Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 114
Эта встреча уже стала легендой. Я не особенно горжусь той ролью, которую сыграл в произошедшем, — главным образом потому, что этот кошмар получился совершенно случайно, — но, если бы мог вернуться в прошлое и попробовать устроить все это снова, я не изменил бы ровным счетом ничего.
В то время я чувствовал себя немного виноватым, не неся, впрочем, по сути никакой ответственности за то, что фаворит демократов столкнулся с обезумевшим от джина кислотным фриком, но это было до того, как я понял, с каким чудовищем мне довелось иметь дело.
Когда его кампания пошла на дно и у его экс-сотрудников развязались языки, я узнал, что работать на Большого Эда было примерно тем же самым, что сидеть запертым в крытом грузовом вагоне со злобной 90-килограммовой водяной крысой. Некоторые из высокопоставленных работников Маски считали своего босса опасно нестабильным. У него, как они говорили, было несколько личин, и никогда не удавалось предугадать, с кем тебе придется иметь дело сегодня — с Авраамом Линкольном, Гамлетом, капитаном Квигом или Глупцом Бобо…
Вообще о Маски говорят много странного, но сейчас нет времени это пересказывать. Возможно, после съезда, когда давление немного спадет, хотя сейчас в этом нельзя быть уверенным: положение осложняется.
Единственная «история о Маски», которая интересует меня сейчас, — это как ему удалось одурачить этих бедных ублюдков, сделавших его де-факто лидером партии и тем, кто, по замыслу партийных боссов, должен был противостоять Никсону в ноябре. Вот это я хотел бы знать, и если кто-нибудь, кто читает меня сейчас, может поделиться со мной подробностями, обязательно сразу же позвоните в отделение журнала Rolling Stone в Сан-Франциско.
Кошмар Маски все больше тянет на то, чтобы стать важным переломным моментом для Демократической партии. Пойдя на дно, Большой Эд утянул за собой около половины государственной структуры власти. В одном штате за другим — каждый раз, когда он проигрывал предварительные выборы — Маски гробил местных торговцев демократической властью: губернаторов, мэров, сенаторов, конгрессменов… Большой Эд должен был стать их билетом в Майами, где они планировали в очередной раз проделать свои делишки и сохранить партию по меньшей мере жизнеспособной, если уж не здоровой. Все, что от Маски, по их словам, требовалось, — это держать свой рот на замке и действовать, как Авраам Линкольн.
А боссы сделали бы все остальное. Что касается этого безрассудного ублюдка Макговерна — он мог собрать разработанные им реформистские идеи и засунуть их себе в задницу. Съезд был укомплектован делегатами Маски — прогорклые сливки партии в полном составе, — и они бы в два счета расправились с бойскаутами Макговерна.
Все это происходило четыре месяца назад, перед тем как Маски начал крушить и уничтожать все, к чему прикасался. Сначала это было бухло, затем «красные» и, наконец, выход за край на ибогаине… Логично, что в тот момент большинство «старых добрых парней» решили в очередной раз присмотреться к Хьюберту Хамфри. Ничего особенного он собой не представлял — они все это понимали, но к маю это было единственное, что им оставалось.
Не так много, конечно. Любая политическая партия, которая не может отрыгнуть ничего лучше, чем старый стервятник с покалеченным мозгом навроде Хьюберта Хамфри, заслуживает образцово-показательного избиения. Понятно, что это не заставит их полюбить Хьюберта, но просто из соображений безопасности его надо в любом случае кастрировать.
Кастрировать? Господи! Неужели уже не осталось ничего святого? Четыре года назад Хьюберт Хамфри баллотировался на пост президента Соединенных Штатов от Демократической партии и почти победил.
Едва спаслись. Я в 1968-м голосовал за Дика Грегори, и, если каким-то образом Хамфри удастся в этом году снова выдвинуться, я буду голосовать за Ричарда Никсона.
Но Хамфри не будет выдвинут — уж, по крайней мере, не от Демократической партии. Он, конечно, может закончить тем, что будет конкурировать с Никсоном, но все шансы будут против него. Даже Никсон не в состоянии опуститься до уровня Хьюберта.
Так что же Хамфри делать с самим собой? Неужели наверху не найдется местечка для абсолютно бесчестного человека? Для сенатора Соединенных Штатов? Для лояльного члена партии?
Ну… Хотя я терпеть не могу отходить от объективности в журналистике, даже ненадолго, однако нет иного способа объяснить, почему этот коварный ублюдок, по-видимому, на этот раз наколол сам себя, кроме как обратиться к догадкам.
Но сперва несколько фактов: во-первых, Джордж Макговерн настолько близок к выдвижению на первом туре голосования в Майами, что все, кроме Хьюберта Хамфри, Джина Маккарти, Ширли Чисхолм и Эда Маски, кажется, готовы принять это как данность… Во-вторых, национальная Демократическая партия больше не контролируется «старой гвардией» — политиканами в стиле «босс», такими как Джордж Мини и мэр Дейли — или даже потенциально либеральными типами из той же «старой гвардии», такими как Ларри О’Брайен, который не далее как полгода назад думал, что у них все под жестким контролем… В-третьих, Макговерн ясно дал понять, что хочет большего, чем просто выдвижения на пост президента: он намеревается разделить Демократическую партию на части и вновь выстроить ее в соответствии с собственным планом… В-четвертых, если Макговерн победит в ноябре Никсона, он получит возможность делать с партийной структурой все что хочет… И в-пятых, если Макговерн в ноябре проиграет, контроль над Демократической партией немедленно вернется в руки «старых добрых парней», а сам Макговерн будет помечен клеймом «очередного Голдуотера» и лишен всякой власти в партии.
Схема была разработана еще в 1964 году, когда мозговой трест Никсона — Митчелла уже строил планы на 1968-й — отступить, сложить руки и позволить механизму Великой старой партии на несколько месяцев попасть в руки берчистов[93] и безумцев правого крыла… А когда Голдуотера растоптали на выборах, толпа Никсона — Митчелла выдвинулась вперед и захватила партию без всякого сопротивления… И четыре года спустя Никсон въехал в Белый дом.
Глухие угрозы такого толка уже раздавались со стороны фракции Дейли — Мини. Дейли в частном порядке угрожал сдать в ноябре Иллинойс Никсону, если Макговерн продолжит настаивать на отводе делегации послушных рабов Дейли в 85 человек на съезде в Майами… А Мини время от времени бормочет вслух, что, может быть, профсоюзам в долгосрочной перспективе было бы лучше вынести еще четыре года при Никсоне, чем подвергаться риску того, что Макговерн обрушит на них какое-либо радикальное безумие.
Еще одним человеком, который предательски высказался о переходе на сторону Никсона в ноябре, стал Хьюберт Хамфри, который уже публично угрожал — на слушаниях партийной мандатной комиссии в Вашингтоне на прошлой неделе, — что его друг Джо Алиото, мэр Сан-Франциско, бросит всю Калифорнию к ногам Никсона, если партия не выделит Хьюберту 151 делегата от этого штата, притом что он там проиграл, а победивший на предварительных выборах получает в Калифорнии все.
Хьюберт сразу же понял, что Калифорния означает все или ничего. Он постоянно называл ее «первостепенной» и «Суперкубком предварительных выборов»… Но, проиграв, изменил свое мнение. Один из лучших за многие месяцы сюжетов в тележурналистике появился в вечерних новостях CBS в тот же день, когда Хамфри официально огласил свое требование предоставить ему половину делегации от Калифорнии. Это было интервью Уолтера Кронкайта, которое он брал у Хьюберта в Калифорнии за неделю или около того до дня выборов. Кронкайт спросил Хамфри, есть ли у него какие-либо возражения по поводу того, что «победитель получает все» на предварительных выборах в Калифорнии, и тот ответил, что, на его взгляд, это было бы совершенно замечательно.
— Таким образом, даже если вы проиграете здесь — если вы потеряете всех делегатов, — вы не будет оспаривать правило, что победитель получает все? — спросил Кронкайт.
— О, боже мой, нет! — ответил Хьюберт. — Иначе я стану тем, кто портит другим все удовольствие.
На первый взгляд, у Макговерна сейчас все находится под контролем. Менее чем через 24 часа после того, как были объявлены окончательные результаты по Нью-Йорку, главный делегат-майстер Рик Стернз объявил, что Джордж уверенно победил. Нью-йоркский блицкриг помог ему перевалить отметку в 1350 голосов и почти уничтожил риск того, что кто-нибудь продолжит серьезно говорить о движении «Остановите Макговерна!» в Майами. Политический альянс Хамфри — Маски отчаянно пытался сварганить что-то вместе со стареющими консерваторами, такими как Уилбур Миллс, Джордж Мини и мэр Дейли, надеясь остановить Макговерна на отметке чуть ниже 1400, но в выходные после триумфа в Нью-Йорке Джордж получил еще 50 или около того голосов с последних партийных собраний штата, не участвовавших в предварительных выборах, и к воскресенью 25 июня ему оставалось всего 100 голосов делегатов до 1509, что могло бы все решить в первом туре голосования.
Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 114
