твоих людей о смерти моего дяди Борсо, твоего брата, я начал искренне обдумывать, каково же действие Божьего провидения на нашу семью. Ибо чем больше я Ему молился и молюсь, тем больнее оно ударяет по мне. Разумеется, я воздаю множество благодарений премудрейшему и милостивейшему Божеству, Создателю и Искупителю наших душ, насколько более Он делает для нас, нежели мы просим или даже думаем. Я верю, что мои молитвы были услышаны превыше всех моих ожиданий, ибо я молился о спасении твоей души. Я вижу, как оно приближается к тебе, и ты знаешь, как его достичь; ибо чем более душа прилежит к земным вещам, тем сильнее отдаляется Бог от ее последней участи. Отсюда видно, насколько слепы и недостаточны надежды людей возвысить свой разум к вещам небесным. Наш Создатель нередко бьет – для того чтобы пробудить, чтобы мы восстали от того тяжкого сна, в который мы долгое время были погружены, уделяя более настоящей, нежели будущей жизни. Вот, мать моя, голоса с небес, которые словно стрелы пронзают сердце, силой удаляя наши привязанности к земным и преходящим вещам, и приглашают нас к любви Иисуса Христа. Поверьте мне, моя дражайшая мать, сестры и братья, что милостивый Иисус, наш милосерднейший Господь, подходит близко к нам, говоря: “Войдите в царствие Мое, и оставьте этот мир, полный беззакония”. И почему вы спите, когда Он, беспокоясь о нашем спасении, бьет вас, чтобы разбудить? Откройте же ваши глаза и не будьте неблагодарны, но поймите, что с самого начала мира любой слуга Божий не пребыл без искушения, преследования и бедствий, и так и будет до самого конца. Бог карает своих детей, чтобы они не возлагали свои надежды на земное. Он лишает их любой поддержки, любого корня, любого пристанища, чтобы, видя себя позабытыми миром и не имея иного прибежища, они бросились бы в Его объятия.
О благость Божия, Его беспредельная милость, Его бесценная любовь! Как Он пребывает рядом с нами, словно имея в нас великую нужду! Молю тебя, скажи, какой богач, какой человек, прославляющий себя в этом мире, которому само это своенравное время улыбается, в это время возвышения и очищения, в этот самый день, делает хорошего? Какой человек приближается к Богу всем сердцем своим? Разве ты не знаешь, что Бог не может лгать? Он сказал, что не просто трудно, а невозможно, чтобы богатый человек мог спастись, и Он сам благословил нищих духом. Разве ты не знаешь, каков ход вещей в этом мире? Если ты возлагаешь свои надежды на него, узришь еще, я говорю, как он с тобой обойдется! А вас, Беатриче и Клара, сестер и духовных дочерей моих, умоляю всецело предаться молитве, отложив все тщетное, и не в делах только, но и в привязанностях, и посвятить себя одиночеству и чтению; молитесь и не заботьтесь об обществе, чтобы поглядеть там [на кого] или самим покрасоваться. Размышляйте о жизни Иисуса Христа, [как она шла] шаг за шагом; не общайтесь с мужчинами, но пусть сердце ваше всегда будет сосредоточено на Иисусе Христе, и Он даст вам более великое утешение, чем вы думаете. Если вы приблизитесь к Нему с чистой совестью, то испытаете небесные радости, и будете ценить этот мир как полное ничто, и считать всех тщеславных женщин несчастными. О, сколь велики утешения, происходящие от молитв тех, у кого совесть чиста, и превыше того, девственных супруг Христа, которых Он так нежно любит! Будьте же едины с вашей матерью в любви Христовой и служите Ему в любви и в простоте, не сомневаясь в том, что око Его будет пребывать на вас, и Он не сделает для вас меньше, чем для иных; если вы здраво рассудите в свое время (очевидно, уйти в монахини. – Е. С.), это будет благом для вас. Как глаголет Святой Дух через святого Павла, что тот, кто вступает в брак, не согрешает, но того ждут бедствия; пример этого перед вами, ваша мать; но кто не вступает в брак, поступает лучше, так что девственница, становящаяся служанкой Иисуса, будучи здрава умом и телом, более счастлива[181].
Смотрите же, чтобы жить вам жизнью святой и преданной, и если вы почувствуете сладость Иисуса[182], то отнесетесь с презрением ко всем земным удовольствиям. Я не могу столь полно все вам написать, как хотел, ибо есть более насущные вещи, о которых мне надо писать, так что пока ваши дела могут быть отложены, но я обязательно позабочусь написать вам насчет них.
А теперь, мать, я возвращаюсь к тебе, умоляя о том, чтобы тебе забыть мир; об этом я хотел сказать в предыдущем письме, когда писал тебе насчет твоих мыслей о том, что я мертв; ибо таково было мое желание, чтобы все вы были объяты любовью Иисуса и чтобы ты более не думала о том, как подать помощь своим детям. Хотел бы я, чтобы у тебя была такая вера, что ты могла бы увидеть их мученический конец, не пролив ни единой слезы, как та еврейская женщина, которая смотрела, как распинают и казнят ее семерых детей, и утешала их в момент смерти[183], и как сделала св. Фелицита во времена новозаветные. Желая этого, я не забываю о твоем спокойствии, ибо это хоть и противно милосердию, зато позволит уменьшить силу твоих чувств, так что если выйдет так, что я должен буду умереть, ты не должна принимать это близко к сердцу, так, если случится мне пасть, ты не пала бы тоже. Кто возлагает надежды на Бога, не будет [Им] забыт; не ищи, следовательно, вещей этого мира, но жизни вечной, но достичь этого можно только многими скорбями. Да не положим наших оснований здесь, внизу, и этому нас учит отшествие (то есть смерть. – Е. С.) наших людей. Что стоило собирать богатства? Они обряжались в такое великолепие, чтобы быть славой и восхищением живущих, тогда как эти удовольствия столь мимолетны? В прошлую среду красивый юноша, полный свежести и жизненной силы, к изумлению всех упал мертвым в Дуомо. Вчера юная певица, сладость чьего голоса восхищала всю Флоренцию, превосходившая всех прочих певиц, упала мертвой во время представления, страдая в страшных муках в воздаяние за свой грех. Она не пришла бы к такому концу, если бы последовала пути, который я ей некогда указал. И к чему были те великие удовольствия? Что сталось с теми мелодичными звуками? Где сейчас те изысканные куски мяса? Разве ты не видишь, что все
