Людмила Мартьянова - Мудрость Востока. Афоризмы

Ты, чей облик свежее
пшеничных полей,
ы михраба из райского храма милей!
Тебя мать при рожденье
омыла амброю,
Подмешав в аромат капли крови моей!

Тьмы загадок на сына
обрушил ты разом,
Над которыми тщетно
терзается разум.
Проснитесь, наконец, обманутые дети!
Вы слепо верите лжецам
былых столетий.

Стремятся юноши
к походам боевым,
А рассудительность потом
приходит к ним.

Все на одно лицо:
исполненный гордыни
Сын знатной женщины
и жалкий сын рабыни.

Беда тому, кто разумом гордится,
А сын его бездельник и тупица.
И добрый нрав, и размышлений плод
К наследнику, увы, не перейдет.

Едва окрепнет клюв у голубка
И желтый пух заменится пером —
Покинет он родимое гнездо
И запорхает в небе голубом.

Как жаль, что отпрыск неразумный
Рождается от мудреца:
Не получает сын в наследство
Талант и знания отца.

Ты буйство юности, как зверя, укроти. Отцу и матери всегда служи отрадой.
Не забывай о том, что мать вспоила нас, Отец же воспитал свое родное чадо.

Пусть золотое слово мудреца
Получит сын в наследство от отца.

Родятся дети, и пойдут заботы,
На этом свете нас согнут заботы.

Учи детей приличью, знаньям, коих
Им бы хватило для миров обоих.

Пусть золотое слово мудреца
Получит сын в наследство от отца.

Что говорить, когда и мудрецы —
Порою несчастливые отцы.

Звонкой песней всех струн
воспевай ты вино,
Говорящего дело не слушать —
грешно.
И не будь никогда
ниже вьючной скотины,
Коей воду испить
лишь под свист суждено.

В дом питейный ты зря, наугад, не ходи,
Коль с монахами терпишь разлад —
не ходи.
Этот путь – путь людей одиноких
и гордых, —
В уголок этот ты для услад не ходи!

Вожделея, желаний своих не таи,
В лапах смерти угаснут желанья твои.
А пока мы не стали
безжизненным прахом, —
Виночерпий, живою водой напои!

Те, кому была, жизнь полной мерой дана,
Одурманены хмелем любви и вина.
Уронив недопитую чашу восторга,
 Спят вповалку в объятиях вечного сна.

Так как разум у нас
в невысокой цене,
Так как только дурак
безмятежен вполне —
Утоплю-ка остаток рассудка в вине.
Может статься, судьба улыбнется и мне!

Виночерпий нас видит
с тобою насквозь,
Перед ним своей знатностью
хвастаться брось.
Как обычай велит,
выпей полную чашу —
И в застольное братство поверишь,
небось.

Если ты не впадаешь
в молитвенный раж,
Но последний кусок
неимущим отдашь,
Если ты никого из друзей
не предашь —
Прямо в рай попадешь…
если выпить мне дашь!

Друзья, дадим обет
быть вместе в этот час,
В веселье на печаль
совместно ополчась,
И сядем пить вино
сегодня до рассвета!
Придет иной рассвет,
когда не будет нас.

Пей с достойным,
который тебя не глупей,
Или пей с луноликой любимой своей.
Никому не рассказывай,
сколько ты выпил,
Пей с умом.
Пей с разбором.
Умеренно пей.

Вино запрещено, но есть четыре «но»:
Смотря кто, с кем, когда
и в меру ль пьет вино.
При соблюдении сих четырех условий
Всем здравомыслящим
вино разрешено.

Пейте смело, друзья!
В час веселых утех
Усладят нас свирель,
гимны зелью и смех,
Что ж до Судного дня, —
он, похоже, не завтра.
Может быть, позабудут
наш маленький грех.?..

О вино!
Ты прочнее веревки любой,
Разум пьющего крепко
опутан тобой.
Ты с душой обращаешься,
словно с рабой,
Стать ее заставляешь самою собой.

Нищий мнит себя шахом,
напившись вина,
Львом лисица становится,
если пьяна. З
ахмелевшая старость беспечна,
как юность,
Опьяневшая юность, как старость, умна.

Бокала полного веселый вид мне люб,
Звук арф, что жалобно притом звенит,
мне люб.
Ханжа, которому чужда отрада хмеля,
Когда он за сто верст, горами скрыт, —
мне люб.

Хочешь – пей, но рассудка спьяна
не теряй,
Чувства меры спьяна, старина,
не теряй.
Берегись оскорбить благородного
спьяну.
Дружбу мудрых за чашей вина
не теряй.

«Мы из глины, —
сказали мне губы кувшина, —
Но в нас билась кровь
цветом ярче рубина…
Твой черед впереди.
Участь смертных едина.
Все, что живо сейчас,
завтра – пепел и глина».

Не по бедности я позабыл про вино,
Не из страха совсем опуститься на дно.
Пил вино я, чтоб сердце
весельем наполнить,
А теперь мое сердце тобою полно.

Напоите меня, чтоб уже не пилось,
Чтоб рубиновым цветом лицо налилось!
После смерти – вином мое тело омойте,
А носилки для гроба слепите из лоз.

В жизни сей опьянение лучше всего,
Нежной гурии пение лучше всего,
Вольной мысли кипение лучше всего,
Всех запретов забвение лучше всего.

Виночерпий, опять моя чаша пуста!
Чистой влаги иссохшие жаждут уста
Ибо друга иного у нас не осталось,
У которого совесть была бы чиста.

Разве суетность мира тебе не смешна?
Что нам битый кувшин,
если чаша полна?!
В сердце – зелье тоски,
исцеленье – в бутыли.
Горе тем, кто ее не осушит до дна!

Я пью, – что говорить,
но не буяню спьяну;
Я жаден, но к чему?
Лишь к полному стакану.
Да, свято чтить вино до смерти буду я,
Себя же самого, как ты,
я чтить не стану.

В жизни трезвым я не был,
и к Богу на суд
В Судный день меня пьяного
принесут!
До зари я лобзаю заздравную чашу,
Обнимаю за шею любезный сосуд.

Коль не пью я вина —
значит, я не созрел,
Если пью я всегда, то позор —
мой удел.
Можно пить мудрецу, также шаху,
бродяге,
Так не пей,
раз одним из них стать не сумел!

Во мне вы видите
чудовище разврата? Пустое!
Вы ль, ханжи,
живете так уж свято.?
Я, правда, пьяница, блудник
и мужелюб,
Но в остальном —
слуга послушный шариата.

Хоть мудрый шариат и осудил вино,
Хоть терпкой горечью
пропитано оно, —
Мне сладко с милой пить.
Недаром говорится:
«Мы тянемся к тому,
что нам запрещено».

Сердце! Пусть хитрецы,
сговорясь заодно,
Осуждают вино, дескать, вредно оно.
Если душу отмыть свою хочешь
и тело —
Чаще слушай стихи, попивая вино.

Пить вино хорошо, если в сердце весна,
Если гурия рядом, нежна и страстна.
В этом призрачном мире,
где тлен и руины,
Для забвенья заветная чаша дана.

Не осталось мужей, коих мог уважать.
Лишь вино продолжает меня ублажать.
Не отдергивай руку
от ручки кувшинной,
Если в старости некому руку пожать.

Сердце, в жизни от пьянства
подальше держись,
Полных кубков, застолий
ты сторонись! Есть в вине – исцеление,
в пьянстве – страданье,
Ты не бойся лекарства,
болеть – берегись.

Если хочешь покоиться
в неге блаженной
И у ног своих мир этот видеть
надменный,
Перейди в мою веру.
Учись у меня, —
Пей вино,
но не пей эту горечь
Вселенной!

Достав вина два мана, не жалей, —
Сам пей и вдоволь угощай друзей.
Ведь не нуждается Создатель мира
В твоих усах и в бороде моей.

Петь так петь —
соловьи все дружней и дружней.
Пить так пить —
мы с друзьями пьяней и пьяней.
Вот и роза в саду
сладострастно раскрылась.
Два-три раза на дню
я склоняюсь над ней.

Сбрось обузу корысти, тщеславия гнет,
Злом опутанный, вырвись
из этих тенет.
Пей вино и расчесывай локоны милой:
День пройдет незаметно —
и жизнь промелькнет.

Вина не пьющий, воздержись хотя б
Кичиться силой перед тем, кто слаб.
Не лицемерь, ты в сотне дел повинен,
Пред коими вино – лишь малый раб.

Тот, кто пользу умеет извлечь из вина,
Разве пьян? Голова его дивно ясна.
Для глупца при излишестве
вред несомненен,
При разумном питье —
только польза одна.

Пока сердца глаза
не сумеешь раскрыть,
До тех пор прозорливым
не сможешь ты быть.
Выпей чашу вина вот из этого жбана,
Не теряй же надежды ведущую нить!

Когда устанут гости пить и есть,
Дверь отвори, благодари за честь.

Всех разумней тот,
Кто всюду в меру ест и в меру пьет.

Но особую радость дарит нам вино
Той порой, когда розы сияют огнем.

Коль нам веселиться и пить суждено, —
Красавицы пусть наливают вино.
Безумцы безумными нас полагают,
Мы здравы рассудком,
но пьяны давно!

Мадж, прочитай мои стихи,
учи их наизусть,
Созданья сердца и ума
живыми станут пусть.
Мы будем целовать уста
красавиц молодых,
Налей вина, развеселись
и позабудь про грусть!

Но особую радость дарит нам вино
Той порой, когда розы сияют огнем.

Вино – твой друг, пока тверёз,
а если пьян – то враг,
Змеиный яд оно, когда
напился, как дурак.
Немало может быть вреда
во многом, дорогой,
А в малом прок великий есть,
что знать обязан всяк.

Кружится ум, коль твой кумир
с тобою рядом пьет,
Искать утех в вине густом
и алом хорошо.

Пей, друг, вино, гони печаль
и мрака избегай, —
Бежать от тех, кто в сне глухом
и вялом, хорошо.