Пришла моя мать, и разговор наш прервался. Михаил пожелал посмотреть нашу школу, когда он в ней учился, она была еще не достроена. Да, с удовольствием я покажу ему школу. Он подошёл к двери с табличкой «7 класс». «Это был и мой 7 класс». В ряду у окна он сел за последнюю парту. «И ты здесь преподаешь семиклассникам немецкий язык… Я им завидую. У нас тогда не было немецкого языка…», — сказал он задумчиво. «А где ты сидела в 7-м классе?» — «Не в этом помещении. Это же был 1943–44 учебный год, в седьмом нас было всего 12, наш класс тогда занимался в теперешней пионерской комнате. А в этой комнате был тогда военный кабинет, и он не отапливался».
«Теперь пойдем в тогдашний твой пятый класс. Ты еще сердишься на меня за фотографию?» — «Когда я её получу назад?» — «Оставь её… У моей матери она будет в полной сохранности».
Когда мы вышли из классной комнаты, мы услышали голоса. Михаил навострил уши. «Из учительской. Вторая смена недавно закончилась. Некоторые учителя проверяют еще тетради», — пояснила я. Дверь в учительской открылась, и Екатерина Михайловна, учительница начальных классов, вышла. «Ага, — воскликнула она своим зычным голосом. — Военно-воздушная оборона интересуется школьными делами».
«Это моя бывшая школа. Когда я учился в 7 классе, Лидия Александровна училась в 5-м». — «Всё ясно», — сказала Екатерина Михайловна не без язвительной нотки. Собственно, она не была злым или плохим человеком. Она была лет на 5–6 старше меня. Когда-то ушла добровольно на фронт, дослужилась до офицерского звания, недолго была замужем за офицером. Потом приехала в Кучук. Она мне нравилась за открытый и, в общем-то, честный характер. Её немного крепкое телосложение и громкий голос вызывали уважение у её учеников, но и немного страха. «Ну, тогда большого удовольствия при ваших совместных воспоминаниях. До свиданья».
В четверг пришел наш директор в учительскую с телеграммой. Районный Комитет комсомола проведет трехдневный семинар для всех пионервожатых Родинского района. С пятницы в 8:оо утра по воскресенье 17:00. Участие обязательно. Пятница — это завтра. Быстро я пробежала глазами еще раз. В конце стояло вместо подписи имя ответственного за проведение семинара — П. П. Братчун. Павел! Некоторые из учителей возмущались. Три дня семинар проводить! Но директор считал это необходимым, хотя в нашей школе пионерская работа была хорошо поставлена. Итак, мне надо в Родино. С одной стороны, я радовалась возможности раньше распрощаться с Михаилом, а с другой — я тоже считала, что три дня для семинара много.
А дома у меня снова неожиданность. Михаил был один в нашей квартире. «Где моя мать?» — «У твоей сестры». — «Михаил, мне сегодня еще надо поехать в Родино на семинар до воскресенья вечером». — «О, так долго. Тогда я тоже с тобой поеду». — «Что-о-о?» — «Я с тобой. Мой двоюродный брат Гриша живёт в Родино, у него я обязательно должен побывать, а его отец, мой дядя, сейчас живет в селе Зелёный Луг, его мне тоже надо навестить». Теперь я хотела бы, чтобы вообще не было этого семинара. «Но мне надо некоторое время, чтобы подготовиться». — «Естественно. Я сейчас уйду, а потом зайду за тобой. Так между 18:00 и 19:00. Пойдет?» — «Хорошо».
Моя мать пришла, когда я уже была готова к отходу. Она обрадовалась, что Михаил со мной пойдет.
«Дитя мое, — сказала она, — конечно, я бы желала, чтоб ты вышла замуж за немецкого парня, но где они — немцы? А вот Михаил, если бы ты вышла за него замуж, это было бы твое большое счастье». — «Мама, я никогда не выйду за Михаила замуж». — «Почему нет? Он тебя любит».
«Но он военнослужащий, ему никогда не разрешили бы на мне жениться, даже если бы я очень этого хотела. А я и не хочу. Оставим мы это, мама». — «Тебе скоро 21, я беспокоюсь о тебе». — «Не беспокойся, мама. Элла вышла замуж, когда ей было 23, так что у меня еще есть время».
«Да, но она с Адольфом была уже три года помолвлена». Я погладила мою мать, а она вытирала слёзы.
На попутной машине мы приехали в Родино. В начале восьмого грузовик остановился у столовой, называемой тогда «чайная». Там висела афиша, извещавшая, что сегодня в клубе демонстрируется фильм, по-моему, это было «Сказание о земле Сибирской». Начало в 20:00. «Ты видела этот фильм?» — спросил Михаил. «Нет». — «Тогда пойдем в кино». — «А твой кузен?» — «Потом». Но сначала мы зашли к Саше. Я спросила, можно ли мне у неё переночевать и оставила у неё свою сумку.
Издалека я увидела на веранде клуба Павла. Он меня тоже увидел, поднял руку и сбежал по ступеням вниз.
В полном замешательстве я их представила друг другу. Павел в недоумении смотрел на меня, улыбка исчезла с его лица. Торопливо он извинился, что ему еще надо что-то сделать, и ушел. Мне хотелось за ним побежать… но я осталась. Считала, что так будет правильно. И с Михаилом пошла в кино. Потом мы прощались у двери Сашиного дома. На следующий день он собирался пойти к дяде в Зеленый Луг, что в десяти км. от Родино, а по возвращении он хотел бы здесь со мной встретиться.
«Нет, Михаил, не делай этого, иди сразу в Кучук. Пожалуйста». — «А когда ты придешь?» — «В воскресенье вечером, если мне удастся поймать транспорт». — «А если нет?» — «Тогда я приеду или приду в понедельник утром к уроку — обязательно». — «Нет. Я буду ждать тебя в воскресенье. Я буду ждать тебя, пока не приедешь, всю ночь до утра…» — «Теперь послушай меня. Если я в 8 часов вечера не буду дома, то я уже не приеду. Тебе вообще не надо ждать меня, это не имеет смысла!» — «Ты нужна мне», — тихо сказал он и обнял меня. С легким вздохом прижалась я к нему. Моя мать, конечно, права. Когда тебе почти 21, то следовало бы уже любить и быть любимой… Но не я… И вырвалась: «Теперь иди».
Семинар начался в пятницу ровно в восемь утра. Павел читал обзорную лекцию. Ни разу он не посмотрел в мою сторону. Сердится он на меня? Этот вечер и следующий (в субботу) я провела с Сашей и её дочуркой Валюшей. На танцы мне не хотелось идти, а кино не было в эти дни.
Заключительное занятие на этом семинаре проводил Павел, и оно началось только в 17 часов. Теперь мне казалось, что он не спускает с меня глаз. В итоге я разволновалась не на шутку. Павел, мой милый друг и товарищ, Павел. Что с тобой? Мы же должны считаться только товарищами… Когда я после окончания семинара проходила мимо него, прервал он разговор с одним из присутствующих и попросил меня подождать его. Он тут же закончил разговор и пошёл со мной рядом.
«Куда ты сейчас?» — спросил он хриплым голосом. «К чайной. Буду ждать попутную машину». — «Останься на этот вечер ещё здесь, пожалуйста». — «Ещё остаться здесь?» — «Да, я прошу тебя, останься здесь. Мне надо с тобой поговорить». — «Павел, у меня завтра уроки. Я не могу остаться… И с моей хозяйкой я уже распрощалась. И мне бы надо завтра чуть свет выходить». — «Ты можешь у меня переночевать».
