Надеюсь, без проблем?
– Пришлось идти ночами, через горы. Один раз чуть не погиб. Я принял обычный сигнал ночного сторожа за сигнал тревоги, бежал и попал в жуткое болото. Еле выбрался!
– Тут ты в безопасности. Я устрою тебе встречу с Цвингли, – пообещал мастер Лео. – Он работает с утра до позднего вечера. Когда Ульрих все успевает?! Издатель Фрошауер его подгоняет – всё, что пишет Цвингли, сразу же расходится. К нему ходят бесконечные просители, а он всех принимает: «Как я могу их прогнать?» Цвингли собрал ученых людей, и мы переводим Библию на немецкий язык. Он читает проповеди в соборе не на латыни, а по-немецки, хочет очистить веру от предрассудков. Папство, монашество, учение о чистилище и многое другое не имеет оснований в Священном Писании. Оно для нас единственный источник веры. Ульриха поддерживает городской совет.
– За это я и воюю в Тироле! – Михаэль не мог скрыть радости. – Я слышал, когда Цвингли стал проповедником в соборе, в городе началась эпидемия чумы. Многие священники уехали, а Цвингли остался и помогал людям. Он заразился сам и чудом выжил. У вас в городе люди говорят о Цвингли: «Благодаря ему мы стали понимать слово Божье».
– Да, у нас многое изменилось. Горожане, представители разных цехов сами выбирают городской совет, а прихожане в церкви – проповедника. Швейцарцы слывут лучшими воинами. Раньше наши молодые люди за деньги нанимались воевать и сражались то за папу, то за императора, то за королей. В Цюрихе это запретили. Тебе здесь нравится?
– Очень! В храмах убраны иконы. Люди говорят, что церковь лишилась светской власти и стала ближе к народу. А у вас торгуют индульгенциями?
– Нет, торговцев выгнали из города.
– Я заметил, что в Цюрихе бедным помогают. На улицах мало нищих, – добавил Михаэль.
– Цвингли видит в заботе о бедных важнейший долг христианской общины. По его предложению монастыри распущены, превращены в школы, больницы и приюты для сирот. Мы хотим основать новый университет. Знаешь, Ульрих наверняка пригласит тебя домой.
– Домой?
– Да. Цвингли добился того, что священникам разрешили вступать в брак. Он сам женился на Анне Райнхарт, вдове с тремя детьми, которая спасла его во время эпидемии. У него замечательная семья, и в доме часто собираются друзья.
Ульрих Цвингли был старше Гайсмайера на шесть лет. Он, как и Михаэль, был выходцем из благополучной, уважаемой и дружной крестьянской семьи. Цвингли с его блестящими способностями получил отличное образование, стал одним из основоположников Реформации в Швейцарии, но многим отличался от Лютера. Он выступал против крепостного права, отвергал монархию и был сторонником народовластия, заявляя, что тираническое правление одной династии несовместимо со Священным Писанием и что угнетенный народ имеет право восстать против нее.
В кругу друзей Цвингли шутил и веселился, был интересным собеседником и устраивал домашние концерты. Он умел играть на всех музыкальных инструментах. Общительность, правдивость, чувство юмора, отсутствие обидчивости и мстительности привлекали к нему сторонников и учеников.
Михаэлю удалось несколько раз встретиться с Цвингли и побывать у него дома. Они стали не только союзниками, но и друзьями. Цюриху угрожали войной опасные противники. Против него были настроены католические лесные кантоны Швейцарии, а также города Люцерн и Фрибур. Их поддерживали могущественные союзники – император Карл V и австрийский эрцгерцог Фердинанд. В отсталых кантонах протестантов преследовали, а проповедников Реформации сжигали на кострах.
Цвингли полагал, что убеждения нельзя навязывать силой. Но Цюрих требовал свободы совести для своих единоверцев во всей стране, и Цвингли был готов защищать Реформацию с оружием в руках.
Склонившись над картой, Цвингли и Гайсмайер беседовали о совместном военном плане. Ульрих мечтал объединить силы протестантов. На каких союзников они могли рассчитывать? В Швейцарии реформаты пришли к власти в Берне, Базеле, Шаффхаузене, Санкт-Галлене и Гларусе. Их поддерживали города на озере Бодензее – Констанц и Линдау, а также Страсбург. К протестантскому союзу должны были присоединиться некоторые немецкие князья и, если удастся, Венецианская республика, для которой войска императора были постоянной угрозой. Самым сильным союзником Цвингли считал Францию. Вместе с Гайсмайером они обсудили перспективы борьбы с Габсбургами в Тироле.
– Михаэль, ты не жалеешь о том, что в Бриксене примкнул к мятежникам? – спросил Ульрих.
– Я раскаиваюсь только в одном: в прежней нерешительности, чрезмерном миролюбии. Теперь я нанял бы оружейных мастеров, снял с башен колокола, отлил из них пушки и рассчитался бы с князем и дворянами. Миром правят деньги. Тироль для императора – сундук с деньгами. Отнимем сундук, и финансовый хребет империи будет сломлен.
– Это основа нашего плана. Цюриху в случае победы станет легче, – cогласился Ульрих.
– Наверняка! Тироль превратится в дружественное Цюриху государство.
– Эрцгерцог дважды требовал от Цюриха выдать тебя как главного мятежника, но наш городской совет ему не ответил, – сообщил Цвингли. – За твою голову объявлено вознаграждение. Тебе, Михаэль, понадобится постоянная охрана. Если нужно, мы поможем.
– Спасибо, Ульрих!
После побега из тюрьмы Михаэля всюду преследовали шпионы эрцгерцога. Он нанял охрану, и в поездках по Швейцарии его сопровождали около дюжины вооруженных всадников. Одним из охранников и друзей стал лекарь Штефан, который до участия в мятеже был в Зальцбурге помощником Парацельса. Правительство в Инсбруке от своих агентов узнавало о том, где находится Гайсмайер. Но Михаэлю удавалось предотвращать поиски врагов. Не только в Тироле, но и за его пределами у него были друзья, в том числе имеющие доступ к секретной информации.
Вскоре к нему приехала Магдалена с маленьким ребенком. Какое это было счастье – соединение семьи после такой долгой разлуки! «Жить в большом городе для нас опасно, Михль!» – cказала Магдалена. Они поселились в деревне Клостерс в долине Преттигау и жили там с охраной. Область Граубюнден формально принадлежала к империи Габсбургов, но фактически была против нее, в союзе со швейцарскими кантонами. Сюда прибыли посланники австрийского эрцгерцога и потребовали выдать Гайсмайера, но власти встретили их враждебно – им пришлось вернуться ни с чем.
– Господь спас тебя от гибели, и ты должен быть осторожным, – напоминала Михаэлю жена.
– Да, и я счастлив, что он выбрал меня своим орудием. Видно, такова воля Божья – я должен бороться за правое дело. Войти с армией в Тироль, поднять восстание и свергнуть правительство, – отвечал он.
– Опять воевать? Но ты же христианин!
– Быть христианином не значит болтать о Христе. Надо жить по правде, как жил он.
В городе Кур Михаэль встретился с французским посланником и через него завязал связи с Венецианской республикой. Венеция боялась вступать в прямой конфликт с императором, но сочувствовала Гайсмайеру и тайно следила за
