Павел Уваров - Между «ежами» и «лисами». Заметки об историках

310

В устном выступлении я сравнивал ситуацию в исторической науке, и в частности – в медиевистике, с бубликом, у которого все самое вкусное по краям, а в центре – дырка. Но в сборнике, посвященном директору нашего института, эта метафора мне показалась недопустимой вольностью.

Иванова Н.А., Желтова В.П. Сословное общество Российской империи (XVIII – начало XX в.). М., 2009.

Каменский А.Б. К проблеме сословности в России XVIII века (воспоминания и размышления) // А.М.П. Памяти А.М. Пескова. М., 2013. С. 79—93.

В «Истории историка» (2004) А.Я. Гуревич, возвращаясь к памятному для него обсуждению его учебного пособия в 1970 году, приводит высказывание Е.В. Гутновой: «Для нашей историографии всегда был характерен акцент на экономических, поземельных отношениях». «Боюсь, что и до сих пор характерен…» – иронизирует Арон Яковлевич. Увы, это была ошибка, причем весьма характерная, – в «нулевых годах» экономической историей не занимался уже никто из российских медиевистов, и почти никто – историей социально-экономической. Воевать стало теперь не с кем.

Его можно охарактеризовать как conglomeratio centri, неизменно сопровождающего обратный центробежный процесс – exglomeratio centri, согласно терминологии Николая Кузанского, актуализированной Л.П. Карсавиным.

Дубровский И.В. Феодализм в представлении современных медиевистов // Всемирная история: В 6 т. Т. 2: Средневековые цивилизации Запада и Востока. М., 2012. С. 19.

Более того, опыт работы над «Всемирной историей» показал, что без социальной проблематики материал по истории той или иной страны или региона распадается на изолированные рассказы о династических переворотах, сражениях, шедеврах культуры.