практически одновременно. Хоть и не очень у них это получилось, но тем не менее, на ваш взгляд, что произошло, что может произойти и что не должно произойти?
Александр Дугин. После прихода Трампа к власти в Европе произошел раскол на два лагеря. С одной стороны это, скажем так, евротрампизм, то есть политики, которые стоят на позициях реализма и традиционных ценностей (евротрамписты, европутинисты, которые в любом случае против ЕС). Это и отдельные государства, и отдельные политические силы. В таких странах, как Сербия, Венгрия, Словакия, уже торжествует власть реалистов. Или, например, Италия. Там тоже звучит довольно русофобская мелодия, но зато протрампийская. И все они против Евросоюза. В других странах это оппозиция. В Германии – AfD, в Румынии это Кэлин Джорджеску, во Франции – Марин Ле Пен. То есть есть те европейские силы, которые против глобализма выступают в самой Европе. Как государства, так и движения.
С другой стороны, глобалисты в большинстве своем стоят во власти других европейских государств: во Франции, в Англии, хотя это не Евросоюз, но это же Европа, в Германии – все-таки Мерц победил и сейчас выстраивает коалицию, пытаясь обойти AfD.
Между двумя этими сторонами сейчас происходит раскол внутри Европы. То есть Америка отошла в сторону, а Европа раскалывается. И поэтому глобалисты пытаются организовать цветные революции, чтобы лишить власти тех политиков, которые настаивают на суверенистской реалистской позиции. Отсюда синхронные, созданные по одной и той же методике волнения в Сербии против Вучича и Вулина. Не надо забывать, что прекрасный политик Вулин, вице-премьер Сербии, сейчас воплощает в себе сербский патриотизм, жесткую реалистскую позицию, совершенно разумную, опирающуюся на традиционные ценности.
И сети Сороса, сети Глюксманна и Макрона сознательно организуют цветные революции с целью уничтожить эти суверенистские режимы и объединить и укрепить власть глобалистов над всей Европой, причем не соблюдая никаких политических правил, никаких процедур, никаких принципов демократии. Они запрещают участие в выборах кандидатам, которые не соответствуют их повестке, как в Румынии победителю первого тура президентских выборов Кэлину Джорджеску. Они подтасовывают результаты выборов, они снимают людей с их постов, они организуют, по сути дела, операции по смене режима в неугодных им государствах, как в Сербии и Венгрии. Это тоже в широком контексте представляет собой очень серьезный процесс, это раскол Европы.
И те страны, которые держатся, и те силы суверенистов, которые поднимаются против этого, даже находясь в оппозиции, постепенно формируют контуры другой Европы. Европу традиций, Европу реализма. Маск одно время много писал об этом: идея MEGA, Make Europe Great Again, по аналогии с амреканской MAGA, Make America Great Again. Так вот, там, где сторонники MEGA находятся у власти, глобалисты пытаются их свергнуть, организовывая волнения, а там, где они находятся в оппозиции, представители европейской идентичности нещадно подавляются.
Европа расколота, и именно так надо понимать события в Сербии. Все остальное – ерунда и предлоги. Может быть, Вучич действительно сделал что-то не так, правительство в чем-то ошиблось, но для любой политической структуры, находящейся у власти, нормально совершать ошибки. Это был лишь предлог для того, чтобы отнять власть у суверенных европейских правителей, ориентирующихся на то, чтобы сделать Европу снова великой.
Деэскалация: первые осторожные шаги[47]
Русско-американские беседы
Татьяна Ладяева. Уже более часа идут российско-американские переговоры в Эр-Рияде. Пока заявлений оттуда нет. Многие характеризуют это как технический раунд: будут, безусловно, договоренности, но не те громкие заявления. То есть пока мы не говорим о завершении конфликта и подписании документов, а это только новый этап, и до завершения еще много работы впереди. Александр Гельевич, что вы ожидаете на сегодняшний момент?
Александр Дугин. Мне представляется, что справедливо оценивать этот раунд переговоров как чисто технический. Все принципиальные вопросы решаются только на уровне согласования позиций между президентом России Владимиром Путиным и президентом США Дональдом Трампом. Безусловно, столь масштабный вопрос, как прекращение войны между двумя сверхдержавами с ядерным оружием, требует очень серьезных проработок. Судя по составу этой делегации, это довольно технические участники с нашей стороны. Это не Ушаков, не Лавров, не Нарышкин, не Шойгу и не Белоусов, которые отвечают за военные, стратегические и внешнеполитические вопросы действительно на следующем уровне.
Татьяна Ладяева. Давайте назовем, кто это, для понимания. Это глава Международного комитета Совета Федерации Григорий Карасин и советник директора Федеральной службы безопасности Сергей Беседа.
Александр Дугин. То есть люди даже не третьего, а, скажем, шестого плана в нашей иерархии. Никто, естественно, не снимает с них полномочий, и раз президент их направил, значит, он им доверяет и им он поручил вести обсуждение тех проблем, которые имеют значение, но это не те люди, которые связаны с решением таких вопросов, как остановка или продолжение войны, эскалация или деэскалация.
Речь сейчас пойдет, насколько я понимаю, о положении в Черном море, о прекращении боевых действий в акватории Черного моря, но это не самая, скажем откровенно, жизненно важная часть СВО для нас. Тот факт, что мы расширяем зону обсуждаемых тем с американцами, заслуживает полной поддержки, но все же, с какой бы симпатией мы к ним ни относились, они наши враги. Мы сейчас с ними воюем. Понятное дело, что это не война Трампа и что ее развязали те, кто является врагами его самого, но все-таки, несмотря на это, США находится в состоянии войны с Россией. Без ежедневной помощи и ежеминутной поддержки США украинский режим давно бы пал. ВСУ не продержались бы дольше, я думаю, недели, и пустились бы в паническое бегство.
Это все понимают сейчас, и, в общем-то, понимает все больше и больше сам Трамп. Только сейчас он начинает, по-моему, осознавать, что находится в состоянии войны с нами. Когда он занимался предвыборной кампанией и был кандидатом в президенты, даже пока не вступил после инаугурации в Белый дом, он мог позволить себе популистские высказывания. Мол, я остановлю эту войну, посажу Путина и Зеленского за стол переговоров, это вообще не проблема. Но тут вдруг выяснилось (когда он оказался в Белом доме, в Овальном кабинете), что эту войну ведет он, а никакой не Зеленский и даже не Евросоюз. А лично он.
Татьяна Ладяева. То есть изменилось его отношение к ситуации, к нам, Украине, к самому себе, а может быть, к Байдену?
Александр Дугин. Нет, к Байдену, я думаю, не изменилось. Трамп оказался в ситуации, когда он отвечает за все происходящее. Ему раньше
