8 мая 1945 г. – в день, когда Европа праздновала победу над Германией, – раненый унтерштурмфюрер СС Фридрих фон Ангелотти-Макенсен наконец собрался покинуть аэродром в Тённере и отправиться в Малагу. Впоследствии он расскажет, что перед посадкой в самолет увидел еще одну известную фигуру[386] – штандартенфюрера СС бельгийца Леона Дегреля, лидера фашистской партии рексистов;[387] будучи обладателем многих военных наград и главой бельгийского контингента ваффен-СС, он часто попадал в объективы фотокамер. В тот день Дегрель покинул Осло на переделанном в пассажирский самолет бомбардировщике «Хейнкель» He-111H-23, за штурвалом которого сидел Альберт Дуингер[388] (позднее, поселившись в Аргентине, он будет пилотом на гражданских коммерческих авиалиниях). Как солдат, воевавший на Восточном фронте, Дегрель заслужил уважение Гитлера, и однажды фюрер сказал ему: «Будь у меня сын, я бы хотел, чтобы он был похож на вас». Его «Хенкель» долетел до города Сан-Себастьян (Доностии) на севере Испании – на пределе своей дальности полета и жестко приземлился[389] на побережье; несмотря на травмы, Дегрель выжил. 25 мая стало известно, что, по его мнению, «Адольф Гитлер жив и скрывается». Испанец, видевший Дегреля в госпитале, рассказал, что со слов Дегреля выходило,[390] будто тот посещал Гитлера в Берлине за день до того, как туда вошли русские, и что фюрер готовился к побегу и не собирался ни кончать жизнь самоубийством, ни драться насмерть.
Среди других европейских коллаборационистов, которым была предоставлена возможность скрыться, следует назвать лидера марионеточного правительства Норвегии Видкуна Квислинга.[391] В сентябре 1945 года на суде в Осло он показал, что Йозеф Тербовен, нацистский рейхскоммисар Норвегии, предлагал ему добраться на самолете или на подлодке до Испании или любой другой страны. Квислинг сказал, что как «истинный патриот» он отказался, решив предстать перед своими соотечественниками; вскоре он заплатил за это решение, представ перед расстрельной командой. В начале мая Пьер Лаваль,[392] бывший премьер-министр вишистского правительства Франции, вылетел в Испанию на борту самолета Ju-88 – однако Франко изгнал его, и осенью 1945 года он тоже был казнен соотечественниками. Сообщалось, что посол фашистской Итальянской республики в Берлине Филиппо Анфузо[393] также скрылся в апреле 1945 года, предположительно – на «хорватском самолете».
Уже 26 апреля 1945 г. Москва по радио обвинила Испанию в том, что эта страна принимает нацистских беженцев на аэродроме Менорки, одного из Балеарских островов. Цитируя источник в Швейцарии, Советский Союз заявлял, что за месяц до этого генерал Хосе Москардо,[394] близкий друг Франко, прибыл на Менорку для руководства этой деятельностью. Утверждалось, что последними на аэродроме высадились семьи Роберта Лея и нескольких гауляйтеров. Роберт Лей,[395] с 1933 года возглавлявший Немецкий трудовой фронт, покончил жизнь самоубийством в октябре 1945 года, ожидая суда за военные преступления в Нюрнберге. Однако на последнем допросе Лей показал, что во время последней встрече в бункере в апреле фюрер сказал ему: «Поезжайте на юг, а позже я к вам присоединюсь». Альберт Шпеер,[396] рейхсминистр вооружений, говорил почти то же самое о собрании в бункере 20 апреля по случаю дня рождения Гитлера: «На этой встрече к удивлению почти всех присутствовавших, Гитлер объявил, что останется в Берлине до последней минуты, а потом «полетит на юг»». Обершарфюрер СС Рохус Миш,[397] телефонный оператор в бункере фюрера, свидетельствовал: «На севере Берлина ждали два самолета. Один был Ju-390 [так в тексте интервью с Мишем. – Примеч. авторов], а другой – Blohm & Voss, способный летать на такие же расстояния. Поэтому у Гитлера была возможность бежать, если бы он захотел».
Теоретическую возможность побега Гитлера из Берлина в последний момент признавали многие высшие офицеры Красной Армии. 10 июня маршал Жуков, глава Советской военной администрации в Германии, заявил: «В самую последнюю минуту он [Гитлер] смог улететь из Берлина, так как взлетные дорожки позволяли это сделать».[398] Советский комендант Берлина генерал-полковник Берзарин также говорил:[399] «По-моему мнению, Гитлер лег на дно и скрывается где-нибудь в Европе, возможно, у генерала Франко».[400]
Сколь бы ни было распространенным представление о полном господстве авиации Союзников в небе над Западной Европой, на самом деле постоянное наблюдение за тысячами кубических километров воздуха было излишним – остатки сил люфтваффе оказались окруженными на все время сокращавшейся территории и пилоты истребителей Союзной авиации действовали в обстановке отсутствия целей. Впрочем, сам факт того, что встречи в воздухе стали столь редкими, может свидетельствовать о том, что бесстрашным, опытным и везучим немецким летчикам-одиночкам удавалось уклоняться от них, оставаясь незамеченными. Установлено, что 8 мая Леон Дегрель проделал по воздуху путь из Норвегии – по словам Макенсена, через Тённер в Южной Дании – до Северной Италии. Поэтому, в принципе, нет ничего невозможного в том, что Гитлер проследовал над теми же районами 29 апреля.
Тем временем в Берлине Борман и Мюллер с безжалостным упорством «подчищали хвосты». 28–29 апреля в комнатах бункера фюрера два актера разыгрывали леденящий кровь фарс под управлением главного кукловода нацистов Мартина Бормана. Закончилось все это 30 апреля трагическим финалом, в котором, должно быть, участвовал сам начальник гестапо Мюллер. Дублершу Евы Браун отравили, а двойник Гитлера, вероятно – Густав Вебер, был застрелен с близкого расстояния, возможно – лично Мюллером. Два завернутых в одеяла тела вынесли наверх и закопали в изрытом снарядами парке Рейхсканцелярии. Так описывал события Эрих Кемпка, начальник автопарка Рейхсканцелярии. Хотя показания свидетелей сбивчивы и иногда противоречат друг другу, этот рассказ превратился в достоверный исторический факт.[401] В самом деле, все в нем вполне может быть правдой – за исключением истинных личностей двух погребенных. Фотография несожженного «трупа» Гитлера с раной от пули во лбу была широко известна после войны. В настоящее время считается, что на ней мог быть изображен повар из бункера, имевший отдаленное сходство с Адольфом Гитлером. И это было лишь одно из шести тел «фюрера», попавших в руки СССР после падения Берлина – и ни на одном из них не было следов огня. Погиб и третий двойник – овчарка, замещавшая Блонди, которой доктор Вернер Хаазе, один из врачей Гитлера, дал ампулу с цианидом. Ее недавно родившихся щенков, с которыми любили играть в бункере дети Геббельса, а также скотч-терьеров Евы Браун Негуса и Стейси и таксу самого Хаазе умертвил фельдфебель Фриц Торнов, личный ветеринар фюрера.[402]
