что им (незаконно обложенным) не давали документов на выезд в край или Москву, запретили почте принимать т-мы во ВЦИК, и десятки людей ехали в Вёшенскую (другой край, Сев<еро-> Кавказ<ский>), слали отсюда Калинину т-мы, просили, униженно выпрашивали, а оттуда лаконические стереотипные ответы: “Дело ваше передано рассмотрение округа”. Один парень – казак х<утора> Скулядного, ушедший в 1919 г. добровольцем в Кр<асную> армию, прослуживший в ней 6 лет, красный командир – два года, до 1927 года, работал пред. сельсовета. В этом году имел: 6½ д<есятин> посева, 1 лошадь, 2 быка, 1 корову и 7 душ семьи, уплачивал налог ед. с/х. в размере 29 р., хлеба вывез 155 п<удов>, до самообложения чрезвычайной комиссией в размере 200 п. (в четырёхкратной замене 800 р.). У него продали всё, вплоть до семенного хлеба и курей. Забрали тягло, одежду, самовар, оставили голые стены дома. Он приезжал ко мне ещё с 2 б<ывшими> кр<асноармей>цами. В т-ме Калинину они прямо сказали: “Нас разорили хуже, чем нас разоряли в 1919 г. белые”. И в разговоре со мною горько улыбался. “Те, – говорит, – хоть брали только хлеб да лошадей, а своя родимая власть забрала до нитки. Одеяло у детишек взяли. Просил, купить хотел, взял бы денег взаймы. «Нет, мол, денег нам не нужно, лови 14 штук курей”.
Вот эти районы и дали банду. А что творилось в апреле, в мае! Конфискованный скот гиб на станичных базах, кобылы жеребились, и жеребят пожирали свиньи (скот весь был на одних базах), и всё это на глазах у тех, кто ночи не досыпал, ходил и глядел за кобылицами… После этого и давайте говорить о союзе с середняком. Ведь всё это проделывалось в отношении середняка».
Так начиналась «Поднятая целина». В эти майские недели зарождалась её интонация, тема, мука.
Левицкую письмо поразило. Она показала его одному из секретарей Московского комитета партии. Тот, в свою очередь, передал Сталину.
* * *
Весной затеялось удивительное дело: режиссёры Иван Правов и Ольга Преображенская решили экранизировать первую книгу «Тихого Дона».
Сколько фильмов в детстве своём, в юности, да и в зрелости Шолохов пересмотрел! Кино он любил. А тут его герои окажутся на экране: мыслимо ли? И Гришка, и Аксинья, и весь Татарский, читай Каргинский хутор, и часть Плешакова заодно.
Преображенская ещё до революции была одной из ведущих российских актрис, а первый свой фильм – «Барышня-крестьянка» по Пушкину – сняла в 1916 году. С 1918-го преподавала во ВГИКе; в 1927-м они начали работать с Правовым, поставив нашумевший фильм «Бабы рязанские» – о русской деревне в революционные годы. Снимали на Рязанщине, те самые рязанские бабы составили массовку. Режиссёры добились желаемого: художественный фильм зачерпнул реальности и получился зрелищным и ярким. Главную роль в нём сыграла восемнадцатилетняя дебютантка Эмма Цесарская – украинская еврейка из Екатеринослава, в 16 лет переехавшая в Москву. Деревенской жизни Цесарская толком не знала, но с ролью справилась отлично.
Экранизацию «Тихого Дона» готова была поддержать германская кинофирма «Дерусса». Но немцы сразу поставили условие: Аксинью будет играть Цесарская. В итоге её утвердили без проб за девять месяцев до начала съёмок.
Когда Шолохов с ней встретится – онемеет. Эти быстрые чёрные глаза, эта ослепительная улыбка – кипенные зубы, задорный поворот головы… Просто чёрт знает что, а не девка.
Он влюбится. Не так чтоб голову потерять, а по-казачьи сдержанно. Коготком в сердце уязвлённый, вида поначалу не подаст.
Когда в 1951 году художник Орест Верейский начнёт работать над иллюстрациями к «Тихому Дону», Аксинья у него будет с лицом Цесарской. Это, конечно, Шолохов ему присоветовал.
На роль Григория выбрали Андрея Абрикосова – из поколения советских беспризорников, получивших «путёвку в жизнь», как в другом знаменитом фильме. 21-летний сотрудник Театра-студии Малого театра, Абрикосов мало того, что в кино не снимался, – он даже в театре не успел ни одной роли сыграть. Но что-то в нём подкупило режиссёров. Показали его фотографии Шолохову – он согласился: а что, похож…
Абрикосов войдёт в число ведущих советских артистов и впоследствии сыграет целую россыпь великих ролей – Гаврилу Алексича в «Александре Невском» 1938 года, митрополита Филиппа Колычёва в «Иване Грозном» 1945 года, а также в фильмах «Свадьба в Малиновке» (1967), «Братья Карамазовы» (1968), «Руслан и Людмила» (1972).
И Цесарская, и Абрикосов так полюбятся Шолохову, что появятся в его послевоенных экранизациях. Но пока ещё кино было немым. Перенос такого сложного романа на экран с минимальным количеством диалогов казался невозможным.
Сценарий к фильму написали сами режиссёры. Снимать Шолохов посоветовал в хуторе Диченском на берегу Северского Донца. Мог бы и на Верхнем Дону определить группу, чтоб далеко не ездить на съёмки. Сказал бы: у меня половина событий в Каргинском происходит, другая в Плешакове, ещё в Ягодном, а остальные прямо тут, в станице Вёшенской – оставайтесь. В Диченском имелись отличные виды – таких не было ни в Каргинской, ни в Плешакове, и даже Вёшенская уступала тем местам.
Но в шолоховском выборе были и свои глубинные мотивы. На Верхнем Дону, как мы помним, жили не просто свидетели, а участники событий, описанных в романе. Начнутся съёмки, а тут из массовки выступит казак и вдруг скажет:
– Не так вы Шамиля показываете. Он не в энтот раз погиб, а в другой.
– А ты откуда знаешь?
– А я сын ему.
И потащат сына в участок расспрашивать, что да как.
Ни к чему.
Глава седьмая
Перелом
31 мая 1929 года из Италии в Москву приехал Максим Горький – ещё не насовсем. А 9 июля Сталин написал редактору «Рабочей газеты», старейшему большевику Феликсу Кону: «Знаменитый писатель нашего времени тов. Шолохов допустил в своём “Тихом Доне” ряд грубейших ошибок и прямо неверных сведений насчёт Сырцова, Подтёлкова, Кривошлыкова и др., но разве из этого следует, что “Тихий Дон” – никуда негодная вещь, заслуживающая изъятия из продажи?»
Нет, не следует – такой предполагался ответ на риторический вопрос.
Горький заочно передал Шолохову предложение принять участие в создании пособия «История Гражданской войны в СССР», став редактором донского раздела. Членами редакции многотомника должны были стать первые лица государства: от Сталина и Ворошилова до Кирова и Гамарника. Помимо Шолохова, участие в работе было предложено Алексею Толстому, Фадееву, Олеше, Всеволоду Иванову. Шолохов сразу не отказал, но коллективную работу он не любил и никогда впредь участвовать в ней не будет.
За июль Шолохов получил три телеграммы из «Октября»: товарищ писатель, ну как так, мы все заждались, шлите новые главы третьей книги! Кажется, это Горький поинтересовался: а что там с продолжением «Тихого Дона»?
Третий том ещё был в работе, Левицкой Шолохов писал: «…туго работаю над 6 частью».
Через московские литературные знакомства Шолохов пытался пробить шанс выйти на ОГПУ и получить возможность поработать с закрытыми материалами по Вёшенскому восстанию и бандитизму начала
