в которой и присутствует все благо, видя, что дела любви можно творить везде, никто не осмелится осмысленно сказать: “Я неспособен праведно жить здесь, на этой службе, в данных условиях”. Я говорю о людях, живущих должной религиозной жизнью, и связанных с ней делах и условиях. Посему хорошо сказал святой Иоанн Златоуст: “Никто не испытывает вреда, кроме как от себя самого”, ибо любовь, которая, как мы сказали, есть наше полное добро, не теряется без греха, а грех не является грехом, если не совершается по свободной воле, соответственно, никто не может действительно страдать иначе, кроме как от своей свободной воли, никто не может оказаться в беде иначе, чем по своей вине.
Я написал вам все это, дорогие возлюбленные, до конца, так чтобы вы могли осознать, что царствие небесное может быть обнаружено везде, и что для того, дабы овладеть им, не нужно путешествовать из города в город, как делают те, кто стремится обрести ученость и идет туда, где она восседает. И хоть может статься, что мы обрящем большее утешение от учения или внешнего поклонения в одном месте более, нежели в другом, тем не менее тот, кто полностью отдал сердце Богу, находит это утешение в Нем даже в пустынях и местах уединенных, как мы читали о многих святых отцах. Ибо добрый христианин сам повсюду носит с собой свое собственное утешение и может сказать вместе с философом [Биантом Приенским]: “Все мое ношу с собой”.
Знаете ли вы, что тому, кому нет дела до дел духовных, ни место, ни условия не приносят счастья? Иуда, ученик Христа, был плохим человеком, и ученичество у Христа было ему не в радость. Николай, один из семи диаконов, высоко ценимый апостолом [Лукой] в первоначальной Церкви[300], и многие иные бесчисленные, считавшиеся святыми, погибли. Таким же образом в Ветхом Завете [рассказано] о том, что не было Измаилу счастья в том, что он был сыном Авраама, ни Исаву, что он был сыном Исаака, ни многим иным домочадцам или ученикам патриархов и пророков.
Нам следует не привязываться к какому-либо месту или условиям, а понимать, что праведная жизнь заключается, как мы сказали, в исполнении дел любви в любом месте и любым образом, как пожелает наш Спаситель. И я вновь говорю ради тех, кто, горестно искушаемы, падают духом и говорят, что предпочли бы любой иной род искушения, не понимая, что никто не может одолеть искушения без благодати Бога и что благодаря этой Божией благодати мы способны одолеть любое искушение. Это такие, которые ведут духовную брань по своему разумению и против таких врагов, которые угодны им самим; так пусть же ведают, что нет искушения, над которым Божия Любовь не одержала бы победы, и нет такого искушения, которое не ввело бы беспечного впасть в грех. И так вот тебя одолеет то самое искушение, на которое ты сменишь то, которое угнетает тебя сейчас. Много было тех, кто над великими искушениями одерживал победу, в то время как одолевались малыми. Давид, терпеливый и благородный в преследованиях, при виде женщины вошел во искушение и пал. Стремитесь к Богу, мои дорогие возлюбленные братья, и не обращайте ум свой к людям этого мира; призываю вас вспомнить, что сказала невеста в кантиклах[301]: “Но едва я отошла от них, как нашла того, которого любит душа моя”[302]. Итак, вы уже довольно наслышаны и пора вам применить на деле то, что вы узнали. Дитя не всегда кормится молоком, но, возрастая в годах, питается твердой пищей, становится мужчиной и порождает сыновей и дочерей. И хотя телесно вы далеки от меня, однако же мы содержим вас в чашах нашей любви, наши братья, наши сыновья, наши дорогие братья. Нет того, чего мы не разделяли бы, все у нас общее – и духовное, и привременное. Дружба в теле не может длиться вечно в этом мире, и много раз она оказывалась бесполезной. Пребывай апостолы всегда в одном месте, они не смогли бы возродить мир верой Христовой. Будем же всячески стараться, чтобы быть вместе там, где пребывает радость и бесконечное счастье. Молю вас, помните страдания святого отца нашего Доминика, чьим пиром мы наслаждаемся доныне и стремимся жить по-божески, так чтобы его страдания и труды на наше благо не остались бы напрасными. Помните то слово, которое он оставил вам словно бы сегодня: “Крепко держитесь любви; соблюдайте смирение; желайте нищеты”. Если будете соблюдать эти три вещи, то, несомненно, все у вас будет хорошо. Если в чем нуждаетесь – спрашивайте, ибо все, что у нас здесь есть, – ваше. И молитесь за нас, а мы тем же образом будем молиться за вас, согласно заповеди апостола святого Иакова, который говорит: “Молитесь друг за друга, чтобы исцелиться”[303]. Благодать нашего Господа Иисуса Христа да будет со всеми вами. Аминь»[304].
«Всей братии той же конгрегации Св. Марка (написано накануне Успения Благословенной Девы Марии (14 августа по принятому тогда Юлианскому календарю. – Е. С.), год 1497), касательно образа противостояния искушению и достижения совершенства.
Брат Джироламо, недостойный служитель Иисуса Христа, всем возлюбленным братьям конгрегации Св. Марка во Флоренции, призванным в орден проповедников, [желает] здравия и мира.
Убедившись через переносимые ныне преследования, что вера ваша зиждется не на людском мнении и не на вещах видимых, но является светом, свободно ниспосылаемым на вас Богом, который (свет. – Е. С.), когда человеческие основания крушатся, не иссякает, но светит еще ярче посреди несчастий. Немало возрадовался я, и потом еще больше, узрев и ощутив полное доказательство вашего пламенного желания дальнейшего совершенствования в духовной жизни, в том, что вы искренне хотите не только соблюдать Евангельский Закон и правила и установления нашего ордена, но и превзойти их, подражая благородному поступку самарянина, который сказал хозяину [гостиницы]: “Если издержишь что более, я, когда возвращусь, отдам тебе”[305].
Я буду, по долгу моего служения, делать все, что могу, до самого конца, чтобы никто из вас не впал в заблуждение равно по излишку или недостатку. Будучи просвещен в ответ на ваши молитвы Тем, Кто дает свет миру, я напишу вам о том, что в настоящее время кажется мне наиболее благотворным и для ваших душ, и для преуспевания конгрегации, моля ваше милосердие о том, чтобы вы уделили внимание моим словам и не просто слушали их ухом, но и исполняли делом. Во-первых, дорогие возлюбленные братья, я нахожу, что наша конгрегация подобна храму, который иудеи начали строить
