Тогда монарх находился в городе Мец. Было неизвестно, выживет ли король, потому церковники посоветовали Людовику отослать Марию-Анну от его ложа, дабы уйти из жизни праведным человеком, а не в компании своей фаворитки. Герцогиня Шатору исполнила волю короля. Однако по пути в Париж на ее карету напали недовольные подданные, закидав камнями. Им не нравилось, что расточительная и алчная фаворитка затуманила разум короля, тогда как у Людовика есть законная праведная жена. Король был очень разочарован произошедшим. В качестве извинений Марии-Анне предложили место суперинтенданта дома дофины.
К несчастью, бедная девушка не смогла насладиться своей властью, титулами и богатством. В начале декабря 1744 года герцогиня Шатору умерла после двух недель мучительной боли в животе. При дворе сразу заговорили об отравлении, так как у нее было много недоброжелателей. Но эта версия не имеет доказательств. Скорее всего, она умерла от перитонита. На момент смерти ей было двадцать семь лет.
Как говорится – свято место пусто не бывает. Еще при жизни герцогини Шатору Людовику XV издалека строила глазки обычная мещанка, способная лишь мечтать о придворной жизни. Эту очаровательную бледнолицую особу с потрескавшимися губами звали Жанной-Антуанеттой Пуассон, мадам д’Этиоль. По легенде, одна гадалка предсказала ей, что однажды та будет царствовать в сердце короля. И Жанна-Антуанетта действительно в зрелом возрасте выписала небольшую сумму некой гадалке в качестве вознаграждения.
Жанна-Антуанетта пленила сердце короля на одном из балов. Несмотря на то, что все были в масках, мадам д’Этиоль знала, под какой из них скрывается король. Она так искусно очаровывала монарха своим нежным щебетанием, что Людовик, казалось, поверил – он заинтересовал девушку не из-за статуса. Спустя время Жанна оказалась в Версале. Следуя правилам, он должен был представить свою новую фаворитку придворным и королеве. Была загвоздка – у Жанны не имелось титула. Эту проблему Людовик XV решил, подарив ей титул маркизы де Помпадур.
Королева молча вздыхала. Она привыкла к сменяющимся фавориткам супруга. В отличие от остальных, мадам Помпадур оказалась умнее и даже делала попытки подружиться с Марией Лещинской. Королева посчитала, что, раз ее мужу обязательно нужна фаворитка, пускай это будет хотя бы маркиза де Помпадур.
Однако Жанну-Антуанетту не любили дети короля да и все придворные. Ее обзывали мещанкой и рыбой, из-за фамилии, созвучной со словом «poisson», что и значит по-французски «рыба». К тому же до придворных дошли слухи о том, что маркиза Помпадур хорошая компаньонка, но интимная жизнь дается ей с трудом из-за слабого здоровья, гинекологических проблем и постоянного стресса. Как и Мария Лещинская, через какое-то время Жанна-Антуанетта прекратила делить ложе с королем. Для удовлетворения его желаний был организован так называемый олений парк. В него отбирались красивые и целомудренные девицы мещанского сословия. Король так сильно опасался за свое здоровье и страшился венерических болезней, что предпочитал нетронутых девиц. О морали можно говорить долго. И это вряд ли добавит чести Людовику XV. Ведь в отличие от своего пращура – Людовика XIV, Людовик XV не узаконил своих бастардов.
У Марии Лещинской и Людовика XV был один выживший сын и наследник престола – Людовик Фердинанд. Замкнутый, порицающий распутное поведение отца, французский дофин был не популярен у придворных. Людовик получил хорошее образование, любил искусство, музыку и поэзию. Ему была небезразлична судьба подданных. Людовик лишь внешне казался таким замкнутым и отстраненным, а на самом деле ему была просто не по
