За Родину! Неопубликованное - Владимир Николаевич Войнович

То есть практически в любую эпоху.

Испытание единством коварнее испытания враждой. Там было проще: вот Сахаров, вот Брежнев, и ошибиться невозможно! А тут — кругом вроде бы свои, и слова звучат правильные, но топот стада заставляет сатирика посторониться и подождать, пока осядет пыль.

И начать формулировать — уже про «своих».

С той же обманчиво простоватой улыбкой, с той же точностью этических оценок.

И страшновато уже совсем по-новому, потому что и друзей убавится, и врагов прибудет, но что поделать — надо! Надо, если хочешь «жить не по лжи», как сформулировал другой большой русский писатель, — что не спасло его от парадоксальной судьбы: стать персонажем Войновича…

Сатирик, к сожалению, ошибается редко.

Не ошибся с главным прогнозом и автор новой антиутопии, разве что чуть промахнулся со сроком: отец Звездоний, во всей красе краснознаменного православия, явился не запылился на тридцать лет раньше предсказанного.

Увы. Сатирик не может предотвратить, — он может только предупредить…

Евгений Ясин

Жизнь на другом уровне

* * *

Сначала я познакомился с Войновичем как с писателем: прочитал его книги, которые были изданы ранее. Причем Войнович как человек и писатель существовал до того, как в нашей стране начались события, связанные с приходом к власти Горбачева: эти события складывались в несколько этапов, и нельзя о них не сказать.

Я бы выделил четыре этапа. Первый этап — это Горбачев, второй этап — это Гайдар, третий этап — это Ельцин, четвертый этап — это Путин. Чтобы объяснить, почему я «выпячиваю» Гайдара, нужно начать с Горбачева. Горбачев начал. Он решил, что, используя свою позицию генерального секретаря, затем президента, сможет реализовать важные перемены в России. Они были направлены не столько на революционные преобразования, сколько на реформаторство. Параллельно были две заметных фигуры — Ельцин и Гайдар, причем, с моей точки зрения, самым важным человеком во всех этих переменах был Гайдар. И во времена Ельцина он был главным по переменам, потому что он был источником той идейной пищи, которой он наполнял перемены в нашей стране. У меня с ним должны были бы быть особые отношения, мы играли одну и ту же роль и были похожи друг на друга, потому что мы видели и оценивали события, влиявшие на развитие страны, больше каких-то других людей. Но я предпочитаю говорить о себе в связи с Егором скромно, потому что, повторю, считаю, что в перечисленной выше четверке он играл исключительно важную роль.

Были предприняты меры, которые не оказали позитивного воздействия на развитие страны. Это в значительной степени связано с установками высших руководителей, прежде всего самого Владимира Владимировича.

Третий этап — Ельцин. Роль этого человека некоторым образом двойственная, но в целом я бы сказал, что положительная.

После этого, <после Ельцина> наступает время еще одного героя нашей истории — Путина Владимира Владимировича. Эта ипостась не столь положительная, с моей точки зрения, и последствия этой ипостаси для нашей страны еще рано оценивать.

Все эти этапы неизменно сопровождаются творчеством Войновича. На меня произвела большое впечатление книжка «Москва 2042» и затронула судьба солдата Чонкина — эта книга уже была известна, затем с либерализацией общественных отношений ее издали в России, и она стала еще более известной, появилась у меня дома… Я говорю это к тому, что происходящее в стране я оценивал в том числе с позиций творчества Войновича — в том числе то, что происходило во времена Ельцина, у которого есть свои проблемы. И хотя в дальнейшем он (Ельцин) двигался по наклонной, но тем не менее в направлении, с которого начал еще во времена председательства в Верховном Совете <РСФСР>. Это, безусловно, позитивный герой. Но было и много того, что называется — «дров». Вспомните Скуратова[25], которого взяли и засунули в постель к дамам — на что многие мужчины, между прочим, согласились бы. Но на этом его поймали и начали делать <политические выводы>. И я должен сказать, что при всем том, что я с большим пиететом, с уважением отношусь к Ельцину, именно за это я его не уважаю. Все-таки надо быть мужчиной. А не брать пример с деятелей ЦРУ и им подобных. А в качестве сюжета это очень согласуется с Войновичем, с его творчеством — потому я об этом и вспоминаю.

Мы должны вкладывать в образование, в здравоохранение намного больше. Это должна быть другая политика, в большей степени ориентированная на то, что делали Гайдар и Ельцин.

Последнее, самое продолжительное правление, которое я наблюдал[26], это был Путин Владимир Владимирович. Он не совершал действий, которые себе позволял в последние годы <нахождения у власти> Борис Николаевич, но это было движение назад. Все его правление было движением назад. Сделать вывод о том, что мы можем опереться в положительном смысле на те события, которые имели место в последние двадцать лет, я не могу. Чем дальше я наблюдаю все события, начиная с Гайдара и оканчивая нашим нынешним президентом, я вижу, что это не похоже на то, как мы себе все представляли (где «мы» — это я как представитель своего времени) — как мы себе представляли события революции в России, которая избавляется от коммунизма. В происходившем есть разные оттенки,