«Лунная дорожка» стала визитной карточкой Майкла. Его выступление было номинировано на премию «Грэмми». А человеку, который научил его этому, было заплачено 1000 долларов. «Столько я попросил. Мне было 16. Для меня это были хорошие деньги, — говорит он, смеясь. — Сказать по правде, надо было брать 3000 долларов. Как я мог знать, что это станет его визитной карточкой?»
Майкл никогда публично не благодарил Каспера за то, что стало его фирменным знаком. «Это шоу-бизнес, — говорит Каспер. — Майкл — замечательный парень. Может быть, самый замечательный из всех, с кем я работал».
Майкл продемонстрировал виртуозное искусство танца в великолепном клипе Beat It. Когда он начинал работать над клипом Billie Gean, он имел смутное представление о том, чего хочет добиться. Но он точно знал, чего хочет, приступая к клипу Beat It. Над тем, что стало самым динамичным и дорогим клипом. Вместе с ним работали бродвейский хореограф Майкл Питере и опытный коммерческий директор Боб Джиральди. Хореографический ансамбль, занятый в этом клипе, часто имитировали и имитируют во всевозможных клипах разных звезд.
По сюжету этого клипа Майкл — «хороший парень» — останавливает две крупные банды подростков, готовых начать войну друг с другом.
Некоторые тинейджеры, посмотрев клип, спрашивали со злостью:
«Что знает Майкл Джексон о бандах? Он что, думает своими танцами решить наши проблемы — стычки, убийства, наркоманию?»
«Дело в том, что никто не обязан быть «крутым», — объяснял Майкл. — Ты можешь уйти от драки и остаться мужчиной. Не нужно умирать, чтобы доказать, что ты мужчина».
Визуально клип очень убедителен. Снимавшийся на улицах «неблагополучных» районов Лос-Анджелеса, он выглядит мрачным. Для достоверности на съемки пригласили 100 членов двух настоящих противоборствующих городских банд в качестве статистов (их кормили и заплатили по 100 долларов каждому за две ночи работы).
Банды были как бы на периферии съемочной площадки, Майклу не нужно было контактировать с ними. Сначала он немного нервничал, как и вся труппа. Потом он вел себя прекрасно с ними. Решающим стал момент, когда банды увидели группу в танце. Наверное, после этого они стали уважать артистов. Майкл дал им автографы и сфотографировался с ними.
Доходы от продажи Thriller стали, используя выражение Майкла, «выше крыши», после его выступления на 25-летии Motown и клипа Beat It. Он вышел, когда Billie Gean продолжал подниматься в чартах популярности. Теперь, имея два клипа одновременно в десятке лучших, Майкл Джексон был ближе всего к своей цели - СТАТЬ НОМЕРОМ ПЕРВЫМ!
* * *
Между записью шоу в марте и показа по ТВ в мае Джер-мен встречался с братьями и даже с Джозефом, но только не с Майклом. Они обсуждали возможности ухода Джермена из Motown и совместных гастролей. Отец считал идею потрясающей. «Успех Майкла только поможет нам. Он идет вверх и, наверное, бросит нам веревку, чтобы мы поднялись», — говорил Тито. Турне дало бы Марлону шанс вырваться из финансовых «тисков». Он и его жена Кэрол помирились, к большому облегчению всей семьи.
«Они на самом деле принадлежат друг другу, — говорил Майкл. — В нашей семье они — пример настоящей любви».
Братья подготовили для Си-би-эс новый альбом — Victory. Майкл сначала не хотел участвовать в проекте, он написал и исполнил для него только две вещи. После записи альбома братья начали обсуждать возможность рекламного турне, но никто не знал, как он на это посмотрит. Считалось что должен согласиться; в конце концов, до этого они всегда договаривались.
Наступил июнь 1983 г. Он не сулил стать удачным для Джексонов.
Майкл и его братья так и не возобновили свои контракты с отцом, Роном Вайснером и Фреди ДеМанном. Братья ждали, как поступит Майкл. Он разочаровался в двух последних и не торопился принимать решение.
Джозеф с приходом Джона Бранка, которому Майкл доверял безоговорочно, оказался как бы не удел. Он нервничал его положение по отношению к Майклу стало шатким как никогда.
Наконец Майкл решил уволить Вайснера и ДеМанна «Они сказали, что будет продано не более 2 миллионов пластинок Thriller, - объяснял Джексон. - Кому они нужны после этого? Они посоветовали мне не участвовать в праздновании 25-летия Motown. И, посмотрите, какой это был дурной совет».
Джон Бранка напомнил Майклу, что прежде всего он сам не хотел включиться в этот проект, но тот спорил, что не в этом дело, и считал, что Вайснер и ДеМанн соглашались с ним, а должны были убедить его в обратном. «Отошлите им контракт, - сказал он Бранка. - И закончим с этим».
Вайснеру и ДеМанну выдали их документы 22 июня утром этого дня. Вайснер говорил с Майклом. Казалось, проблем не было. Он был в ужасе, получив бумаги после полудня, но не мог дозвониться до Джексона. Конечно, это не было лучшим решением, но ему так было проще. Если кто-то терял его расположение, он исчезал с его горизонта и из его мыслей, как будто никогда не существовал.
* * *
Самый известный артист в мире оказался без менеджера и пресс-агента. После увольнения Вайснера и ДеМанна команда Майкла состояла из адвоката и главного советника Джона Бранка, телохранителя Билла Брэя, бухгалтера Гел-фанда и секретаря.
Когда синглы Beat It! и Billie Gean оказались одновременно в лучшей десятке, Куинси Джонс заказал трехлинейный телефонный разговор, в котором участвовал он, Майкл и Джон Бранка.
— Происходят невероятные вещи, Смелли[6], — сказал Куинси Майклу. — Тебе необходим менеджер. Как ты мог уволить Вайснера с ДеМанном? Что ты теперь собираешься делать?
— Куинси, Бранка держит все в руках. Он великолепен. Я спокоен, почему ты нервничаешь? — Он свернул разговор и повесил трубку.
Позже Куинси перезвонил Бранка:
— Джон, я волнуюсь. Карьера парня под угрозой. Это как самолет без пилота.
— Что? У него две пластинки в лучшей десятке, и его карьера под угрозой? — смеясь, спросил Бранка.
— Но... — начал Куинси.
— Майкл знает, что делает, — сказал Бранка. — Этот парень — чертов гений. К тому же нас прикрывают Си-би-эс и Етникофф.
— Но... — опять начал Джонс. Бранка перебил его:
— Это наш шанс, и я готов хоть сейчас пойти и кому угодно надрать задницу за него, потому что ему дано ЭТО, Куинси. Я люблю этого парня и хочу просто выполнять его приказы.
Это убедило Куинси, что не имело значения. Джон Бранка знал, о чем говорил.
Нелегко увольнять своего отца, должен был признать Майкл Джексон.
Был июнь 1983 г. Как бы ни был он зол на Джозефа, сделать этот шаг, фактически прекратив профессиональные отношения с ним, ему по-прежнему было трудно.
