Рольф Грамс - 14-я танковая дивизия. 1940-1945

Введение в бой ударной группы на левом фланге участка, где крупный штурмовой отряд русских захватил наши позиции, оказалось излишним. Ответной контратакой местным силам удалось ликвидировать вклинение и отбросить противника на исходные позиции, нанеся ему значительные потери. Казалось, что, находясь под впечатлением от этих боев, русские совсем утратили желание проводить какие-либо операции. Они до минимума сократили свои разведывательные вылазки и временами даже забывали об огневых налетах, проводившихся ранее с упрямой регулярностью. По всей видимости, их войска были так же измотаны в боях, как и наши.

Поэтому после того, как вскоре прибыли и другие части 376-й пехотной дивизии, 14-я танковая дивизия могла со спокойной совестью снять с позиций свои соединения и 25 и 26 февраля отвести их в район сел Сухая Калигорка и Надлак.

То, что бойцы дивизии были прямо-таки удивлены, когда узнали, что предстоит не введение в бой на новом участке, а небольшая передышка, имело свое основание. Они по собственному опыту знали, какое хрупкое и ненадежное образование представлял собой так называемый фронт и на какой риск шло командование, когда отводило с фронта то или иное соединение.

Тем больше они радовались возможности после грязи и крови, после тяжелых боев последних дней хотя бы на короткое время снова получить настоящую крышу над головой и более или менее привести себя в порядок как снаружи, так и внутри.

А командование дивизии надеялось, что при этом удастся пополнить поредевшие ряды полков и батальонов и получить хотя бы часть недостающей техники. Из приказов по армии и корпусу можно было сделать вывод, что и Верховное главнокомандование было озабочено тем же.

Первый шаг в этом направлении заключался в том, что вырвавшаяся из Черкасского котла боевая группа фон Брезе (после торжественной встречи с командиром дивизии) была вновь включена в состав дивизии и получила необходимое вооружение и технику. Наконец поступило еще и кое-какое пополнение.

Положение в дивизии с транспортными средствами улучшилось благодаря напряженной работе ремонтной роты и прочих ремонтно-восстановительных служб, а также благодаря выделению штабом 8-й армии некоторого числа грузовиков.

Однако из предусмотренной передачи автомобилей и оставшихся танков 11-й танковой дивизии, которая переводилась на запад, ничего не вышло. Уже образованный штаб приемки техники под командованием полковника Лангкайта пришлось снова распустить.

Тем самым танковый полк, состояние которого уже давно вызывало у нас серьезную озабоченность, снова оказался в центре внимания.

С октября 1943 года из строя безвозвратно выбыли 44 танка типа Pz. IV, 37 штурмовых орудий, три огнеметных танка и одна командирская бронемашина. Это составляло более трех четвертей первоначального материального фонда полка.

То, что осталось, несмотря на нехватку запчастей, снова и снова ремонтировалось, однако без труда можно было подсчитать, насколько хватит этого скромного запаса.

Что тогда произойдет с танковой дивизией, оставшейся без танков, было совершенно неясно. При существующих обстоятельствах довольно высока была вероятность того, что однажды весь этот сложный и хорошо отлаженный механизм просто будет разрушен и бессмысленно принесен в жертву в виде пехотной боевой группы.

Это еще вопрос, удастся ли в этом случае сохранить для предусмотренного применения хорошо обученные и многократно прекрасно зарекомендовавшие себя в бою экипажи танков, которые да сих пор удавалось хитростью и различными уловками уберечь от перевода в другие дивизии на случай получения новой техники для танкового полка.

Во время командировки, в которую в связи с этим вопросом в декабре и январе был отправлен полковник Лангкайт, в соответствующих инстанциях ему давались более или менее твердые обещания, однако результаты до сих пор оставляли желать лучшего. При этом особенно болезненным было то обстоятельство, что в переоснащении «Пантерами» оставшегося во Франции 1-го батальона не было заметно никакого прогресса. Кроме того, из-за напряженного положения на всех фронтах до сих пор все еще не было твердо решено, присоединится ли этот батальон когда-нибудь к своей дивизии или будет отправлен в какое-нибудь другое соединение.

Конечный вывод мудрости земной вновь заключался в том, что, как и прежде, нам предстояло довольствоваться оставшимися танками и приводить в боеспособное состояние все то, что пока еще рано было отправлять на металлолом. Тем не менее, по крайней мере, на вопрос о местонахождении экипажей без танков был получен ответ. Приказом главного командования сухопутных войск они переводились в запасную воинскую часть.

Уже 1 марта пришлось признать, что не следует ожидать поступления новой техники и что предусмотренное обучение пополнения не будет выполнено в полном объеме.

После того как противник прорвался на южном участке Восточного фронта под Апостолово и Кривым Рогом и отбросил 6-ю армию за нижнее течение Ингульца, он снова возобновил свои атаки на участке фронта по обе стороны от Звенигородки, наседая прежде всего на 376-ю пехотную дивизию. Поэтому 14-я танковая дивизия приступила к формированию боевой группы, способной оставаться мобильной и в период весенней распутицы. После того как штаб армии запретил движение всего колесного транспорта, в распоряжении этой группы осталось семь танков и три штурмовых орудия. В качестве батальона сопровождения был предусмотрен 1-й батальон 103-го панцер-гренадерского полка.

Однако прежде чем удалось закончить необходимые тренировки в погрузке и провести учебные марши, 5 марта началось мощное наступление русских крупными силами. Дивизия получила приказ на смену позиции и выступила в северо-западном направлении. Несмотря на грязь и туман, она своевременно прибыла к полудню в указанный район.

Боевая группа Муммерта, в которой были собраны основные пехотные силы дивизии, заняла высоты северо-западнее железнодорожной линии Катеринополь — Новоселица. Все остальные подразделения заняли исходные позиции в северо-восточной части Катеринополя, здесь же находился и командный пункт дивизии.

Обозы и прочие небоеспособные части дивизии пришлось пока оставить в прежнем районе дислокации. Их охрану и оборону моста у села Надлак принял на себя 276-й зенитно-артиллерийский дивизион, который из-за потери своих многочисленных тягачей и грузовиков в значительной мере утратил свою мобильность.

Ход первого дня боя со всей очевидностью продемонстрировал, что подручные средства, которые до сих пор всегда с успехом применялись немецкой стороной, на этот раз уже не помогут.