6. Когда до показанных японских берегов придите, тогда по тому же разведать о владетельстве, о портах, могут ли обходиться в том дружески. А понеже капитан-командор Беринг предлагал, что в его бытность на Камчатке видены были занесенные японцы и приказано от него сыскивать их, чего ради еще в прошлом же 1731 году по определению в Сенате велено таких занесенных японцев не токмо [не] озлоблять, но и, сохраняя во всякой целости, отвозить по-прежнему в те места, откуда занесены, давая знак дружбы соседства. А ежели до приезду вашего такой оказии в отсылке занесенных японцев не было, а японцы найдены, оных, удовольствуя, взять с собою и в бытность при берегах японских первую объявить причину, что привезли к ним их занесенных к нашим берегам людей, и потому отдать их, буде примут. А ежели станут отказывать, как о том разглашают, будто японцы тех, кои в море пропадают, сами не спасают и сбереженных за мертвых почитают, а в таком случае спустить их на берег, чтоб могли они в свои жилища дойти.
А хотя и после случится таких же занесенных японских людей на берегах взять или во время оного вояжа в море погибающие японские суда найдутся, тем всякое вспоможение чинить дружески и потом отсылать спасенных людей или суда их, буде можно, при своих судах к японским же берегам и отдавать или на берег людей спускать, как выше означено, дабы своею дружбою перемогать их застарелую азиатскую нелюдность, а что чаще посылано будет, что больше известия получать можно.
7. В ту бытность при самых берегах японских или их владетельства при островах отнюдь много не мешкать и никакому обнадеживанию к мешкоте не верить, дабы не могли удержать обманом, собрать своих судов и атаковать, но, отговорясь какими нуждами, отходить назад, покамест действительно и основательно обо всех о них разведано будет. Так же при тех первых случаях опасных себя вести от всякого их обмана, как у них обыкновенно: чего силою не смогут, то лестью и обнадеживанием, подойдя, в свои руки берут и за мудрость обман ставят. И с попадаемых навстречу японских судов отнюдь не побирать и никакого озлобления при таком первом случае не токмо судам, но и на берегах людям не показывать, как то и выше сего чинить запрещено, ибо невозможно будет сыскивать дружбы на земле, ежели в море хотя малое озлобление показать. Разве что от них к проведыванию чрез толмачей потребно будет, то спрашивать ласкою и записывать, а в толмачи требовать от г-на капитан-командора Беринга и употреблять и камчадалов, кои знают язык островных жителей, а островные — дальних островов, а дальние — японский язык, чрез которых хотя по нужде, однако ж знать можно. За что их довольствовать жалованьем и провиантом по рассмотрению. К тому ж и занесенные японцы, пока будут в том вояже, могут толковать.
8. В вышеупомянутых вояжах подле земель и островов прилежнее осматривать удобных мест для пристаней и для прибежища во время морских штурмов или льдов и какие где растут ли леса, к починке морских судов годные, дабы, имея такую ведомость, в предбудущее время могли морские суда в такие места для своего спасения или иных потреб заходить надежно. Также, где возможно и случай допустит, спуская на натуральную землю с конвоем пристойным рудознатцев, требуя оных от капитан-командора Беринга, и велеть осматривать, не найдутся ль где богатые металлы и минералы, и буде есть, то брать руды и делать малые, а потом, по надежде и свидетельству смотря, большие пробы и описывать такие места особо и рапортовать о том капитан-командору Берингу.
9. В каком действии по сей инструкции вышеупомянутой вояж исправлен вами будет, о том по возвращении к прежнему месту учинить обо всем довольные ведомости, и карту, и обстоятельной журнал и подать при рапорте капитану ж командору Берингу, а ему велено, сообща и о своем вояже, с такими ж ведомостями отправить сюда офицера, при том же прислать для лучшего уведомления кого подлежит из служителей, которые с вами будут в вояже. А буде, паче чаяния, в то время его, Беринга, за каким случаем там не будет, то, и не ожидая его, с кем пристойно из команды своей вышеупомянутые ведомости, карту и журнал отправить вам сюда без задержания.
10. Ежели, паче чаяния, по сей инструкции за каким случаем осмотреть, и описать, и всего по сей инструкции исполнять в одно лето не допустит вам время, о том пути о всем обстоятельно против вышеописанного рапортовать, а самим, не ожидая указа, следовать и в окончание то приводить в другое лето. И во всем том вояже держать журнал по морскому регламенту, також и с пеленгами, где случай допустит, и с описанием берегов, и островов, и фарватера по правилам навигатских наук, чтоб из оных можно было учинить обстоятельную и верную карту.
11. По особливому предложению Академии наук профессора Людвига Делиля де ла Крюера, который принимает на себя все наблюдения астрономические и физические и прочие по особливым инструкциям, в Сенат поданным, ежели до вояжа вашего по оным инструкциям что касается, в том поступать, усматривая к лучшему, и для того капитан-командору Берингу велено с оных дать вам известие.
12. В бытность вашу на море или в других тамошних местах, ежели позовет какая вам нужда, о том рапортовать капитан-командора Беринга и требовать всего от него, Беринга. Буде же его не будет, в таком случае требовать во всем удовольствия от охотского командира, а ему в том помогать и снабдевать велено.
13. В прочем во всем, что до интересов ее императорского величества в отправлении оной экспедиции надлежит, поступать как верному доброму ее императорского величества рабу и благоискусному морскому офицеру благопристойно и надлежит, за что сверх того, что в бытность в оной экспедиции, определен двойным окладом. Когда в том пребудете и дело свое с пользою интереса ее императорского величества окончив возвратитесь, то еще обнадеживает ее императорское величество милостивейшим награждением. Ежели ж в чем в противность ее императорского величества указов и регламентов и сей инструкции поступите, в том имеете ответствовать. И содержать сию инструкцию секретно, а для публичного показанья сообщается вам особая при сем инструкция…
14. Ежели что в государственных делах подлежать будет тайности, оного отнюдь в партикулярных письмах никому не писать, ниже к тому, от кого отправлен, кроме настоящих реляций. А ежели какое препятствие от кого в том или ином будет его делу, то писать вольно, куда заблагорассудите, только упоминая о врученном его деле генерально, от чего оному повреждение есть. Также ежели случатся дела посторонние, тайне подлежащие, а в реляциях к тому, от кого отправлен, писать будет за каким подозрением невозможно, то вольно писать кому в том поверит, а о врученном своем не как иначе, только как выше писано, под жестоким наказанием по вине преступления. И сей указ посланным от тебя всякому писать в инструкциях.
