Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 104
Короче говоря, в результате в Бородинском побоище обороняющийся Кутузов потерял 53 тысячи человек, а наступающий Наполеон — 35 тысяч…
Но Кутузову, в отличие от политрука Панфилова, было куда отступать: позади Москва!..
Глава 3 «ВОТ БАШНИ ПОЛУДИКИЕ МОСКВЫ ПЕРЕД ТОБОЙ В ВЕНЦАХ ИЗ ЗЛАТА…»
А ведь Москву можно было спасти!.. Или, по меньшей мере, попытаться сделать это. У офицеров Кутузовского штаба такие предложения были. Когда перед бессмысленной Бородинской битвой обсуждали, куда отступать после битвы, некоторые предлагали повернуть к Калуге, чтобы попытаться увлечь за собой Наполеона, который, возможно, пожелает довершить разгром русской армии и пойдет за ней. И тем самым Москва будет спасена. Однако вечно сонный Кутузов равнодушно махнул рукой: «Пусть идет на Москву». И это при том, что ранее сам же Кутузов с великим пафосом толкал следующие спичи: «Потеря Москвы — потеря России»!
Сдать-то он Москву сдал, но, чувствуя, что поступил нехорошо, только на третий день после сдачи города решился доложить об этом царю. Узнав о сдаче Москвы, Александр заплакал.
Это мы за двести лет привыкли к тому, что Москву сдали, а тогда отношение к действиям фельдмаршала было совершенно иным. Его офицеры были шокированы таким решением. Доходило даже до прямого неповиновения высших офицеров приказам «предателя». А царь Александр писал Кутузову: «Вспомните, что вы еще обязаны ответом оскорбленному отечеству в потере Москвы». Перепуганный неудовольствием императора, Кутузов тут же свалил всю вину за оставление Москвы на. Барклая де Толли, написав государю, что это-де политика прежнего руководства армией привела к столь печальному итогу.
Преступная низость Кутузова дошла до того, что он не постеснялся даже перехватывать личные письма Барклая де Толли своей семье. О чем возмущенный и оклеветанный Барклай писал жене: «Я не понимаю, что это значит, что тебе не отдали письма, которое я тебе написал вечером после сражения и отправил с тем же фельдъегерем, который вез письмо Кутузова к его жене. Я не понимаю, как можно задерживать семейные письма. Это гнусности, которые следует прибавить ко многим другим, какие делаются». (Последующие письма Барклай передавал уже через адъютанта генерала Вильсона, и они прекрасно доходили.)
После оставления Москвы Ростопчин писал Александру: «Князя Кутузова больше нет — никто его не видит, он все лежит и много спит. Солдат презирает и ненавидит его. Он ни на что не решается. Молоденькая девочка, одетая казаком, много занимает его. Довод у него тот, что надо сберегать армию, но если она должна все отступать, то он скоро ее лишится».
Александр понимал: несмотря на то что он «умыл руки», назначив вместо Барклая того, на кого ему указывало дворянство, все равно Кутузов — только пешка, назначенец, а вина за сдачу Москвы будет неизбежно возложена на него, государя. Так и случилось. Забыв, что оно само голосовало за Кутузова, дворянское общественное мнение на чем свет стоит проклинало царя. Об этом Александру предельно откровенно писала его сестра: «Мне невозможно далее удерживаться, несмотря на боль, которую я должна вам причинить. Взятие Москвы довело до крайности раздражение умов. Недовольство дошло до высшей точки, и вашу особу далеко не щадят. Если это уже до меня доходит, то судите об остальном. Вас громко обвиняют в несчастье, постигшем вашу империю, во всеобщем разорении и разорении частных лиц, наконец, в том, что вы погубили честь страны и вашу личную честь… один из главных пунктов обвинений против вас — это нарушение вами слова, данного Москве, которая вас ждала с крайним нетерпением, и то, что вы ее бросили. Это имеет такой вид, что вы ее предали… я предоставляю вам самому судить о положении вещей в стране, главу которой презирают… и не думайте, что я преувеличиваю; нет, к несчастью, я говорю правду, и сердце от этого обливается кровью у той, которая стольким вам обязана и желала бы тысячу раз отдать жизнь, чтобы вывести вас из того положения, в котором вы находитесь».
И всем этим Александр был обязан Кутузову. Кстати, Беннигсен считал (и писал об этом царю), что Москву можно было попробовать спасти, да только нерешительный Кутузов воевать не хочет (что было правдой, в чем мы далее убедимся). И не только Беннигсен, Вильсон и Ростопчин писали царю жалобы на бездействие Кутузова. Все, кто мог, хором забрасывали Александра письмами с описанием творимых Кутузовым глупостей и мольбами снять его с командования армией.
Отношение тогдашней офицерской России к «заслугам» и самой личности «полководца» Кутузова лучше всего демонстрирует следующий эпизод. Когда после смерти фельдмаршала его дочери обратились к правительству за материальной помощью, Аракчеев решительно отказал им. Ему неприятно было даже вспоминать о жирном одноглазом сатире.
Натура Кутузова ни для кого не составлял секрета и в Европе. Вот как забавно характеризует русского фельдмаршала французский граф де Сегюр: «Он обладал мстительным, малоподвижным характером и в особенности хитростью — это был характер татарина!»
Наполеон вошел в Москву. Из которой в великой панике эвакуировалась значительная часть населения. Зачем, спрашивается? А по той же причине — с перепугу! Вы же помните, как простонародье относилось к «антихристу».
Что нужно простым цивилизованным людям, учитывая, что цивилизация — это комфорт через разум? Вот вам лично?.. Вы просыпаетесь утром, завтракаете, идете в метро или садитесь на машину, едете на работу. Вы едите, спите, ходите в магазин, а в отпуск отправляетесь на море. Размеренная мирная жизнь, семья, дети, развлечения, достаток. Что еще нужно нормальному человеку? И есть ли ему разница, как фамилия «царя», правящего страной, если кроме фамилии не меняется ничего? Ну, пришел вместо Путина Медведев или даже Буш — если есть работа, ходит метро, вывозят мусор и продают в кредит автомобили, то какая разница цивильному (читай, цивилизованному) гражданину, кто там сидит в Кремле — Пупкин или Селедкин?
А вот Пупкин, желая удержаться у власти, быть может, и желал бы, чтобы народ пошел воевать за него против Селедкина. Но тогда нужно четко понимать — это будет война не за родину, а за Пупкина. В которой народ станет проливать кровь не за свои интересы (народу в экономическом смысле все равно), а за интересы Пупкина. Власть, конечно, хочет, чтобы народ за нее горло грыз. И чем проще и тупее народ, тем легче его организовать за борьбу за интересы Вождя. И наоборот.
Если страну завоевывают не варвары, нашествие которых приведет к крушению цивилизации, то есть падению уровня жизни, исчезновению комфорта, а напротив, люди с более высоким цивилизаторским статусом, сопротивляться им — признак тупости.
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 104
