милиционной системе был также вызван трудностями экономического положения страны, необходимостью уменьшения расходов на содержание армии. К середине 1922 г. в составе Вооруженных сил Советской Республики с учетом войск ГПУ и конвойной стражи насчитывалось 850 тыс. человек. Первая территориально-милиционная дивизия была сформирована в конце 1922 г. К концу 1923 г. на смешанную систему было переведено 17,2 % всех стрелковых дивизий, через год – 52,4 %. Дзержинский постоянно интересовался состоянием территориальных дивизий, «парализовыванием их отрицательных сторон», обращая особое внимание на их классовый состав и работу особых отделов»[558].
С окончанием Гражданской войны Дзержинский обратил внимание на демобилизованных красноармейцев и командиров как на людей, прошедших армейскую школу, и возлагал серьезные надежды на них в проведении политики советской власти в деревне. Еще во время прохождения службы он требовал от командного состава воспитывать красноармейцев активными строителями нового общества, готовить их к работе в трудовых коллективах. Для демобилизованных красноармейцев составлена памятка. Вот ее подзаголовки: «Не на отдых ты едешь!.. Помоги местному совету!.. Не забудь о семьях красноармейцев!.. Разъясни декрет о землепользовании!.. Помоги собрать продналог!.. Организуй помощь голодающим!.. Борись с суевериями!.. Разъясни коварство хищников-капиталистов».
Он лично занимался организацией продвижения эшелонов с демобилизованными:
– 18 января 1921 г. запросил В.Л. Герсона о принятых мерах по письму председателя ревтрибунала 4-й армии Перфильева о непорядках при перевозке демобилизованных по железной дороге на станциях Джанкой, Харьков, Орел, Курск, вызвавших массовые недовольства красноармейцев[559].
– После получения сообщения М.И. Калинина в конце января о задержке эшелонов с уволенными в запас красноармейцами отдал распоряжение о расследовании причин и привлечении виновных к строжайшей ответственности[560].
– 4 апреля 1921 г. после ознакомления с докладом уполномоченного ТО ВЧК по эксплуатации НКПС Медведева о расследовании случая задержки в подаче 15 оборудованных теплушек к изоляционному пропускному пункту ст. Москва-Товарная Рязано-Уральской железной дороги для перевозки демобилизованных красноармейцев председатель ВЧК распорядился сообщить итоги расследования «соответствующим учреждениям для наказания виновных с просьбой уведомления о принятых мерах. О конечном результате сообщить т. Склянскому»[561].
– В конце декабря 1921 г. в ВЧК поступили сведения о незаконных действиях 17 декабря некоторых делегатов, следовавших на IХ съезд Советов, на ст. Лихая по отношению к начальнику поезда. Они требовали отцепить теплушки с демобилизованными красноармейцами. Их поддержал уполномоченный ВЧК Визнер. 23 декабря Дзержинский приказал Визнеру представить свои объяснения по этому делу[562].
Много внимания Дзержинский уделял продовольственному снабжению войсковых частей ВЧК и обеспечению военнослужащих обмундированием. Его особо интересовало: «Почему до войны все обмундирование солдата стоило около 18 руб., ныне около 110 рублей, причем ныне красноармеец гораздо хуже обмундирован, чем до войны. Такое бремя для госбюджета непосильно и давит на всю промышленность»[563].
1 сентября 1921 г. председатель ВЧК направил в ЦК РКП(б) записку о потребности войск ВЧК в зимнем вещевом довольствии: шинелях – 88 046, теплых кальсонах – 210 859, гимнастерках – 99 538, полушубках – 99 614, шароварах – 112 701, валенках – 100 626, телогрейках – 188 992, рукавицах – 189 868, теплых шaроварах – 201 467, обуви – 47 413, папахах – 173 305.
Плановым назначением ЦУСа в августе 1921 г. эта потребность в главнейших предметах в среднем в процентном отношении удовлетворена: в шинелях на 10,28 %, гимнастерках – 5,06 %, шароварах – 4, 56 %, телогрейках – 4,7, ватных шароварах – 4,2, обуви – 54,7. Но, по заявлению начальника снабжения Красной армии и Красного флота, в течение сентября не предвиделось значительного отпуска предметов вещевого довольствия ввиду отсутствия ресурсов. В дополнение к полученным 7 тыс. шинелям при общей потребности в них 88 046 могло быть отпущено лишь 5 тыс.
«Проведение этих мер является тем необходимее, если принять во внимание совершенно особые условия службы войск ВЧК и исключительно важное значение выполняемых ими заданий… Президиум ВЧК, учитывая все возможности, имея в виду как затруднительное положение Республики в отношении наличных ресурсов вещ. имущества, так и, главным образом, срочность в вопросе осуществления практических мер по данному делу, полагает необходимым и целесообразным закупить обмундирование за границей в количестве до 60 000 комплектов. Имея в виду стоимость одного комплекта в среднем до 30 руб. зол., Президиум ВЧК просит ЦК РКП ассигновать на эту надобность 800 000 руб. золотой валютой»[564].
Помимо мер, предпринимаемых центром для улучшения снабжения воинских частей, усилия Дзержинского были направлены на то, чтобы в этом участвовали и местные органы власти. 20 ноября 1920 г. он и Склянский просили военкома Перми помочь кавалерийскому полку «по политическим и военным соображениям». Помощь должна выразиться в оказании содействия «в снабжении их всем необходимым, в предоставлении им без всяких задержек помещений и перевозочных средств, а равно поставит их в наивыгоднейшие условия в отношении политического воспитания и обучения»[565]. В середине июня 1921 г. Дзержинский направил телеграмму в Бахмут на имя предгубЧК К.М. Карлсона с просьбой об оказании всяческого содействия и поощрения инженерному батальону ВЧК[566].
Существенную помощь оказали воинам и созданные губернские комиссии по улучшению условий жизни войск, созданные постановлением СТО от 5 января 1921 г., в которую вошли и чекисты.
6 мая 1922 г. Дзержинский провел совещание полномочных представителей ГПУ с обсуждением вопроса «О материальном положении ГПУ». По докладу И.С. Уншлихта решено произвести максимальное сокращение личного состава с тем, чтобы фактически отпуск количества пайков не уменьшился и мог обеспечить наличное количество сотрудников; поручить С.Ф. Реденсу совместно с полномочными представителями в кратчайший срок разработать проект о дальнейшем сокращении личного состава всех органов ГПУ (транспортных, особых, секретных и гласных сотрудников и т.д., который рассмотреть на совещании с начальниками отделов); «создать Центральный секретный фонд материальный и денежный путем привлечения экономических комиссариатов»[567].
5 июля 1922 г. председатель ГПУ Украины В.Н. Манцев обратился к Ф.Э. Дзержинскому с письмом о бедственном положении чекистов: «…Я думаю, что это общий вопрос и в России положение их едва ли лучше. Денежное вознаграждение, которое уплачивается сотруднику, мизерное так же, как продовольственный паек. Сотрудник, особенно семейный, может существовать, только продавая на рынке все, что имеет. А имеет он очень мало. И потому он находится в состоянии перманентного голодания. На этой почве происходит общее понижение работоспособности, настроение сотрудников озлобленное, дисциплина падает, и нужны исключительные условия, чтобы в нужный момент заставить их работать, хотя бы вполовину против прежнего, зарегистрирован ряд случаев самоубийств на почве голода и крайнего истощения».
«Я лично, – писал Манцев, – получаю письма от сотрудниц, в которых
