Да к тому ж еще, бедняжка, Трясет головою… Гак вот она, та богиня! Горюшко с тобой! Не пришлось быть знакомым Мне с твоим портретом И поверил тупорылым Я твоим поэтам. Вот так дурень, еще битый, Только знать, не в меру! И читай, что написали, И имей им веру!.. (Перевод И. А. Белоусова — «Запретный Кобзарь» под его ред. изд. 2-е. М., 1922, стр. 18.)
Александра Федоровна до последнего момента своей жизни ощущала последствие нервного потрясения, испытанного ею 14 декабря 1825 года, с этого дня у нее начала, не переставая, трястись голова, что и отмечает в своих стихах Шевченко.
146 Предшествующая картина Иванова — «Появление Христа Магдалине».
147 В «Выбранных местах из переписки с друзьями» Гоголь посвятил особую статью Иванову (в виде письма к известному меценату гр. М. Ю. Виельгорскому) — «Исторический живописец Иванов». В ней Гоголь говорило картине Иванова как о «колоссальном деле, какого не затевал доселе никто», — но в то же время не давал фактического описания этого «явления небывалого», так что его статья, очень для него характерная, ни в какой мере не могла удовлетворить людей, желавших получить представлен и о грандиозной работе Иванова.
148 Французский археолог (1755–1849) — автор большого исследования (1816) о статуе Юпитера Олимпийского, работы прославленного древне-греческого скульптора Фидия.
149 Федор Антонович Моллер (1812–1875) — исторический живописец, ученик Брюллова, под влиянием которого протекала его дальнейшая творческая деятельность.
150 Как известно, картина Иванова, произведшая огромное впечатление в Риме, в России была встречена холодно и совсем не оправдала надежд, возлагавшихся на нее автором. Трагедия Иванова как художника коренилась в том, что его взгляды на искусство и его задачи, отраженные в двадцатилетием труде, шли вразрез с пониманием искусства широкой массы русских художников и всего общества — вернее той части, которая интересовалась живописью и вообще искусством
151 Кебаб, кебаф, кабаб — «баранина в ломтях изжаренная на вертелочке, шашлык» (Словарь Даля).
152 Вот документ, выданный Шевченку комендантом Новопетровского укрепления для следования в Петербург: «Билет. Предъявитель сею служивший в Новопетровском укреплении линейною оренбургского баталиона № l-го, рядовой из бывших художников с. — петербургской академии художеств, Тарас Григорьев Шевченко, согласно предписания командира означенного баталиона от 26-го июня за № 1651, последовавшего к заведывающему здесь двумя ротами того же баталиона и мне сообщенного в его рапорте от 29-го июня за № 535, по высочайшему повелению уволен от службы и ныне по желанию его отправлен на местожетельство свое в г. С.-Петербург. Вследствие чего прошу покорнейше гг. начальствующих по тракту чинить Шевченке свободный пропуск, а также и на месте в С.-Петербурге впредь до высылки ему откуда следует надлежащего паспорта на свободное проживание, в удостоверение чего дан сей билет, за надлежащим подписом, с приложением казенной печати. Укрепление Новопетровское, августа 1-го дня 1887 года. Новопетровский комендант, состоящий по армейской пехоте, майор Усков. За плац-адъютанта прапорщик Хитрин («Русская старина» 1891, № 5, стр. 442). Билет этот Шевченко получил по недоразумению: Ускову тогда еще не было известно, что поэту не разрешен въезд и проживание в столицах и что он должен «и четь жительство впредь до окончательного увольнения его на родину в г. Оренбурге». В Новопетровском это было выяснено 23 августа, и оттуда сразу же полетели «отношения» в Астрахань к находившемуся там плац-адъютанту Новопетровского Л. А. Бурцеву, в Академию художеств и в гражданские полиции Петербурга, Москвы и Нижнего-Новгорода — с просьбой немедленно отправить в Оренбург, «где он должен иметь местожительство впредь до окончательного увольнения его оттуда на родину» (Д. I. Яворницький, «Матеріали до біографіи Т. Г. Шевченка», Катеринослав, 1909, стр. 37–39) — Шевченко узнал об этом сюрпризе немедленно по прибытии в Нижний-Новгород (см. ниже, стр. 183); ради избавления от путешествия в Оренбург, он по совету добрых друзей «дипломатично» заболел, и болезнь его была удостоверена местной полицией. В томительном ожидании он прожил в Нижнем до 1 марта 1858 года, когда из Петербурга пришло разрешение, выхлопотанное влиятельными петербургскими друзьями Поэта, о разрешении ему проживать в Петербурге под строгим полицейским надзором (см. ниже стр. 258).
153 Лев Александрович, прапорщик 1-го Оренбургского линейного баталиона, бывший плац-адъютантом Новопетровского укрепления с осени 1855 года; один из приятелей Шевченка.
154 Знаменитого итальянского архитектора, с 1779 года жившего в Петербурге и украсившего город многими великолепными зданиями (Академии наук, Смольного монастыря и др.).
155 А. А. Сапожников, крупный астраханский рыбопромышленник и миллионер, был известен Шевченку еще мальчиком; есть основания предполагать, что поэт давал ему уроки рисования («Русская старина», 1896, № 3, стр. 657). Несмотря на первоначальное предубеждение, Шевченко возобновил с ним в Астрахани старое знакомство (см. ниже, стр. 183) и свое путешествие по Волге до Нижнего-Новгорода совершил на зафрахтованном Сапожниковым пароходе, вместе с его семьей. Возобновленное знакомство кончилось, однако, довольно нелепо: когда Шевченко в Петербурге пошел проведать Сапожникова, самодур-купец не принял его «по случаю скорого обеда» (см. ниже запись под 4-м мая 1858 года, стр. 291).
156 Опера Мейербера (см. ниже, стр. 206).
157 Песня из оперы композитора Алексея Николаевича Верстовского (1799–1862) «Аскольдова могила» (1835).
158 В один день с Шевченком были уволены от военной службы унтер-офицеры: Александр Храбчинский, Эразм Ольшевский и Феликс Фиялковский и рядовой Станислав Домарацкий (Д. I. Яворьницкий,
