таких условиях жить можно, это не землянка, – довольно изрек Бородуллин.
Когда наступил декабрь, дивизия выехала на формирование в город Балашов Саратовской области. Все соединение вместе с тылами разместилось в трех эшелонах. Там личный состав определили в авиационный городок, куда сразу же стало поступать новое пополнение – более половины из батальонов выздоравливающих, в том числе из своего соединения, а также молодежь из Сибири. Трудности возникали с комплектованием командных кадров. Однако уже к началу февраля дивизия была почти полностью укомплектована.
Здесь же, в Балашове, представитель Ставки Верховного Командования вручил дивизии Гвардейское знамя, на котором золотыми буквами значилось «37-я Гвардейская стрелковая дивизия». Знаменосцем назначили Усатова, ассистентами – командира роты связи Листрового и командира взвода автоматчиков Горшкова.
Преклонив колени, все дали клятву приумножить боевую славу дивизии и с честью пронести гвардейское знамя во всех боях до полной победы над врагом. Вручение знамени вылилось в настоящий праздник, где были радость и слезы.
В эти дни служилось легко и радостно, вокруг царило небывалое одушевление. Сводки Совинформбюро зачитывались перед строем, в них сообщалось о великой победе советских войск – окружении и уничтожении стотысячной армии Паулюса под Сталинградом. Они вызывали прилив новых сил, веру в победу и стремление поскорее вступить в бой.
Три недели шло формирование дивизии, а также подготовка ее к боевым действиям.
6 февраля 1943-го года, дивизия из резерва Ставки Верховного Главнокомандования была передана Центральному фронту и вошла в состав 65-й армии генерала Батова, наступавшей на Брянском направлении. Спустя еще неделю ее подразделения начали выгружаться на станции Елец и прямо из вагонов уходить на марш. За восемь суток непрерывного движения, в условиях полнейшего бездорожья, метелей, снежных заносов и морозов соединение прошло от исходного пункта более двухсот пятидесяти километров, преследуя отступающих фашистов.
На рубеже Веретенино-Забродное-Гладкое 109-й полк дивизии вступил в боевое соприкосновение с противником. Завязались жаркие бои, но гвардейцы до подхода основных сил сломили сопротивление врага и погнали его без остановки на запад.
Отступая, фашисты чинили ужасные зверства над мирным населением. Они сгоняли в дома стариков, женщин, детей и сжигали их. В деревне Холстино гитлеровские головорезы расстреляли более ста человек. Страшное зрелище бойцы увидели в селе Веретенино, где были заживо сожжены на костре и расстреляны девяносто гражданских лиц. Среди обгорелых тел обнаружили нескольких, еще живых. За их спасение стали бороться военные медики: Миша Гулякин, Лида Амосова, Галя Соболева и другие.
Видя все эти злодеяния, гвардейцы рвались в бой, чтобы догнать фашистов и отомстить им за смерть советских людей.
Бойцы 109-го полка по своей инициативе отремонтировали два брошенных немецких бронетранспортера, вооружив их сорокапятками и трофейными крупнокалиберными пулеметами. Из добровольцев подобрали два отделения, переодели их в немецкую форму, разместили на машинах, и они двинулись догонять отступающих врагов. В семнадцати километрах от советских передовых частей, бронетранспортеры настигли колонну немецких автомашин, до предела загруженных фашистами.
Первый – под командованием Миши Андреева – пошел на обгон, а второй пристроился в хвост колонны. Как было заранее условлено, на одном из крутых поворотов дороги головной бронетранспортер развернулся и открыл прицельный огонь из всех стволов по противнику. Это же сделали и с концевого.
В колонне началась паника, фашисты пытались спастись бегством, но практически все были уничтожены. После боя насчитали более двухсот вражеских трупов и сорок сожженных автомашин. Пленных не брали.
Обращало на себя внимание то, что на многих из убитых (особенно офицерах) поверх формы были надеты крестьянские тулупы, полушубки с валенками и даже теплые женские платки.
– Довоевались, гады, – делились своими впечатлениями бойцы.
После этой дерзкой операции немцы ускорили бегство и только успевали сжигать по пути населенные пункты. В ряде случаев «факельщиков» уничтожали партизаны и местное население.
В районе Лубашево-Красное-Кошкино, заблаговременно создав оборонительные позиции и подтянув резервы, фашисты решили дать бой советским наступающим войскам. Сходу преодолеть оборону противника они не смогли. Пришлось осуществить перегруппировку, подтянуть артиллерию с танками, пополнить полки личным составом из маршевых рот. Наступление началось в неблагоприятных погодных условиях. Шел дождь, снег превратился в месиво. Трудно было не только проехать, но и пройти. Ночью, как правило, были заморозки, и одежда покрывалась наледью. Шинель можно было снять, поставить, и она стояла колом. Были случаи обморожения ног.
Командиры с политработниками всю ночь находились среди бойцов, не давая тем уснуть. Была организована пересмена личного состава для сушки одежды и отдыха.
Находясь в цепи наступающих за деревней Лубашево, Усатов с заместителем командира 109-го полка подполковником Бабаком обнаружили четыре батальонных немецких миномета, которые фашисты оставили при спешном отступлении. Рядом с ними, в укрытии находились штабеля мин.
С высотки было хорошо видно, как в лощине по белому снегу бегут немецкие автоматчики. Определив примерный угол по дальности, зарядили один из минометов и дали пробный выстрел. Мина разорвалась с небольшим перелетом. Сделав поправку, открыли беглый огонь на поражение. Разрывы возникли в цепи бегущих, и много немцев осталось на снегу. Расстреляв все мины, оба присели на ящик и закурили.
– Вроде неплохо постреляли, а Миша? – пустил Бабак из обеих ноздрей дым.
– Хотелось бы еще, да нечем, – покосился в ту сторону Усатов.
А когда вернулись на командный пункт, командир полка Сошнев дал ему срочное поручение – найти в 1-м батальоне тех, кто стрелял из немецких минометов по противнику. Как сообщили из штаба дивизии, этими бойцами было уничтожено около сотни фашистов.
Бабак усмехнулся и сказал:
– Товарищ командир, а никого искать не надо. Этими минометчиками были я и Миша.
– Ну, вы даете, – удивился тот. – Прямо ворошиловские стрелки.
Затем, сняв трубку полевого телефона, доложил командиру дивизии, тот выслушал и дал указание представить обоих к наградам.
В связи с переводом Бородулина в другое соединение Усатова вскоре назначили помощником начальника политотдела дивизии. Комсоргом полка был утвержден лейтенант Горшков.
Глава 11
Курская дуга. Дорога на Запад
Битва в районе Курска, Орла и Белгорода является одним из величайших сражений Великой Отечественной войны и Второй мировой войны в целом. Здесь были не только разгромлены отборные и самые мощные группировки немцев, но и безвозвратно подорвана в немецкой армии и народе вера в гитлеровское фашистское руководство и в способность Германии противостоять всё возрастающему могуществу Советского Союза». Этот блестящий успех показал всему миру, что советские войска могут побеждать немцев не только зимой, как утверждала гитлеровская пропаганда, но и в летнее время.
(Из воспоминаний маршала Советского Союза Г. К. Жукова)
Находясь на самом западном выступе Курской
